Истории той стороны — Скрытый Мир (сборник) (ЛП)

— У вас есть план? — спросил Лорд Гвардеец.
И все вежливо улыбнулись. Потому что у Леди Скрытность всегда был план. Она долго говорила с ними о ловушке, наказании и финальной мести Человечества. Затем было общее совещание. Они не могли позволить себе роскошь быть шокированными или оскорблёнными. Их долг требовал только одного: выяснить, осуществим ли этот ужасный план. Было много споров, которые закончились, когда Лорд ДеМетр, выступая от имени души Человечества, поднял самый важный вопрос.
  
— Имеем ли мы право? — спросил он. — Пойти на такую жертву и запятнать коллективную совесть Человечества?
— Мы можем это сделать, мы должны это сделать, — сказала леди Шард, представлявшая Долг. Жизнерадостная, она была полна жизни и смертоносна в своей концентрированной злобе. — Мы сделаем это, потому что у нас нет другого выбора. Человечество будет спасено и отомщено, и только это имеет значение.
И вот решение было принято, и приказ отдан. Лорд Гвардеец, Леди Скрытность и Шард покинули Собрание, чтобы пересечь мир и заполучить три необходимых элемента для последнего удара Человечества по Медузам.
Лорд Гвардеец отправился в Большой Старый Оперный Театр, расположенный среди сверкающих шпилей и переливающихся башен города Сиднея в Австралии. В тот вечер там пел Сэмюэль ДеКлер. В то время среди всего Человечества не было более великого певца. Его называли Человеком с золотым голосом. Когда он пел, его слушали все. Он мог разбить ваше сердце и исцелить его, и всё это одной песней. Заставить вас плакать и ликовать, отяготить и воодушевить, и заставлять наслаждаться каждым моментом. Зрители обожали его и в конце каждого концерта до боли били в ладоши, аплодируя ему. И эта ночь стала его величайшим выступлением перед самой большой аудиторией.
После этого все говорили, что это был его кульминационный момент. Они ошибались, они не могли знать… Лорд Гвардеец стоял в самом конце огромного концертного зала, слушал и был тронут, как и все остальные. Возможно, даже больше, потому что только он знал, каким будет последнее выступление Сэмюэля ДеКлера.
После окончания концерта он отправился за кулисы, чтобы встретиться с ДеКлером. Величайший певец всех времён и народов сидел, ссутулившись, ничего не видя, перед зеркалом в своей гримёрной, окружённый цветами, подарками и поздравлениями от всех, кто… был ему дорог. Он был высок, широкоплеч и классически красив, словно один из богов древности спустился с небес на землю, чтобы пройтись среди своих почитателей. Он сидел, откинувшись на спинку стула, усталый, подавленный, потерянный. Он едва нашёл в себе силы почтительно склонить голову перед Лордом Гвардейцем.
— Что случилось? — спросил Лорд. — Ваш зритель любит вас. Послушайте: они всё ещё радуются, всё ещё рукоплещут. Вы пели великолепно.
— Да, — сказал ДеКлер. — Но как я смогу вновь достичь этой вершины? Будут другие песни, другие выступления, но ничто не сравнится с сегодняшним. Это тяжело — достичь пика карьеры.
— Ах, — сказал Лорд Гвардеец. — Но что, если я предложу вам шанс выступить ещё лучше? Одну последнюю песню, великолепную по масштабу и значению, перед неизведанной аудиторией.
ДеКлер поднял свою отягощенную мыслями голову голову и посмотрел на Лорда Гвардейца. — Как долго продлится это выступление?
— Только одна песня, — ответил Лорд Гвардеец. Потому что ему позволяли и даже поощряли лгать, исходя из необходимости.
Леди Скрытность отправилась на встречу с печально известной Плакальщицей в самую древнюю из тюрем — Голубые Казематы. Конечно, это было не настоящее её имя. Она была Кристиной Вальдес, просто ещё одним лицом в толпе, пока не сделала то, что сделала, и СМИ не прозвали её Ла Льорона, — Плакальщица. Власти поместили её в Голубые Казематы как серийную убийцу детей.
Она бесконечно Плакала, потому что потеряла своих родных детей в результате ужасного несчастного случая, который возможно произошёл по её вине. А потом она уходила в ночь, чтобы ночь за ночью, в городских сумерках, бродить по закоулкам и похищать чужих детей в качестве компенсации за свою потерю. Никто из этих детей никогда не возвращался домой.
Леди Скрытность спустилась в Голубые Казематы — огромные каменные пещеры, расположенные глубоко под пустыней Сахара, — и приказала открыть одну дверь. Внутри в маленькой каменной камере сидела голая Кристина Вальдес, покрытая собственными нечистотами, и ошарашенно моргала на внезапный свет.
Ведь обычно, когда преступники попадали в Голубые Казематы, их запирали навсегда. Ни одежды, ни окон, ни света, еда и вода через щель и решётку у пола. Дверь открывалась только тогда, когда приходили выносить тело. Леди Скрытность отпустила охранника и заговорила, а Плакальщица слушала.
— У тебя есть шанс искупить свою вину, Кристина, — сказала Леди Скрытность. — У тебя есть возможность спасти всё человечество.
Вальдес рассмеялся Леди в лицо. — Пусть они все умрут! Где они были, когда умирали мои дети? Кто-нибудь из них плакал о моих потерянных малышах?
— Медузы убили миллионы детей, — сказала Леди Скрытность. — Ты можешь оплакать их и отомстить за них.
Некоторое время спор шёл по кругу, потому что Леди Скрытность была терпеливой и мудрой, а Кристина Вальдес была рассеянной и совершенно безумной. Но в конце концов соглашение было достигнуто, и Леди Скрытность вывела Ла Льорону из её камеры на свет. И если Леди Скрытность и чувствовала какую-то вину за то, что должно было случиться с Кристиной Вальдес, она держала это при себе.
Леди Шард выследила этого опаснейшего из беглецов, Проклятье… Проклятого Рю, в захудалом баре в лабиринте пересекающихся коридоров под названием “Мол”, в глубине трущоб Рио.
СМИ называли его Деструктивным Разумом, потому что он был самым могущественным телепатом, которого когда-либо порождало человечество, и потому что он не подчинялся ни правилам Человечества, ни правилам псионического сообщества, ни элементарным правилам вежливого поведения.
Он шёл, куда хотел, делал, что хотел, и никто не мог его остановить. Мозгокрут, везде брал в долг, оставлял после себя разбитые сердца и умы, всегда находясь на шаг впереди от последствий или возмездия.
Леди Шард настороженно наблюдала за ним из тени в глубине битком набитого бара — отвратительной и мерзкой забегаловки для тех, кому нужно было где-то спрятаться от мира, который сыт ими по горло.
Деструктивный Разум был там, чтобы насладиться варварскими обычаями и безумной музыкой, запрещёнными наркотиками и чрезвычайно опасными напитками… и насладиться чужими эмоциями. Для Проклятого Рю не было ничего более пьянящего, чем ощутить вкус Рая и Ада других людей. Он всегда мог накалить обстановку, если всё было слишком мирно.
В воздухе висели клубы дыма, а общий мрак нарушали лишь внезапные вспышки выстрелов энергетического оружия или сверкающие клинки. Здесь была кровь, резня и много грубого смеха. Деструктивному Разуму это нравилось. Леди Шард наблюдала за всем этим, спрятавшись за псионическим щитом.
Она подцепила Проклятого Рю с помощью запрограммированного дроида удовольствий с патиной наложенных ложных воспоминаний. Она была привлекательна, этот дроид, в меру развратна и распутна, и когда Проклятый Рю уговорил её сесть за его столик, чтобы насладиться тем, что он считал её мыслями, она подсыпала ему наркотик в напиток.
Когда он наконец очнулся, к его лбу уже была прикреплена ментальная ловушка, надёжно удерживающая его мысли в пределах его черепной коробки. Он был надёжно пристёгнут, и находился на воздушном судне, которое несло его прямо в Голубые Казематы. Леди Шард села напротив него, объяснила ему, куда он направляется, и заметила панику в его глазах.
  
— У вас есть выбор, — сказала она. — Спасти Человечество, выполнив телепатическую задачу, которую никто другой не смог бы выполнить, и получить прощение за свои многочисленные грехи. Или вы можете провести остаток жизни в маленькой каменной камере, с ментальной ловушкой, намертво привинченной к вашему черепу; остаться наедине со своими мыслями до самой смерти. Решать вам.