Вселенная «Станция Бякино». Трилогия (СИ)
Вопрос Сережи был для всех неожиданным. Каждый думал об этом, но никогда не говорил вслух.
– А что? – ответил вопросом на вопрос мужчина.
– Убивал или нет? – настоял слегка опьяневший парень.
– Слушай, это смотря кого людьми называть, – серьезным голосом ответил Лопата. – Я много видел смертей и, отвечая на твой вопрос, да, я стрелял в человека. Спросишь, жалею ли я об этом? Отвечу – нет. От тех людей мало что осталось человеческого, и вопрос стоял либо я, либо они. Так что…
– Отлично! – перебил ветерана Сергей.
– Отлично? – Антон в недоумении посмотрел на всех присутствующих по очереди.
– Мне нужна ваша с Ю. помощь, – продолжил Серёжа. – Сможете задержаться на несколько дней?
– Ну, в общем‑то, заказов у меня сейчас нет, – Антон посмотрел на Ю и, увидев, как та кивнула, добавил: – Друзья Ю – мои друзья. Что случилось, ребят?
***Смотритель всё рассказал Лопате: о Светке, о ценном средстве передвижения, хранившемся в клубе, о планах на этот лагерь и о будущих гостях, которых он и все остальные ждут со дня на день.
После рассказа несколько минут все молчали, переваривая еще раз услышанное. Сергей встал, налил из чистого ведра в чайник воду и подвесил над огнем в камине.
– Твой дробовик и снайперская винтовка Ю нас бы здорово выручили, – прервал тишину Борис Валентинович. – Но ты не обязан. Если уйдёшь, мы поймём.
Антон почесал рыжую бороду, улыбнулся и радостно ответил:
– Угу, и пропустить самое интересное? Я же потом себе не прощу. Сказал же, вы теперь и мои друзья. План‑то хоть какой имеется?
– Сергей говорил, у него есть мысли по этому поводу, – Борис Валентинович приготовил кружку под чай.
– С удовольствием послушаю, – не переставал улыбаться мужчина.
Сережа развязал зубами крепко завязанный целлофановый пакет с рассыпным черным чаем. Насыпал в каждую кружку по чайной ложке и завязал обратно, но уже не так сильно.
– План, значит, такой… – начал рассказ молодой человек.
Глава 31
– Как я уже говорил, наше главное преимущество в том, что налетчики не знают о нашей готовности, – Сережа посмотрел на чайник в камине, который даже и не думал еще закипать. – Придут за дрезиной, откроют дверь, а оттуда на них из темноты набросятся зомби.
– Чего? – переспросил Борис Валентинович, усомнившись, не послышалось ли ему. – Ты сказал зомби?
– Верно.
– А где же мы найдем такой цирк с дрессированными покойниками? – улыбнулся наставник, решив, что молодой смотритель шутит. – Не тяни, говори уже, какой у тебя план.
– Деревня Бякино, – ничуть не смутился Серёжа. – Пригоним их оттуда.
Сергей посмотрел на друзей, их лица были печальны. Парень подошел к огню и пошевелил кочергой угли.
– Я пригоню, – решительно сказал смотритель, бросив вскользь взгляд на супругу.
– Ты сошел с ума, – возразила Маша. – Я по‑прежнему считаю, железяку нужно отдать. Нельзя рисковать жизнью из‑за нее. Какой бы нужной и дорогой ни была.
– Разве ты не понимаешь? – Сергей встал с корточек, подошел к жене и положил свои руки ей на плечи. – Забрав у нас один раз ценный ресурс, они явятся снова. Почувствуют слабость и будут грабить постоянно. – Парень повернул голову в сторону напарника и спросил: – Разве не так, Борис Валентинович?
– Сядут на шею, это к гадалке не ходи, – погладил свою бороду наставник. – Могут и тебя, Маша, забрать, коли приглянешься. Что, передумала? Или считаешь, банда мародеров‑грабителей с нами не справится? У них за плечами опыт. Стреляют каждый день, а у нас? Я предлагал по жестяным банкам тренироваться, так вам патронов жалко. Жизнь‑то всегда дороже. Вот дадут нам с Серёжей по лбу, и будем воробьям фиги показывать, а вас с Ю с собой утащат.
– Подождите, подождите… – влез в разговор Лопата. – А с чего вы взяли, что кто‑то вообще придет? Ну убежала Мишкина любовь, и что? Может, попросту снова его кинула? Чтоб не прощаться, по‑тихому упорхнула. Пусть в дождь. Вряд ли женщина разбирается в механизмах, тем более в таких. Почему решили, что Света поняла, что за телега такая в клубе стоит и что она имеет цену?
– Я проболтался, – медленно повернулся на диване Михаил лицом к собравшимся. – В клубе пахнет бензином, вот она и обратила на нее внимание. Спросила, что за тарантайка, я и ляпнул. Никакая, говорю, это не тарантайка, а самая что ни есть настоящая мотодрезина.
В комнате поднялся гул. Каждый сам себе что‑то бубнил недовольно под нос.
– А нам он точно тут нужен? – спросил вдруг смотрителя Сашка.
– Соблюдайте спокойствие, друзья, – решительно ответил Сережа и обратился к Мише: – Что еще ты ей рассказал? Вспоминай. Ничего не бойся, никто тебя ругать не будет. Просто расскажи, как было дело.
Михаил поднялся и принял сидячее положение тела и глубоко задумчивый вид.
– Светлана спросила, для чего она. Я не хотел выглядеть перед ней дураком и с видом знатока объяснил принцип конструкции.
– Мама дорогая… – схватился за голову Пашка. – До меня только сейчас дошло. А если она Сидоровичу продаст информацию? Или люди, купившие эту наводку, перепродадут ее барыге? Он же сразу смекнет, что телега та самая… С фермы, на которую нас с братом послал.
– Всё, нам крышка, – вынес вердикт Сашка. – Он хоть и послал нас тогда на верную смерть, но унесенные автоматы со снарягой и «Зинку» нам не простит. Вы как хотите, а идти нам некуда, мы с Пашкой принимаем план Сережи. Зомбаки если не покусают вражеский отряд, то отвлекут на себя и заставят потратить патроны. Тут‑то мы и откроем по ним огонь. Устроим засаду. Вот только как ты собрался покойников сюда привести и тем более заманить в помещение?
– У нас с Борисом Валентиновичем есть петарды, – Сережа подошел к столу, положил на него руки и, немного наклонившись, упёрся на ладони. – От Игоря Марковича остались, схрон у него был тут недалеко. Мы так и оставили, не тронули, думали, может, вернётся. Теперь они нам пригодятся. Я всё сделаю сам, вы только подстрахуете, если что‑то пойдет не по плану. Громкий звук привлечет зомби, доведу до лагеря, а здесь… Стану сам приманкой. Забегу внутрь клуба, они за мной, вы закрываете главную дверь, а я выхожу через черный вход. Или запасной выход, называйте как хотите, вообще там сбоку сцены, за левой кулисой есть дверца наружу. То ли противопожарная, то ли просто через нее выступающие заходили на сцену, неважно. Надо только проверить, открыта ли, и смазать петли. Этим займется…
– Я! – резко поднял руку Мишаня, словно школьник, знающий ответ на вопрос учителя. – Можно я смажу? Хочу помочь, раз виноват.