Княжна Разумовская. Спасти Императора (СИ)

Чуть не плача от отчаяния, я рванула следом за ним.
Счет шел на секунды.
Глава 53.
Он узнал меня. Я его спровоцировала. 
Два коротких предложения звенели в голове, пока я пробиралась за англичанином. У меня не было плана, ничего не было, кроме одного единственного осознания: я должна следовать за ним.
  
Что он мог планировать? Я не имела ни малейшего понятия. Мелькнула мысль: а что, если крикнуть «пожар»? Но тут же я подумала, что спровоцированная паника будет ему только на руку.
Поэтому я промолчала.
Боковым зрением я зацепилась за знакомое лицо: граф Каховский пробирался сквозь толпу параллельно со мной, в нескольких десятках шагов слева. Я обернулась, пытаясь отыскать Георгия, но тщетно. В любом случае, мне стало чуть легче. Я была не одна.
Англичанин, кажется, тоже заметил офицеров Третьего отделения. У него на них был наметан взгляд. Он засуетился и ускорился, принялся еще сильнее распихивать людей вокруг себя. Я за ним совершенно не успевала.
Вдруг по зале прокатился громкий приказ на английском, разошедшийся гулким эхом до самого потолка.
— Do it! Now! (Сделай это! Сейчас же! — прим. автора)
Это кричал предатель, которого я преследовала. А спустя несколько секунд оглушительный выстрел раздался в другом конце залы. Сразу же за ним последовали крики, визги, паника, громкая ругань, суета и толкотня. Все внимание было устремлено в ту сторону; туда же бросились и офицеры Третьего отделения. К Императору подбежала охрана и заслонила его, пытаясь совладать со взволнованной толпой.
Но теперь англичанин подбирался к Государю со спины. Которая осталась открытой. И беззащитной.
Я увидела, как он завел руку за спину. Я была готова покляться, что в свете множества свечей блеснул револьвер. Я никого не успевала предупредить, я сомневалась, что успею до него добежать, но все равно рванула к нему, что было сил.
— Варвара, нет!
Я понадеялась, что голос Георгия мне послышался.
Я буквально рухнула англичанину под ноги в ту самую секунду, как он прицелился. Не ожидав этого, он замешкался и запнулся, и потерял драгоценное время, чтобы посмотреть на меня. Выстрел грянул позже, чем он хотел, и пуля ушла в потолок, потому что голос Георгия мне все же не послышался. Он успел схватить руку англичанина, в которой тот держал револьвер, и отвести ее в сторону. На несколько метров выше головы Государя.
Через мгновение к нам уже подбежали Михаил и другие офицеры. Муж, передав им англичанина, бросился ко мне. Я все еще сидела на полу, в ворохе синего шелка, и чувствовала странное, звенящее оцепенение, жадно глотая воздух. Пока я преследовала мистера Уитли, я, кажется, и не дышала вовсе, а теперь никак не могла прийти в себя.
Лицо князя было искажено яростью, когда он опустился рядом со мной на начищенный паркет.
— Клянусь Богом, я увезу тебя в Архангельское! И запру там до самой старости, Варвара! — гремел он, а сам ощупывал меня встревоженным, внимательным взглядом и ласково удерживал мое лицо в ладонях.
— Запирайте, Ваша светлость, — пробормотала я и устало прислонилась к плечу мужа.
Он выругался и застонал сквозь зубы, а потом бережно поцеловал в висок.
— Что это было?
Голос Императора прогремел прямо над нами. Георгий поспешно поднялся на ноги, оправил торжественный фрак, и подал мне руку. Я покачнулась, выпрямившись, и вцепилась в его локоть, пытаясь сохранить равновесие. Голова нещадно кружилась.
— Князь? — государь пристально посмотрел на моего мужа. — Варвара Алексеевна?
Вокруг нас собралась огромная толпа. За спиной Императора топтались и громко о чем-то спорили отец и обер-полицмейстер. Михаил стоял рядом с англичанином, который лежал лицом на паркете, а его руки удерживали сразу два офицера. В шаге от него лежал тот злополучный револьвер. Нас окружали перешептывания, громкие разговоры и слезы.
— За этим... мистером Уитли, — Император поморщился, припоминая его имя, — оказывается, следили? Почему мне об этом никто не доложил? И почему вы, князь, явились на бал не в мундире? Отчего ваша жена преследовала мистера Уитли, словно знала, что он замышлял? Что здесь происходит? Я требую немедленных докладов, немедленных!
Александр II разозлился не на шутку, и в гневе он был действительно страшен.
Я посмотрела на мужа: сжав челюсть, он молчал. Было так странно, что Император спросил про мундир...
— Я нахожусь в отставке, Ваше Величество, — негромко сказал Георгий. — Потому и не при мундире.
— Что?! — брови Императора взлетели вверх, голос упал до вкрадчивого шепота. — И по какой же такой причине вы изволили выйти в отставку, Георгий Александрович? В тяжелый для Отечества момент?
Господи, как же мне хотелось влезть в их разговор! И выкрикнуть все, что накопилось, прямо в лицо этим людям да еще и в присутствии Императора.
Я до боли прикусила язык.
Я была не вправе вмешиваться.
— Моя отставка не была добровольной, Ваше Величество, — коротко отозвался муж и поджал губы.
Император прищурился.
— Удивительные вещи происходят в старой столице... — пробормотал он скорее себе под нос. — Алексей Кириллович! — и спустя мгновение уже повернулся к отцу, хлестнув рассерженным голосом. — Отчего человек, с которым вы, как вы говорите, провели в заложниках столько дней, присутствовал на этом балу с револьвером? Да еще и нацелил его на меня? Отчего ему под ноги бросилась ваша дочь?
Отец побледнел и, слушая, как его отчитывают, выпрямился еще сильнее, хотя казалось, что больше уже некуда. Император тем временем посмотрел на обер-полицмейстера...
У меня даже в груди потеплело от злорадства, и на губах сама собой расцвела довольная улыбка.
— Князь! — Александр II вновь впился в Георгия подозрительным взглядом. — Станете мне докладывать. Сию минуту же! Пройдемте в кабинет! А вы, господа, — сказал он, обращаясь к отцу и обер-полицмейстеру, — пока подумайте над объяснением, отчего под ноги террористу была вынуждена бросаться молодая княгиня, а не ваши люди!
— Ваше Величество!
К Императору воззвали одновременно Георгий, отец и обер-полицмейстер.
— Что-то еще, князь? — но он кивнул лишь моему мужу.
— Ее светлость княгиня Хованская имеет непосредственное отношение ко всему, что произошло сегодня, — голос мужа звякнул металлом. — Позвольте ей рассказать свою часть истории.
Что?!
Князь смотрел на Императора и потому мой пламенеющий взгляд проигнорировал. Или предпочел проигнорировать. А вот в глазах Государя мелькнул интерес, когда он повернулся ко мне.
— Извольте, княгиня.
У всех на виду Георгий и я прошли следом за Императором в отдельное помещение, которое оказалось нечто средним между гостиной и кабинетом. Нас сопровождали лишь несколько адъютантов Его величества. Все остальные — отец, обер-полицмейстер, другие важные чины — остались в бальной зале.
Мне вновь пришлось рассказать свою историю. Конечно же, с оговорками. Я не собиралась признаваться в своем «попаданстве».
— И когда я впервые увидела мистера Уитли на балу, то узнала его со спины, Ваше Величество. Именно он встречался с моим братом в ту ночь в гостиной особняка Разумовских.
Договорив, я с чувством выдохнула. В горле пересохло, и все, о чем я мечтала — это о стакане воды. И уж точно мне не хотелось стоять под внимательным, пристальным взглядом Императора. Порой казалось, он видел меня насквозь. Это изрядно нервировало.
Потом меня поблагодарили и выпроводили за дверь, а Георгий остался продолжать доклад. Я не собиралась возвращаться домой без мужа, и потому кто-то провел меня уже в другое помещение, более уютное, чем то, в котором мы были с Императором. Рассеянно оглядевшись по сторонам, я без сил рухнула в первое попавшееся на пути мягкое кресло и прикрыла глаза.
  
Господи, я ведь находилась в настоящем дворце! И не на экскурсии, как в прошлой жизни, а в реальности. Но у меня не осталось сил ни восхищаться, ни разглядывать торжественные интерьеры. Хотелось закрыть глаза и спать, спать, спать...