Барон Дубов 6 (СИ)

Наевшись до отвала, двинулись в путь. Чтобы вернуться в реальный мир, нужно найти маяк, который установила дриада, когда пришла сюда с девушками. Стоило нам уйти с поляны, как на неё полезли существа, похожие на гиен. Только рты были, как у пиявок. Круглые и зубастые. Но им до нас дела не было.
Дриада повела нас к маяку. Вскоре мы вышли из джунглей, которые оказались оазисом посреди пустыни. И очень долгое время мы шли по ней, пока не достигли ложбины между двумя огромными барханами. Там в воздухе висел сгусток тумана. Маяк.
  
По ощущениям шли целый день, но трудно точно сказать, когда солнце практически висит на месте и конкретно так головушку напекает.
Возвращение оказалось простым. Сели вокруг маяка и сосредоточились, пытаясь отыскать связь со своими телами. Удалось это почти сразу, и уже через пару мгновений я открыл глаза в своей гостиной.
Девушки тоже начали приходить в себя, потягиваясь, чтобы размять затёкшие мышцы.
— Слава Богу, вы в порядке! — воскликнула Морозова, прижав ладони от волнения к губам. Тут же с облегчением выдохнула и опустилась на диван, прикрыв лицо руками.
— Сейчас бы поспать… — протянула дриада, будто случайно падая на меня.
А я сурово отодвинул её.
— Вот именно! — грозно взглянул на неё, отчего эта капустная девушка картинно вздохнула и отодвинулась, сев на пол рядом. — Завтра отправляемся в поход, так что всем спать!
— А что это со мной такое? — удивлённо ущипнула себя за руку княжна.
Всё её тело покрывал карамельный загар.
Только тут я обратил внимание, что все девушки конкретно загорели. Даже вечно бледная княжна. С загаром она выглядела просто сногсшибательно. Как и Вероника. Из-за коричневой кожи её синие глаза, как и у Онежской, буквально горели на лице. Выглядело это очень красиво.
А оттенок кожи у Лакроссы стал ближе к медному из-за загара. Казалось, что её тело буквально отлито из этого металла. Что тоже смотрелось очень соблазнительно.
Это коснулось и дриады. Её зелень стала намного сочнее, как яркая летняя трава.
Только Агнес не изменилась. Так же сопела и слегка похрапывала в позе лотоса.
— Это влияние Духовного пространства, — пояснила Маша.
И девушки одновременно протянули «А-а-а!»
Вдруг Агнес резко всхрапнула и открыла глаза. Оглядела нас и широко зевнула, деловито сказав затем:
— Так! Я что, пропустила поездку на пляж? Вы чё такие загорелые все? Могли бы и разбудить!
Ответом ей стал общий хохот.
Хоть все и были полны энергии после Духовного пространства, я всё же отправил девушек по своим комнатам. Завтра будет тяжёлый день. Да и у Морозовой глаза уже слипались. Было видно, что еле на ногах стоит.
Спать легли втроём. Я, дриада и баронесса, потому что у них не было своих комнат, пока они гостили у меня, а на диване ютиться девушки не пожелали. Что ж, кровать у меня достаточно широкая для троих, а спорить лень. К тому же с двумя красотками под боком спится чудо как сладко.
Едва проснулся, как сходил в душ и начал сборы. Пространственное кольцо порядком опустело, так что в него поместилось абсолютно всё: новая большая палатка, сборная полевая кухня, удочки с сачком (а вдруг? Настоящий рыбак всегда готов!), консервы и тому подобные, необходимые в походе вещи. Кое-что покидал в рюкзак для быстрого доступа. Нас не будет несколько дней. Кто знает, что нас ждёт в лесах Поволжья?
После завтрака собрались у меня в комнате, а затем спустились в холл академии. Сонные студенты брели на первые занятия и с любопытством оглядывали нас, особенно, дриаду, которая замоталась в свои тряпки, чтобы лишние глаза не видели, кто она такая.
Марина спустилась вместе с нами. Но в поход она не ехала, чем немало расстроила подруг. Сказала, что много дел здесь: винодельня, особняк и так далее. И это правда.
— А куда это Дубов собирается? — услышал я вопрос одного из сокурсников. Он чуть поодаль стоял рядом с директором и наблюдал, как мы покидаем холл. А слух у меня острый.
— Подготовка к турниру Кикиморы, — ответил Степан Степанович.
— А чё, так можно было, что ли⁈
Нужно!
За воротами академии дриада ушла в лес за нашим транспортом. Пока она отсутствовала, Марина сунула мне в руку листок бумаги и чмокнула в губы на прощание. Правда, для этого мне пришлось наклониться, а ей обхватить мою шею руками и подтянуться. Княжна нарочито вздохнула, отворачиваясь.
— Зависть — плохое чувство! — поддела её оркесса. А та в ответ язык показала.
На бумажке был выписан рецепт необычного усиливающего зелья. Марина совершенно правильно дала его мне. Мы отправляемся в земли, богатые разными монстрами и растениями. Вдруг попадётся что-то из списка ингредиентов?
Вскоре вернулась дриада, ведя под сплетённые из травы уздцы огромного лося с кристаллическими рогами. Или это был тот же самый, или очень похожий на лося, который помогал нам во время похода к Дубовой роще. Правда, в этот раз кристаллические наросты на его спине гораздо больше напоминали сиденья. Там даже подушечки лежали — привязанные.
— Я его подготовила для дальней дороги! — явно гордясь собой, произнесла дриада.
По очереди забрались на присевшее животное. Альфачик уже скакал из стороны в сторону. Ему не терпелось как следует размять мышцы. Ничего-ничего, скоро он об этом пожалеет. Да мы все пожалеем…
Маша села впереди, я за ней, затем княжна, Вероника с Агнес на коленях и Лакросса.
Василиса обняла меня сзади и сказала:
— И вот это я пропустила в прошлый раз?
— А то! — поддакнула Агнес. — Особенно весело было, когда на нас дирижабль падал!
— Да уж, веселее некуда, — буркнула Лакросса.
А княжна, я слышал, почти пищала от восторга.
Наконец, помахав на прощанье Марине, тронулись. Лось почти мгновенно набрал такую скорость, что дух захватило.
Ну что, Поволжье, готовь нам горячую встречу!
  
Глава 19
 
Леса Поволжья
Где-то между Йошкар-Олой и Казанью
Два дня спустя
— Ату! Ату его! — аж подпрыгивала от азарта Агнес на краю поляны, усеянной мхом и сухими иголками.
Поляна находилась посреди старого соснового леса и вся была покрыта холмиками земли. Это кротозайцы прорыли себе тут целую сеть туннелей. Прыгают высоко, копают глубоко. Эти животные в целом безобидны, если не собираются в большую кучу. Тогда они, прогрызая и прорывая свои норы, портят корни многих деревьев. Те засыхают и падают. Так было и здесь. Старые стволы деревьев уже сгнили и развалились в труху.
— Не спи, Вероника! — гаркнул я, когда синеглазка прямо под носом не увидела коричневую и лопоухую морду кротозайца.
— А? — зевнула она. — А!
И прыгнула на зайца. Естественно промахнулась и провалилась головой и грудью в одну из нор, по самый пояс. Вверху осталась только нижняя половина тела с махающими в воздухе ногами.
— Г-господи-и-ин! — тут же донеслось из-под земли. — Я застряла! Тут так темно и плохо пахнет… Вытащите меня!
Я вздохнул и закатил глаза:
— Смотри, чтоб в моську не укусили. А то распухнет, и придётся в неё уколы колоть.
— Не-е-ет! — заверещала девушка и попыталась вырваться из земляного плена.
Хм. Всё-таки и правда у неё симпатичная мордашка. Будь я кротозайцем точно бы не удержался и укусил. Но я не животное какое-нибудь, поэтому помог девушке, слегка отрыв нору. Уходила та достаточно глубоко.
— Спасибо, господин! — обняла меня девушка, но я её аккуратно отстранил. Потому что не время для обнимашек!
— Вася, один идёт к тебе! — просигналила дриада. Она чувствовала живых существ и координировала наши действия.
  
За время похода они с княжной неплохо так сдружились.
— Поняла! — откликнулась Онежская, вставая на изготовку над норой.
Правда, иногда Машу немного «клинило» и начинало заносить. В такие моменты она становилась несколько невыносимой и начинала говорить с «высоты прожитых лет». Как будто семь веков в лесу наделили её небывалым опытом. Приходилось возвращать дриаду на землю парой звонких шлепков по заднице.