Личный маг для Наследника. Эхо погибшей цивилизации (СИ)

Неожиданная подсечка — но Иво легко её избежал, с рыком повалил Отто на землю и прижал локтем к шее, так что тот не мог даже пошевелиться. Мышцы на руке херсира вздулись буграми.
Отто шарил руками по земле, пытаясь ухватиться за противника, отцепить его от себя.
— Херсир! — раздался за моей спиной недовольный голос Касона и только после этого Иво ослабил хватку.
Отто тут же закашлялся, пробормотав тихое «псих», но, заметив меня, быстро поднялся на ноги. Как и все мои друзья, он восстанавливался быстрее, и такие тренировки теперь казались моему бывшему отряду пустяком.
  
Хотя с Иво они предпочитали не связываться.
— Дан, — желтоглазый херсир быстро подошёл ко мне, тяжело дыша, сверкая потом, загорелой кожей. Даже с такого расстояния я ощущала, насколько она раскалённая.
Иво пах берсерком, горячим мужчиной, сильным, неудержимым, яростным, страстным. Но я пришла сюда за другим.
— В пять, на обычном месте, — бросил Иво, не отрывая от меня требовательных жёлтых глаз, и я кивнула, коротко поблагодарила его и двинулась обратно к крепости.
— Ярлу такое не понравится, — Отто нарисовался сбоку, тяжело дыша и держась за бок, где красовался огромный синяк, явно нанесённый древком топора. Надо же, я даже не заметила, когда Иво успел так помять моего друга.
— Я не виновата, что никто из вас не хочет тренироваться со мной, — я пожала плечами с показным безразличием, радуясь, что первоначальная обида от их перемены в отношении ко мне давно прошла. — Иво единственный, кто относится ко мне как к воину. Если я не буду тренироваться, то потеряю все свои навыки. Я уже теряю — в мускулатуре, в реакции. Ты сам это видишь!
Отто покачал головой, но ничего не ответил — он знал, что я была права. Подобное праздное существование уничтожало меня как воина. Мои тренировки с Иво были редкими, но хотя бы позволяли мне чувствовать, что у меня ещё есть какая-то цель, какая-то идея будущего, в котором я не привязана к Райлену.
Друзья со мной тренироваться не могли. Просто физически. Не могли меня атаковать, не могли драться в полную силу.
«Потому что ты девушка».
— Я не твой отец и не в праве тебя учить, — начал Отто свою старую песню, будто я не слышала это уже десятки раз. — Но все мы знаем, видим, чего на самом деле хочет херсир.
Как будто я не знаю? Наши тренировочные бои с Иво всегда были контактными, он валял меня по поводу и без, прижимал к себе, к раскалённому телу, иногда даже кусал. Наглые пальцы пытались проникнуть под одежду, и он снова и снова повторял, что я просто играю с ним, дразню, но не даюсь. Такое поведение вызывало во мне ярость, давало дополнительные силы бороться, и наши тренировки часто длились по несколько часов.
Желтоглазый херсир никогда не отказывал мне в тренировках и был единственным, кто бился в полную силу. Пусть я и слышала, что после этого ему часто доставалось от Райлена.
— Просто будь осторожна, — в который раз повторил Отто.
Как и многие, он считал, что Иво не вполне в себе, что в нём говорит берсерк, видящий во мне лишь подходящую самку.
Но я знала, что херсир хочет большего. Он был готов помочь мне обрести свободу…
С условием, что я выйду за него замуж.
Когда-то эти его слова почти оглушили меня, я не могла поверить, что он говорит всерьёз. А потом я запретила себе даже мыслить в этом направлении.
Какие у меня гарантии, что он действительно меня освободит? В этом клане обещания редко сдерживали — тем более, херсир уже клялся помочь мне после того, как я спасла ему жизнь. Да и видит ли меня Иво — человек, или же только Иво — берсерк?
Ответов у меня не было, но искать их было бессмысленно. Потому что я знала, что не выйду за него замуж.
Ни за него, ни за одного из доблестных воинов Райлена, которые порой смотрели на меня с интересом. Все они хотели семьи, счастливого будущего, детей, внуков…
А я была пуста.
Бесплодна.
Точно так же, как и Райлен.
***
Удар по плечу — я падаю, шиплю, с опозданием выставляя тонкий меч, но уже поздно. Если бы это был настоящий бой, я бы лишилась руки, но Иво использует тяжёлый деревянный меч, в то время как у меня — свой, острый, настоящий.
— Ты мертва, — высокий мужчина стоит прямо надо мной, прожигая жёлтыми глазами и тяжело дыша. Его ноздри хищно раздуваются, грудь поднимается и опускается в такт дыханию.
Широкая, мозолистая ладонь протянута в мою сторону.
Он стоит настолько близко, что, вставая, игнорируя его помощь, я невольно касаюсь ногой мощного бедра.
Иво не ждёт, нападает снова — на этот раз низким колющим ударом, но я успеваю сделать шаг вбок и парировать. Запястье дрожит от боли и напряжения, и в ту же секунду я чувствую лёгкий удар в рёбра.
— Никогда не стой на месте. Пока ты парируешь мой удар и справляешься с весом меча, ты даёшь противнику слишком много времени на атаку.
Кулак около моих рёбер разжимается, широкая ладонь теперь почти нежно ложится на место удара, гладит с силой, но я лишь хрипло смеюсь.
— Ты мёртв, херсир, — выдыхаю, едва переводя дыхание.
Вторая моя рука держит короткий нож у его правого бока. Нож, который я достала из сапога ещё тогда, когда упала.
Иво хмыкает, делает шумный, звериный вдох.
— Знала бы ты, как одуряюще ты пахнешь. Такая потная, злая, сопротивляющаяся.
Звон лезвий — Иво вырывает меч из-под давления моего, легко, словно он ничего не весит, и быстрым движением наносит удар сверху, целясь в мою шею.
Я вновь парирую, чувствуя, как вибрация от удара проходит сквозь руки, отзываясь в груди, отдаётся в напряжённом животе, чьи мышцы удерживают всё моё тело.
Поднимаю глаза — Иво молчит, только смотрит горящими жёлтыми глазами. На губах расцветает торжествующая улыбка, и мне даже кажется, что проглядывающие зубы чуть острее, чем у обычного человека.
Давление на мой меч усиливается, я опускаюсь на одно колено, чувствуя, как дрожит и горит каждая мышца в теле.
Хорошо…
— Ты всё ещё мёртв, херсир, — я парировала одной рукой.
— Если ты не готова к действиям, ты проиграешь, — Иво давит сильнее, и я, зарычав, пытаюсь выскользнуть из-под тяжести его меча и веса мужчины, но безуспешно.
Он склоняет меня к земле, нависая, виском я уже чувствую щекотание его щетины и тяжёлое дыхание. Мужское колено оказывается между моих ног, и первая волна жара прошивает грудь, ударяя в голову.
Я не была бесчувственной, нет. Я прекрасно ощущала намерения Иво во время наших боёв. Да он и не пытался их скрывать. Вот только все мои чувства оставались на уровне инстинктов.
А я была человеком, не зверем.
— Это тренировочный бой. Мои "действия" приведут к серьёзному ранению, — ехидно напоминаю, что, в отличие от него, у меня в руках настоящее оружие.
— Может, тогда мне хотя бы немного полегчает, — Иво, зная, что я не раню его, надавливает сбоку, заставляя меня упасть в пыльную, сухую землю. Он наваливается сверху, прижимаясь ко мне всем телом, бугром на штанах.
— Ты можешь изменить свою ситуацию в любой момент, Дан. Согласись. Стань моей. Ты ведь хочешь, — жарко зашептал он мне в ухо.
Все нервные окончания в моем теле отзывались на его слова, казалось, мир сузился только до нас двоих. Я утопала, сгорала в запахе Иво, придавленная его телом, но разумом отвергала даже саму идею близости между нами.
Не после всего, что было. И за такое, думаю, можно и слегка порезать соперника по тренировкам.
— Ваши грёбаные слова ничего не стоят, — чуть задыхаясь, ответила я. — Ни твои, ни ярла. Это я уже поняла.
  
Рука, всё ещё сжимающая короткий клинок, была готова зацепить херсира, но этого не потребовалось. Берсерка снесло с меня чудовищной силой, причём обладатель этой силы действовал совершенно бесшумно.
Дышать сразу стало легче. Я поднялась, опираясь ладонями на сухую землю, чувствуя, как в кожу впиваются мелкие камушки.