Любить Ромео (ЛП)

Когда она остановилась и скрестила руки на груди, её футболка немного приподнялась, обнажая ещё больше её стройных загорелых бёдер. Я почувствовал себя чертовым извращенцем, когда мои глаза снова поднялись вверх по её ногам и медленно скользнули по всему её телу, прежде чем наши взгляды встретились.
— Называй меня как хочешь. Это сделка, — сказал я, не отводя глаз.
— А если я не выберу ни один из вариантов? — спросила она, её тон был напряжённым.
  
— Тогда я сам звоню в полицию и говорю им, что ты позволила парню сбежать и отказалась подавать заявление. Ты знаешь, как в Магнолия Фоллс относятся к преступлениям. Это станет главной темой для сплетен. Никто не захочет покупать кофе у владельца бизнеса, который поддерживает преступников, — сказал я, намеренно звуча резче, чем требовалось, и едва сдерживая смешок, глядя на её шокированное лицо.
Она тяжело вздохнула. Её взгляд на секунду задержался на моих губах, прежде чем вернуться к моим глазам. Затем она заговорила, её голос был тихим:
— Это был мой брат.
— Слэйд? Я думал, он в какой-то крутой реабилитации. Он здесь, в Магнолия Фоллс?
— Он не должен быть здесь. Я думала, что он в Бостоне. Но он не уехал после того, как я его увидела на прошлой неделе. Он снова употребляет, — сказала она, её слова дрожали, а слёзы катились быстрее по щекам.
Чёрт, я знал такую боль. Я вырос с наркоманом. Я видел, что это делает с моей мамой и сестрой. Я знал, каково это — любить человека, который выбирает зависимость, а не семью.
— Я прошу тебя не сообщать об этом, Ромео. Моя семья уже прошла через многое. Мои родители не знают, что он здесь. Он сказал, что ему нужны деньги, чтобы вернуться в Бостон и снова попасть в программу. Он сорвался, — продолжала она, её голос становился всё тише.
— Ты в это веришь? — спросил я. Я ненавидел этого парня, но видел, как сильно она его любит. Невозможно было не заметить боль, написанную на её лице.
Эта боль была мне знакома.
— Не знаю, что думать. Но как только я откажусь от него, у него не останется никого. Он ворвался, чтобы украсть деньги, потому что стыдился сказать мне, что снова употребляет.
— У него была маска, когда он выбежал в переулок. Как ты узнала, что это был он? — спросил я, не отрывая взгляда от её лица.
— Потому что он снял её и сказал мне вернуться наверх. А когда я начала на него кричать, он признался, что ему нужны деньги, чтобы вернуться в реабилитацию. Тогда я открыла кассу и бросила деньги в него. Он снова надел маску и сбежал, — ответила она, голос всё ещё дрожал.
Я сжал затылок, пытаясь осмыслить услышанное. Ривер был бы в восторге, если бы мог добиться, чтобы этот парень получил обвинение после всего того, что он натворил. Честно говоря, я бы тоже этого хотел.
Но, глядя на её мучения и зная, что это за чувство, я колебался.
— Ладно. Я ничего не скажу. Но в следующий раз, когда такое случится, тебе стоит оставаться в своей квартире с запертыми дверями и дать сигнализации сработать. Если он не сможет выйти отсюда до приезда копов, значит, он совсем никчёмный преступник, потому что ты знаешь, какие они медленные, — сказал я, скрестив руки.
Её губы немного дрогнули, и я понял, что она с трудом сдерживала улыбку.
— Деми, если он снова употребляет, он опасен. Зависимость всегда побеждает, когда она захватывает человека.
Я знал, что у него была проблема с опиоидами. Чёрт, весь город знал. Кроуфорды изо всех сил старались скрыть это, но у Слэйда была репутация наркомана, который чаще был под кайфом, чем нет.
— Спасибо. Тебе не нужно оставаться. Теперь я в порядке, — сказала она, потянув за край своей футболки, словно только что поняла, что это всё, что на ней надето.
Я кивнул.
— Я подожду. Ты собираешься поехать к родителям?
— Нет. Я остаюсь здесь.
— Чёрта с два, — отрезал я.
И вот так мы снова начали спорить.
Она могла выиграть первую битву, но эту она точно не выиграет.
. . .
Глава 6
Деми
Надменный. Высокомерный. Самодовольный.
Ромео Найт — настоящий засранец.
И сейчас у него была вся власть, потому что всё, что ему нужно было сделать, — открыть рот. Совершить один звонок. Рассказать своим друзьям. И к обеду завтра об этом знал бы весь город.
Мне приходилось доверять парню, который терпеть меня не мог.
— Извините? Ты думаешь, что можешь указывать мне, где мне спать?
— Входная дверь разбита. Я согласился на твой нелепый план не рассказывать никому о произошедшем и защищать твоего мерзкого брата. Не потому, что он этого заслуживает, а потому, что этого заслуживаешь ты.
Меня одновременно задело и тронуло это.
Я покачала головой и подошла ближе, задрав подбородок, чтобы встретиться с его тёмным, грозным взглядом. Этот человек всегда выглядел так, будто был зол на весь мир, а теперь он ещё и осуждал меня?
— Если я пойду к своим родителям, они узнают, что случилось. Чёрт, если я пойду в отель или к друзьям, они тоже узнают. Ты знаешь, как устроен этот город, — я пожала плечами. — Я дождусь утра и скажу, что кто-то бросил камень в окно. Я вызову мастеров по стеклу первым делом.
— И ты думаешь, что будешь спать здесь, когда сюда может зайти кто угодно?
— Ну, раз ты такой всезнайка, что, по-твоему, мне нужно делать, о великий мудрец?
— Лично я думаю, что ты должна заявить на него и вызвать полицию. Рассказать своим родителям, что этот ублюдок ограбил тебя. Вот что я думаю, — сказал он, подняв руки, когда я уже открыла рот, чтобы возразить. — Но я знаю, что ты этого не сделаешь. И по какой-то чёртовой причине я согласился следовать твоему дурацкому плану. Но ты не будешь спать здесь.
Громкий смех вырвался из моих губ. Я была на грани. Мой брат, если честно, до чертиков меня напугал. Его взгляд был безумным, он смотрел на меня так, будто не знал, кто я. Это было ужасно. Но завтра я найду его, позвоню в программу и помогу ему вернуться в Бостон. Всё оказалось куда драматичнее, чем я дала понять. Но Ромео вёл себя, как праведный придурок в данный момент, так что я старалась держаться как можно спокойнее.
— И где, по-твоему, я должна спать? — спросила я, скрестив руки и пытаясь сохранить спокойствие.
Он огляделся, вздохнул и выругался себе под нос.
— Ты можешь спать у меня. Моя квартира прямо за спортзалом.
Что ж, это неожиданно.
— Ты хочешь, чтобы я спала у тебя? Надеюсь, у тебя нет странных идей. Я не собираюсь спать с тобой ради того, чтобы ты хранил мой секрет, — сказала я, подняв бровь, чувствуя, как моё дыхание учащается.
Он мог быть надменным придурком, но был, пожалуй, самым привлекательным мужчиной, которого я когда-либо видела.
На его лице появилась дерзкая ухмылка.
— Не обольщайся, принцесса. Ты последняя девушка, с которой я бы захотел переспать. Ты ведь Кроуфорд, — усмехнулся он.
Я не хотела спать с ним.
У меня не было к нему никакого интереса.
Ну и что, если он был невероятно красив?
Я его терпеть не могла.
Но услышать эти слова... Это было больно.
Быть ненавидимой за свою фамилию. Слышать, как тебя называют "принцессой" только потому, что твоя семья богата, — это было так из прошлого. Я всю жизнь усердно работала, но люди судили обо мне, даже не узнав меня, и мне это уже порядком надоело.
А сказать, что я "последняя девушка, с которой он бы захотел переспать"?
Это было низко, даже для него.
Но я была слишком усталой, чтобы злиться, обижаться или защищаться.
Всё навалилось разом, и, прежде чем я поняла, что происходит, я закрыла лицо руками, и из моих губ вырвались всхлипы.
  
Я рыдаю, причём некрасиво, перед самым сексуальным парнем в городе — которого я, к тому же, ненавижу.
И я не могу остановиться, даже если захочу.
Две сильные руки обвили меня, и я зарыдала в грудь Ромео.
Мне было всё равно, насколько слабой я выглядела в этот момент. Завтра я верну себе уверенность. Но сегодня — с меня хватит.