Вселенная «Станция Бякино». Трилогия (СИ)
Глава 30
Борис тревожно вскочил из‑за стола. Его автомат, впрочем, как и ружье Сережи, был заперт в каморке на станции.
– Всё повторяется, – тихо произнес Сережа. – Вот же олени. Мы снова покинули убежище, оставив в нем оружие.
Братья взяли в руки свои автоматы и ждали команду.
– Неужели пришли? Так быстро? Я думал, у нас есть как минимум пару дней, – Борис повернул голову в сторону Маши. – ПМ у тебя с собой?
– Я даже сплю с ним, – девушка достала из кобуры пистолет и передернула затвор.
– Дай его мне, – протянул руку Борис Валентинович. – Без вопросов, просто дай.
Маша отдала оружие наставнику и снова взяла в руки свой тесак.
Сергей хотел пойти первым, но Борис остановил, положив руку на плечо другу, и вышел из комнаты. За ним сразу прошли братья.
– Следи за ним, – несмотря на жену, приказал смотритель. – Он может быть с ней заодно.
Конечно, Сергей так не думал. Никаких общих планов со Светой у Миши быть не могло. Парень сказал это, потому что хотел оставить Машу в комнате. Возможно, это спасет ей жизнь при неудачном раскладе.
Сашка попытался смотреть сквозь заколоченные окна, но ничего не было видно. Тогда Пашка сбегал на второй этаж и глянул вниз из‑за шторы. Нет. Ничего не видать. Дождь, темнота и только чьи‑то ноги виднелись из‑под ржавой крыши крыльца. Звучит, конечно, громко. Две трубы и навес, по неизвестной причине еще не сгнившие. Сергей сначала даже хотел его снести от греха подальше, но близнецы отговорили. Мол, проверили, конструкция еще крепкая и простоит немало времени. Пашка спустился на первый этаж и шепотом рассказал друзьям об увиденном:
– Стоят у входа. Не знаю кто, видать только ноги.
– Сколько их? – уточнил Борис Валентинович.
– Ног или человек? – не врубился Пашка.
Борис машинально улыбнулся, но улыбка на лице скривилась и была больше похожа на оскал гиены.
– Если ног, то я видел три, – продолжил Пашка.
– Значит, двое, – решил Борис. – А дальше, никого не было?
– Не видать, – почесал спину Павел об дверной косяк. – Темно ведь, как у этого самого… И дождь льет.
В дверь снова постучали. Теперь уже не только ногой, но и, видимо, чем‑то металлическим. От неожиданности Борис вздрогнул, но собрал всю волю в кулак и подошел к входу.
– Кто там? – громко спросил Борис Валентинович, стараясь сделать голос как можно грубее.
– Свои, открывайте, – ответили снаружи знакомым мужским голосом.
– Это мы, Борис Валентинович, – подхватил второй голос, похожий на девичий.
Наставник глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Снял со скоб деревянный засов, умело сооруженный братьями, и быстренько повернул ключ. Братья направили стволы автоматов и приготовились к стрельбе. Дверь открылась, и друзей ослепил свет фонаря.
– Это мы, не стреляйте, – добрым голосом произнес незнакомец и направил свет фонарика на своё лицо.
На крыльце стоял Антон Лопатин по прозвищу Лопата. Рядом с ним дрожала от холода Ю.
– Пустите погреться? – произнесла девушка, стуча зубами. – Промокла насквозь.
***Перед очагом на перевернутом ведре сидела рыжеволосая девушка, укрывшаяся в одеяло. Над ней на длинной верёвке, натянутой от одной стены до другой, сушились мокрые джинсы и курточка. Возле самого огня на кирпичах лежали ботинки. Ю молча смотрела на огонь и слушала, о чем говорят за столом друзья.
– Как я рада тебя видеть! – не успокаивалась Мария.
После неожиданного ухода подруги Маша сначала на нее обиделась за то, что как следует не попрощалась. Увидев же Ю снова, тут же про все забыла и бросилась обнимать.
– И я рада, – тихонько, без эмоций ответила Ю и, увидев немую реакцию Маши, добавила: – Нет, правда, рада. Просто плохо себя чувствую, может, простудилась?
Мария подошла к подруге и потрогала ее лоб рукой. Затем нагнулась и коснулась его губами.
– А это еще зачем? – удивилась Ю.
– Не знаю, мама всегда так делала, когда проверяла температуру тела, – ответила Маша. – Вроде не горячая. Если хочешь, то ляг на третий диван. Ребята переночуют наверху.
Мужчины сидели за столом. Громко беседовали и гремели кружками. У Антона в рюкзаке оказалась еще одна бутыль, которую благополучно всем и разлили.
– Я вспомнила про их день рождения и не могла не прийти. – Ю перебралась на диван.
– Ага, и подарок братьям явно понравился, – засмеялась Маша.
– Какой подарок? – Ю подняла над подушкой голову и посмотрела на стол. – А это… Это не подарок… Не знаю, откуда она у Антона. Мы принесли…
Девушка встала и хотела подойти к своему рюкзаку, но, вспомнив, что она без одежды, быстренько села обратно и прикрылась еще больше одеялом. Маша поднесла ношу и поставила возле ног.
– Да где же он? – проворчала Ю, вороша свои вещи в рюкзаке. – А вот.
Девушка достала старый фонарик и обратилась к близнецам:
– Я не умею говорить красивых речей и всяких там пожеланий, какие обычно произносят в таких случаях, в общем, вот… Теперь он ваш.
– Фонарь? – спросил Сашка. – Вещь, конечно, нужная, стало рано темнеть, и с ним гораздо спокойнее. Вот только…
– Что? – развела руками Ю.
– На кой он нам без батареек? – поддержал брата Пашка. – А если даже они в нем есть, то это же ненадолго.
– Этот фонарь не как мой, – присоединился к поздравлению Лопата. – Вместо батареек – динамо. Жмешь на ручку, и он светит.
Антон взял в руки подарок, нажал на железный рычажок несколько раз, фонарь зажужжал, и лампочка внутри него засветилась тусклым светом.
– Отличная вещь, – добавил ветеран. – Можно доработать, заменив лампу на светодиоды. Тогда, по идее, светить должен ярче.
***Друзья продолжили разговоры, шутили, вспоминали жизнь до зомби‑эпидемии. Лишь один Сережа молчал и с серьёзным видом смотрел на Лопату.
– Что‑то не так? – не выдержал и спросил Антон молодого смотрителя.
Все замолчали и ждали ответ Сергея.
– Антон, ты когда‑нибудь убивал людей?