Личный маг для Наследника. Эхо погибшей цивилизации (СИ)

— Он пьёт отвар раз в неделю, и, конечно, когда у него случаются обострения, мы даём его чаще. Но он скрывал свои затруднения перед этой девчонкой, Ранди.
От гнева на Орина я была готова взорваться. Горячо поблагодарив Хельгу, полетела в нашу комнату, совершенно не замечая потерянного взгляда ярла, устремлённого мне вслед.
Но, увидев братишку, накричать на него я не смогла — вместо этого упала на колени и обняла, крепко-крепко, думая о том, что он — самое близкое к ребёнку, что когда-либо будет в моей жизни.
  
Орин выглядел взъерошенным и хмурым, одежда порвана на коленке — явно где-то упал.
— Дани, отпусти, — недовольно пробурчал он, чувствуя, что я слишком его опекаю.
— Как ты мог?! Хельга мне всё рассказала!
— Дани, отпусти! Ты не понимаешь!
— Что я не понимаю?! — слегка ослабив хватку, спросила я.
— Почему я должен отличаться от других? Выдыхаться? Болеть? Почему я не могу быть таким же, как Роальд?
— Орин…
— Нет, ты не понимаешь! Ты сильная, магичка, а меня даже не воспринимают всерьёз! Я хочу быть таким же, как остальные! Чтобы Хельга не бегала за мной как нянька!
— Она всего лишь следит за тем, чтобы ты был жив! — Гнев, утихший, как только я увидела братишку, вспыхнул с новой силой. — Подумай о родителях! Я не могу позволить, чтобы с тобой что-то случилось!
— А я не хочу быть везде и всегда самым слабым! Я хочу быть как остальные! Ты не понимаешь!
О, я его прекрасно понимаю. Как бы я хотела быть, как остальные. Как бы я хотела получить возможность иметь детей, не думать о том, что я недостойна собственной семьи.
— Всё будет, всё обязательно будет, Орин! — произнесла я, снова обнимая его, прижимая к себе. — Просто сначала тебе нужно повзрослеть. Я слышала, что это заболевание становится легче с возрастом! И сила — не главное…
— Как же не главное? Ярл Райлен — будущий король Севера, он сильнейший из всех мужчин! - Орин наконец обнял меня в ответ, и я почувствовала, как моё дорожное платье намокает от его слёз. — Роальд смеётся надо мной, Дани… Прямо при Ранди…
Как мне донести до него, что любовь в шестилетнем возрасте — не обязательно любовь на всю жизнь? Что Ранди и Роальд, когда повзрослеют, будут стыдиться того, что заставляли его чувствовать себя слабым?
В ту ночь я легла спать с тяжёлым чувством на душе, несмотря на то, что где-то посреди ночи Орин, замученный угрызениями совести, пришёл ко мне — обниматься.
Но вскоре тяжесть на сердце прошла, сменившись знакомым, засасывающим равнодушием. Я тренировалась одна, без Иво, который с крохотным отрядом уехал искать следы оружия Иных в глубине Пустых Земель.
Стройка родительского дома была почти завершена, и Райлен постоянно напоминал мне о том, что поездка такого уровня должна быть запланирована за много месяцев, после чего я отправила им очередное письмо — пора. Мне снова назначили свободные дни, но даже чтобы выпросить разрешение поехать на стройку, мне понадобилась неделя — многие воины были ранены после стычки у Пустых Земель, а оставшиеся теперь патрулировали ту территорию, опасаясь, что подобное повторится.
Сам Райлен тоже был очень занят — планированием нападения на герцогство и свадьбой с Бриджид.
Такая бессмысленная жизнь могла бы длиться многие недели и месяцы, но этого не случилось. Потому что на десятый день после нашего возвращения я проснулась от криков слуг и рабов.
***
Горели хозяйственные и жилые деревянные постройки — дополнительная пристройка к кухне и даже барак для размещения слуг. Когда я выглянула в окно, все уже были снаружи, отчаянно пытаясь спасти хотя бы жилые здания.
— Несите воду! — донеслось сверху, и, быстро спустившись вниз, я попыталась соединиться с огнём, успокоить его, усмирить, хотя бы немного.
Но, закрыв глаза, сразу почувствовала, что в комнате, где спали служанки, остался один человек.
— Элла! — крик Густава, появившегося почти ниоткуда, догнал меня уже у входа в просторную комнату.
Служанка сжалась в самом углу, истерично рыдая, даже не пытаясь пробраться через огонь, как все остальные, кто спасся, пусть и с ожогами.
— Альма! — громко крикнула я, влетая в комнату и замечая, как моя ночная сорочка загорелась. Тут же сбила пламя шлепками. — Альма, вставай!
— Дан! — девушка бросилась ко мне, сотрясаясь от рыданий и позволяя себя вывести. Для этого я усилием потушила огонь вокруг нас — не стоило прилагать слишком больших усилий и вызывать подозрения.
Тем более что я оказалась здесь слишком поздно — огонь уже почти уничтожил большую часть построек рядом. Как это вообще могло случиться? И почему пламя так быстро перекинулось?
— Забирайте её, вроде не пострадала, — я подтолкнула дрожащую Альму, которая никак не хотела меня отпускать, в сторону Хельги, а сама с печалью осмотрела разрушения.
Ближайшие к кухне постройки сгорели, как и один из домиков для служанок, но другой почти не пострадал. Совсем недалеко располагался барак воинов — его задело лишь слегка, люди вовремя проснулись и начали тушить пламя.
— Ты с ума сошла лезть в огонь?! А если бы ты погибла?! — Густав почему-то считал, что имеет право повышать на меня голос, и это взбесило меня до чёртиков.
— А если бы Альма погибла?! Или тебе плевать на неё, потому что тебе не за неё платят?! И какого Строггнира ты вообще думаешь, что можешь на меня кричать?!
Когда-нибудь мы с ним точно подерёмся.
— Куда? Стой! — вновь крикнул он, но остановить меня не смог.
Я вспомнила, что именно в постройке рядом с кухней хранились многие сушёные травы, включая бризоцвет, из которого готовили отвар для Орина. Теперь эта постройка, часть которой всё же была каменной, казалась сгоревшей дотла.
— Нет… — прошептала я, бросаясь внутрь, туша ровно столько, чтобы разглядеть, что там происходит.
— Элла! — за моей спиной раздался крик Густава, и в этот раз он не медлил — вошёл прямо следом за мной и с силой вытянул меня из всё ещё горящего здания.
Но сейчас я не сопротивлялась — я и сама видела, что всё внутри сгорело. Там не осталось ни полок, ни единого целого ящика, ни травинки!
Конечно, у Орина был приступ совсем недавно, и он пил отвар буквально позавчера. Новый нужен только через пять дней, и вероятность нового приступа так скоро совсем мала.
Но не равна нулю.
— Густав, мне срочно нужно отправиться к Драуге, к реке, — тихо прошептала я, сидя на коленях перед горящей постройкой, чувствуя внутри невероятную решимость и принятие. Не было отчаяния. Не было сомнений.
Словно случился последний толчок. Я больше не могла так жить — подобное бесцельное существование противоречило всему, что я знала о себе и чего хотела для своей семьи.
— Никак нельзя, Элла. Я поговорю с ярлом, возможно, он сможет найти людей на этой неделе. Но этот пожар… Здесь явно поработали противники, нужно всё обыскать, найти виновников!
Никак нельзя, значит?
Я подняла глаза наверх, на звёздное ночное небо а после перевела взгляд на окна, которые, как я знала, находились в покоях Райлена.
А сделала ли я действительно всё для своей семьи и свободы?
***
Большое спасибо за награды, Bill Tomkin, Надежда Павликова (Абрамова), Насибова Элеонора, Екатерина, Элен, Татьяна
  
Глава 28. Свобода 
 
— Элла? — Райлен кажется по-настоящему удивлённым, когда видит меня на пороге своей комнаты.
  
Я знала, что слуги видели меня по пути сюда. Возможно, они даже успели доложить Бриджид.
Но мне плевать. Всё это не имеет значения. Моя репутация? Перед кем? Те, кто знают меня, поймут, а те, кто не знают… Почему я должна об этом думать, волноваться о своём статусе среди людей, до которых мне нет дела?
Как всё оказывается было просто.