Истории той стороны — Скрытый Мир (сборник) (ЛП)
— Но в последнее время… — она помедлила и отпила из своего кубка. — Случались несчастные случаи; ныряльщики терялись и не возвращались на поверхность. Другие вернулись, но где-то на глубине потеряли рассудок.
— Колдуна, которого мой хозяин держит для защиты своих ныряльщиков, мучают кошмары, которые заставляют его кричать во сне, и он близок к безумию. Единственным его советом было нанять такого человека, как ты, человека — героя, который погрузится у Дальнего Рифа и уничтожит таящееся там зло.
Бранд усмехнулся. — Я не герой, девочка.
— Это ещё не всё. Она потянулась к мешочку на поясе и протянула Бранду небольшой амулет. Он с сомнением изучал его, снова и снова поворачивая в руках.
— Что это?
— Один из наших ныряльщиков поднял его на поверхность месяц назад.
Бранд изучил его внимательнее. С одной стороны в металле были вытравлены странные символы, предположительно кислотой. На лицевой стороне — расплывчатое изображение какого-то монстра. Бранд счёл, что это вызывает смутное беспокойство, и быстро вернул его обратно.
— Колдун Геррандес назвал его — Спящий до времени.
Бранд пожал плечами.
— Это старая легенда о демоне, который всегда был с нами и всегда будет, и единственный смысл существования которого — умерщвление. Демон крови и тьмы.
Бранд почувствовал, как волосы на его затылке встают дыбом, и беспокойно заёрзал на стуле.
— Это всего лишь легенда, девочка, не более того.
— Возможно. Мой хозяин приносил ему жертвы с тех пор, как это началось, но безрезультатно.
— Жертвоприношения? Ты имеешь в виду людей?
— Только рабов.
Бранд поёрзал на месте. — Задача интригует. — Сколько?
— Ты всё ещё хочешь помочь после всего, что я тебе рассказала?
— Возможно. Я наёмник; мой меч можно взять напрокат, потому что это моё единственное умение. Я готов сразиться с кем угодно, вопрос в цене. Сколько?
— Три чёрных жемчужины.
Бранд расплескал остатки своего вина. Каждая чёрная жемчужина была настолько редка, что почти в буквальном смысле слова бесценна. У Императора Севера в короне была одна такая жемчужина… А тут предлагают три…
— Когда мы начнём?
Она улыбнулась, обнажив резец с золотой коронкой, и грациозно поднялась на ноги. Бранд отодвинул стул и нежно взял её за руку.
— Ты ещё не сказала мне своего имени.
Её взгляд ожесточился. — Я рабыня, у меня нет имени.
Бранд резко усилил хват и обнажил клеймо рабыни на внутренней стороне её запястья, а затем поднял свою руку, чтобы показать двойное клеймо.
— Когда-то я был рабом, — тихо произнёс он, отпуская её руку. — Я никогда не забывал своего имени, хотя больше его не использую.
Она не встречала его взгляда, угрюмо потирая стиснутую руку.
— Ты снимаешь здесь комнату?
Она неохотно кивнула.
— Тогда может, нам пойти туда и разделить единственное удовольствие, которое могут иметь рабы?
Она долго вглядывалась в его лицо, а затем уголок её рта дёрнулся в подобии улыбки.
— Меня зовут Марим.
2.Ледяная вода хлестала его по бокам, а Бранд решительно цеплялся за борт раскачивающейся лодки, с трудом втягивая воздух в свои горящие лёгкие.
— Три минуты, и тебе уже становится легче…
Марим протянула ему дымящийся напиток, и Бранд кивнул в знак благодарности. Тепло медленно разливалось по телу, борясь с океанским холодом.
— Как скоро я смогу стать полноценным ныряльщиком — оставаться на дне в течение семи минут? — спросил он, скорее для того, чтобы завязать разговор, чем потому, что его это действительно волновало. Марим усмехнулась.
— Ещё несколько месяцев, и всё получится.
Бранд издал выразительный стон, хотя приятное тепло напитка мягко разливалось по его телу.
— Тебе лучше, герой?
Бранд фыркнул. — Типичный герой. Лорд Валлар ненавидит меня, Двор игнорирует, а Колдун Геррандес имеет тревожную привычку смотреть на меня, пожимать плечами и… отворачиваться.
Марим рассмеялась. — Закончил с кубком? Тогда выпей вот это. Она забрала пустой кубок и протянула ему грубую деревянную чашку, наполовину наполненную маслянистой синей жидкостью.
— Что это?
— Если бы я тебе сказала, ты бы не стал пить. Геррандес сказал, что это тебе поможет. А теперь делай, что тебе говорят.
Бранд ухмыльнулся и проглотил её, скривив губы от горечи.
— И что она делает?
— Помогает оставаться под водой неограниченное время.
Бранд уставился на неё.
— Попробуй.
Он вернул чашку и несколько долгих мгновений глубоко дышал, разгоняя кровь, а затем нырнул под воду. Свет медленно исчезал, пока он опускался на морское дно, подгоняемый железными грузилами на поясе. Концентрированная соль щипала глаза, но он уже привык к этому. Выпив напиток, он больше не чувствовал холода, хотя и знал, что долгое пребывание в холодной воде убьёт его так же верно, как и нехватка воздуха.
Он погружался в непроглядную тьму, пока, наконец, его ноги не коснулись песка. Он привычно ожидал тупой боли в груди, прежде чем понял, что ему всё ещё хватает воздуха. Он начал смеяться и чуть не захлебнулся, когда вода заполнила его рот. Он быстро сглотнул и снова почувствовал себя легко. Он начал подниматься к поверхности. К нему подплыла рыба длиной с его руку и с любопытством уставилась на него вытаращенными глазами. Бранд бесстрастно смотрел в ответ. Взмах хвостом — и она исчезла. Он пожал плечами и продолжил долгий заплыв вверх. Ещё одна рыба пронеслась мимо него, на этот раз не останавливаясь, затем ещё, и ещё. Он приостановил своё восхождение, наблюдая, как рыба проносится мимо него во всё возрастающем количестве. Он вглядывался в темноту, но не видел причин для паники.
Свет померк и исчез. Ослепнув, он зажмурил глаза, и вода вокруг него внезапно стала холодной. На вкус она была как кровь. Хватанув ртом воды он всплыл на поверхность.
3.Валлар бросил злобный взгляд на Бранда, который стоял на полированном мраморном полу.
— Значит, рыбы были взволнованы, а вы запаниковали. Я не вижу причин откладывать погружение.
Завернувшись в толстое одеяло, Бранд с благодарностью принял от Колдуна Геррандеса ещё один кубок вина. Медовое вино успокоило горло, и он обвёл взглядом переполненный Двор, разглядывая мрачных вельмож в разноцветных шелках. Вдоль древних каменных стен выстроились тяжеловооружённые гвардейцы, их оружие тускло поблескивало в свете масляных факелов. Придворные демонстративно игнорировали Бранда; они собрались в небольшие группы и переговаривались на краю его поля зрения. Никто не осмеливался открыто выступить против него, но Бранд хорошо знал, что только страх перед злом за Рифами сдерживает их. Как только с этим будет покончено, ему не мешало бы прикрыть спину от кинжалов, а чашу — от яда.
Ничто так не пугает работорговца, как бывший раб.
Бранд по-волчьи ухмыльнулся и поднял свой кубок в сардоническом тосте.
— Но, Милорд, — возразил Геррандес, — и Убийца, и я чувствовали кровь и тьму; это, конечно, доказывает, что за Дальним Рифом должно быть что-то…
— А если и есть, то ему платят более чем достаточно, чтобы убить это. Голос Лорда Валлара был раздражённым, несмотря на успокаивающие действия его личных рабов, которые поили его вином, кормили сладостями и массировали шею и плечи. — С каждым днём наши ныряльщики приносят всё меньше жемчуга. Этому нужно положить конец, пока мы не разорились.
Благородный взмахнул руками в недовольном жесте, рабы уклонились, но один из них не успел увернуться от взмаха его руки. Раздался глухой удар, но раб едва покачнулся, так как привык к более болезненным наказаниям надсмотрщиков. Валлар издал сдавленный крик и яростно замахал перед собой ушибленной рукой.
— Стража! Стража! Уведите этого раба и убейте его! Нет, убейте его здесь, сейчас, чтобы мы могли это видеть!
Лицо раба побелело, когда двое крепких гвардейцев схватили его за плечи и поставили на колени перед троном Валлара. Один из них высоко поднял меч, а затем внезапно рухнул навзничь, за ним со стоном последовал его напарник.