Истории той стороны — Скрытый Мир (сборник) (ЛП)

— Деньги, — сказал Проклятый Рю. — Мне нужны деньги. Засунь своё прощение… Я хочу много-много денег, полное прощение и фору. Сколько стоит для тебя спасение всего Человечества?
— У вас будет столько денег, сколько вы сможете потратить, — ответила леди Шард. — Как только миссия будет завершена.
Деструктивный Разум рассмеялся. Он не доверял этой сделке и уже планировал свой побег. Но никто не мог вырваться из хватки Лордов и Леди Старой Земли. Леди Шард затаила улыбку. Ведь в сказанном ей не было лжи.
  
И вот три компонента мести Человечества Медузианам сошлись в Siege Perilous, куда их доставили Лорд Гвардеец, Леди Скрытность и Шард. Сэмюэль ДеКлэр, сама душа песни, в своих белоснежных одеждах выглядел прекрасно и благородно, но при этом был немного встревожен, как бог, который спустился, чтобы оказаться среди людей, но уже не мог вспомнить почему.
И Кристина Вальдес, по большей части скрытая под просторными чёрными балахоном, с капюшоном, надвинутым далеко вперёд, чтобы скрыть её лицо. Она постоянно сжимала руки и не встречала ничьих взглядов. Время от времени на мраморный пол падала слеза.
И Проклятье… Проклятый Рю, в новой робе, (которая уже казались немного потрёпанной), подлая, маленькая крыса, нервно ковыряющая кончиком пальца ментальную ловушку, всё ещё прочно закреплённую на его лбу. Всё ещё ищущий выход, глупец.
Лорды и Леди Старой Земли не были жестоки. Они похвалили всех троих, словно добровольцев, и пообещали, что их имена будут помнить вечно. И это было правдой.
— Вы будете петь, — обратился Лорд Гвардеец к Сэмюэлю ДеКлеру. — Самую великую, самую трогательную песню, которую вы знаете.
— Ты будешь скорбеть, — сказала Леди Скрытность Кристине Вальдес. — Самый трагический, душераздирающий плач всех времён.
— А вы будете транслировать это телепатически, — сказала леди Шард, обращаясь к Проклятому Рю. — Вы будете проецировать это на все просторы космоса.
— Всего одна песня? — спросил Человек с золотым голосом.
— Всё, что мне нужно — скорбеть? — спросила Ла Льорона, Плакальщица.
— А после того как я передам это в эфир, я получу свои деньги? — спросил Деструктивный Разум.
— Да, да, да, — ответили Лорды и Леди Старой Земли. Они не были жестокими, но являлись воплощением долга и ответственности.
Их троих сразу же доставили на посадочную площадку на вершине Siege Perilous, где их ждал звездолёт. Специально приспособленный, с мощными силовыми щитами и запрограммированным ИИ-пилотом. Корабль назывался Sun-diver. Все трое, ничего не подозревая, поднялись на борт, пристегнули ремни, и ИИ-пилот поднял корабль с площадки в небо, а затем прочь от Старой Земли, чтобы нырнуть прямо в глубины к сердцу Солнца.
Трое внутри ничего не знали об этом. Они не могли видеть, что находится снаружи, — их защищали силовые щиты. Пилот сообщил им, что время пришло, и одна из них зарыдала, другой запел, а третий передал всё это телепатически. Это была ужасно грустная песня, доносившаяся из самого сердца Солнца. Земля её не слышала.
Человечество не услышало её; Лорды и Леди позаботились об этом. Потому что это была невыносимо грустная песня. Но Медузы услышали её. Телепатическая трансляция исходила от Солнца и распространялась по всей солнечной системе, достигая дальних уголков Космоса, где её услышали Медузы. Эту чудесную, телепатически транслируемую песню сирен.
Пришельцы двинулись вперёд, чтобы разобраться. Флот то тут, то там отступал, чтобы пропустить их. Медузы подошли к Солнцу, нашему Солнцу, Солнцу Старой Земли, привлечённые песней сирен, как мотыльки на пламя. А потом они погрузились в Солнце, все до единого, и оно безмолвно поглотило их. Потому что как бы ни был велик рой медуз, Солнце было гораздо больше.
Все они там и остались.
Силовые щиты Sun-diver-а не были достаточно прочными, чтобы долго продержаться в страшном жаре Солнца, но это и не требовалось. На корабле также находился древний ужас — Молот Времени. Оружие, способное разрушать само Время. ИИ-пилот настроил его на повторение одного момента Времени в течение всей вечности. Так что песня сирен будет звучать вечно. Человек с золотым голосом пел, Плачущая женщина оплакивала, а Деструктивный Разум объединял и транслировал в эфир, вечно, вечно, вечно. Они и сейчас там, глубоко в сердце Солнца, и всегда будут там.
Мы больше никогда не видели Медуз. Возможно, они погибли, не выдержав яростного огня Солнца. А может быть, они всё ещё там, всё ещё слушают песню, которая никогда не закончится. В любом случае мы в безопасности, мы отомстили им, и это главное.
Такова история. После этого мы покинули Старую Землю, эту бедную отравленную планету, наш древний дом, который больше не мог нас содержать. Человечество отправилось в путь на нашем чудесном флоте дредноутов в поисках новых миров для заселения, надеясь, что на этот раз они будут без инопланетных хозяев. Мы продолжаем искать. Последние представители Человечества, на крыльях вечной песни.
…
 
Итак, Иэн Уотсон попросил меня написать для него научно-фантастический рассказ: галактическая космическая война, объёмом около пяти тысяч слов. Напрашивался только один вариант, и это был невероятный Cordwainer Smith. Мне всегда нравились его работы, и я ухватился за возможность написать что-то в этом ключе. Где вы смотрите на будущее из далёкого будущего, когда история превращается в легенду. Где превалирующее значение отводиться самой сути истории.
 
Перевод — RP55 RP55
  
Рендеринг
 
Дом стоит на границе. Между здесь и там, между сном и явью, между реальностью и фантазией. Дом существует дольше, чем кто-либо помнит, потому что он необходим. Если войти в него через парадную дверь из обычного и повседневного мира, то всё, что вы увидите, покажется вам совершенно нормальным. Зайдите через заднюю дверь, из любого из двух миров, и перед вами предстанет совсем другой Дом. Дом стоит на границе, соединяя два мира и предоставляя Убежище тем, кто в нём нуждается. Убежище от всех и вся. Безопасное место от всех зол.
Само собой, есть и те, кому это не слишком по душе.
Как и в любой другой день…
ВСЁ НАЧАЛОСЬ на кухне. В солнечный яркий день. Золотистый солнечный свет лился в открытое окно, богато сверкая на старомодной мебели и модерновой фурнитуре. Питер и Джубили Кейн, в данный момент отвечающие за Дом, завтракали вместе. По крайней мере, Питер так считал; Джубили вообще не любила утро. Джубили с радостью придушила бы всех до единого участников рассветного хора в обмен на то, чтобы ещё полчаса покемарить. Питер был занят приготовлением себе полноценного английского завтрака: яичница с беконом, сосиски с фасолью и много поджаренного хлеба. Среднего роста и среднего веса, Питер был счастливым, хотя и себе на уме человеком, но мастером сковороды — на том основании, что если вы когда-нибудь найдете что-то, что не сможете приготовить на сковороде, вы всё равно сможете использовать её, чтобы забить животное до смерти. Питер радостно двигался взад-вперёд, спокойно и легко выполняя полдюжины сложных кулинарных дел, подпевая при этом радио, песню: “Lightning Tree” — группы Settlers.
Джубили, высокая, светловолосая и почти невозможно грациозная, обычно сидела, сгорбившись, за кухонным столом, вцепившись в большую кружку с чёрным кофе промышленной крепости, как потерпевший кораблекрушение моряк в спасательный круг.
На её кружке была надпись: “Я Богиня, поклоняйся мне, как положено, или у тебя будут неприятности”. Она мрачно смотрела на Питера поверх края своей кружки, как будто каждый его весёлый момент был преднамеренным нападением на её хрупкие утренние нервы.
  
— Это должно быть незаконно — быть таким весёлым и бодрым по утрам, — объявила она, обращаясь ни к кому конкретно. Это неестественно. И я не могу поверить, что ты всё ещё готовишь это: “Смерть от холестерина” каждое утро. Подобные вещи должны быть подробно прописаны в брачном свидетельстве. Я отсюда слышу, как сужаются твои артерии, просто от соседства с таким изобилием нездоровой пищи.