Измена. Твоя не единственная (СИ)

— Ты что… — рвано выдыхаю и всё-таки с силой выталкиваю из себя самое ужасное своё предположение, ярко вспыхнувшее в моей голове, когда Игорь сказал, что Никита у него дома, — ты сказал ребёнку, что ты его отец⁈ — в конце фразы мой голос срывается на сиплый визг.
— Нет, конечно! За кого ты меня принимаешь⁈ Думаешь, я способен нанести такую травму своему сыну⁈
Посмотрите-ка на него!
  
Он ещё и возмущаться смеет!
Дикий огонь ярости пробегает по моим венам, гнев захлёстывает, и я наклоняюсь ближе к бывшему мужу, хватаю его за воротник и зло шиплю ему в лицо:
— Не твоему, а нашему с Сергеем сыну! Не забывай об этом!
Резко отпускаю Игоря, но безумного горящего яростью взгляда не опускаю.
— Я его отец!
— Биологический! Настоящий отец Никиты Сергей, другого у него не будет!
Вижу, как эти слова словно пощёчина бьют бывшего мужа, как желваки начинают ходить по его лицу, а взгляд наливается злостью.
Игорь смурнеет на глазах, но старается держать себя в руках. Это заметно по его напряжённой позе и сильно сжатым в кулаки ладоням.
Наконец, он делает глубокий вдох и несколько раз с силой потирает ладонью своё застывшее словно гипсовая маска лицо.
— Катя, я не собираюсь лезть в вашу семью, — его голос звучит тихо и устало, как будто его очень вымотал этот разговор, — я не буду говорить Никите, что я его отец, но я хочу с ним видеться, дай нам шанс просто на дружеские отношения.
Долго смотрим друг другу в глаза, и я не нахожу фальши в словах Игоря. Это немного успокаивает.
Отворачиваюсь и смотрю вперёд на припаркованные у больницы разномастные автомобили. Ярость только что бушевавшая в груди затихает, и мне становится легче от слов Игоря.
Получается, он не претендует на роль отца Никиты.
Удобнее сажусь на сидении, поправляю подол удобного домашнего платья, в котором я хожу по больнице, и позволяю, наконец, себе расслабиться.
Сознание проясняется, и я понимаю, что Игорь прав. Это нормальное желание любого родителя видеть, как растёт его ребёнок, контактировать с ним, принимать участие в его воспитании, в нашем случае, конечно, косвенно, но тем не менее.
— Я подумаю над твоими словами, Игорь, но сегодня ты был не прав, когда без моего разрешения познакомил Никиту со своим сыном… и с мамой я тоже отдельно поговорю.
— Егор. Моего сына зовут Егор, Катя.
Оборачиваюсь к Игорю и внимательно смотрю на него.
Когда-то меня так сильно ранила только сама мысль, что у мужа… бывшего мужа будет ребёнок от другой женщины, а сейчас… сейчас это просто информация. От неё мне не холодно и не жарко.
Она просто есть, но не коробит меня, значит… полагаю, я действительно отпустила ту ситуацию.
— Егор, — повторяю за Игорем это имя и катаю его на языке.
Снова поворачиваюсь и пустым задумчивым взглядом блуждаю по припаркованным напротив нас машинам. Прислушиваюсь к себе, но нет, ничего не чувствую, ни отторжения, ни обиды, ничего.
Просто имя.
Игорь молчит, даёт мне время остыть и подумать, но я чувствую на себе его острый взгляд.
— Отвези меня к сыну, — прошу и, наконец, смотрю бывшему мужу в глаза, — и… Игорь, познакомишь меня с Егором?
  
Глава 61
 
Катя 
Игорь открывает передо мной дверь своей квартиры, и я, оглядываясь по сторонам, прохожу внутрь.
Очень странное чувство в груди расползается.
Нет, это не робость и не стеснение.
Это что-то более глобальное. Какая-то непонятная тревога помноженная на неожиданность всей этой ситуации… или у меня уже просто нервы слишком расшатаны…
— Проходи и будь как дома, — бывший муж присаживается на корточки и достаёт для меня из шкафа абсолютно новые, упакованные в целлофан пушистые тапки, — держи! — вручает их мне и поднимается, — мальчишки должны быть в детской.
Он всё произносит и делает так естественно, как будто так и должно быть… словно мы вместе пришли домой после работы… будто мы снова семья.
Мотаю головой и отгоняю от себя эти мысли, для меня абсурдность всей этой ситуации зашкаливает.
Бывший муж рукой показывает мне направление, и я иду вперёд, всем напряжённым телом ощущая горячий взгляд Игоря на себе.
Непривычно снова находиться с ним рядом… непривычно и неправильно.
— Синий давай… ага, и зелёный ещё, да, тот кваратный…
— Вот ещё!
— Круто! Щас соберём!
Останавливаюсь около распахнутой настежь двери в комнату и прислушиваюсь к детским голосам.
Становится гораздо спокойнее от того, что я не слышу слёз и паники в словах сына, более того, судя по разговору Егор и Никита подружились и вполне мирно собирают сейчас что-то.
Аккуратно заглядываю внутрь комнаты и действительно вижу, как мальчишки сосредоточенно и увлечённо собирают огромный корабль.
— Я купил им несколько конструкторов на выбор, — Игорь останавливается позади меня и тихо произносит мне на ухо, а мне неприятно становится от того, что он так близко ко мне стоит. Я даже чувствую свежий аромат его парфюма, и осколки воспоминаний всё-таки ранят меня.
Это могли бы быть наши дети, наш уютный дом… наша счастливая жизнь… только вот это уже невозможная для нас реальность.
Мысленно даю себе пощёчину.
Хватит думать о том, чего никогда не было и не будет!
Отхожу на шаг от бывшего мужа и краем уха слышу, как он шумно выдыхает.
— Мама! — радостно кричит Никита, мгновенно замечая меня, подскакивает с ковра и бежит ко мне.
Ловлю его в свои объятия и целую в пухлую щёчку.
— Пап! — Егор тоже поднимается и подбегает к Игорю. А тот подхватывает его на руки и подбрасывает вверх.
Они делают всё это настолько естественно. Лица обоих светятся радостью и настоящим счастьем.
Они искренне любят друг друга.
Отец и сын.
Что-то неприятно колет в груди, но я тут же говорю себе, что у нас есть Серёжа. Он прекрасный муж и отец. И мы обязательно дождёмся, когда он выздоровеет!
— Здорово, пацаны! Смотрю, вы уже почти весь корабль собрали. Быстро работаете! — Игорь ставит сына обратно на пол и играючи рукой взлохмачивает его рыжие волосы.
Игорь знакомит меня с няней, и она мне очень нравится, хотя я так прекрасно понимаю, что бывший муж никогда не подпустит к своему сыну непроверенного работника.
Мальчишки тянут нас на ковёр к разложенным на нём деталям огромного конструктора и взахлёб начинают рассказывать, как они вместе собирали этот пиратский корабль, а я внимательно присматриваюсь к ним.
У них разный цвет волос, Никита более плотный и рослый мальчик, Егор более щуплый, но на этом разница заканчивается. На лицо братья очень похожи, у них одинакового цвета глаза, и даже их уши имеют такую же форму как у Игоря.
Бывший муж замечает мой внимательный взгляд, обращённый на мальчишек, и я вижу, как он, потупив взор в пол, улыбается.
Да уж, поработал отменно.
Надеюсь, глупость свою не передал по наследству.
Вскоре няня уходит на кухню готовить для нас перекус, а я оставляю весёлых мальчишек и довольного Игоря и иду в душ.
А здесь, какого-то чёрта, взгляд сам цепляется за полки с мужским шампунем и гелем, быстро отмечает две электрические зубные щётки — детскую и рядом взрослую.
Ни одного следа женщины, даже халат, который я надеваю после быстрого душа, мужской.
Прохожу на кухню, помогаю запечь горячие бутерброды, нарезать свежие овощи в салат и одновременно с этим ближе знакомлюсь с Елизаветой Семёновной. Оказывается, своих детей у неё нет, но всю свою жизнь она посвятила детям — работала сначала воспитателем в детском саду, а потом — няней и гувернанткой в семьях.
Она очень тепло и с любовью рассказывает о своих воспитанниках, и я так заслушиваюсь, что совершенно не замечаю, как на кухню входит Игорь, и сильно вздрагиваю, когда он неожиданно опускает руку мне на плечо.
  
Кожа там, где мужчина прикасается ко мне, горит огнём. Вытягиваюсь в струнку.
Воздух на кухне тут же становится густым от напряжения.