Любить Ромео (ЛП)

Но, может, дело и не в зрелищности.
Ведь это всегда было шоу Лео, когда он выходил на ринг.
Обо мне никто толком ничего не знал, кроме того, что я провёл один профессиональный бой, а на втором мой отец упал без сознания рядом с рингом, после чего я ушёл из спорта.
Они не знали, что для меня это станет приоритетом.
Моей единственной целью.
Я не мог контролировать то, что Лео будет делать на ринге, но я мог контролировать то, как я готовлюсь.
  
И я выйду на этот бой в лучшей форме своей жизни и дам достойный отпор.
В этом я был уверен.
Мой телефон зазвонил, и на экране высветилось лицо Ривера.
— Как всё прошло? — спросил я.
— Они согласились на всё, брат. Завтра они встретятся с промоутерами, но уверены, что всё утвердят. Им нужен кто-то с поясом, теперь, когда Ганнер выбыл из игры, а Лео уже привлёк к этому бою уйму внимания, — сказал Ривер.
— Ладно. Похоже, мы это делаем.
— Ещё как, золотой мальчик. Пристегни ремни. Тренировки начинаются прямо сейчас.
Я кивнул, хотя он не мог этого видеть.
— Да. Поговорим завтра.
Я завершил звонок и тут же набрал Джоуи, моего тренера, чтобы сообщить ему новости. Всё было готово к тому, чтобы начать, как только бой официально подтвердят.
Было поздно, и в спортзале уже было темно. Я запер двери и вышел наружу, когда услышал крики. Я резко обернулся и увидел, как какой-то парень выскочил из входной двери кофейни. На его лице была маска.
— Стоять! — закричал я, хотя знал, что он меня не послушает.
Парень бросился в переулок, и я на секунду замер, решая, что делать: гнаться за ним или убедиться, что внутри всё в порядке.
Я знал, что там живёт Деми Кроуфорд, и инстинкт взял верх. Я побежал ко входу в Magnolia Beans. Мои ботинки хрустнули осколками стекла от разбитой двери.
Изнутри послышался тихий всхлип, но я не видел ничего. Я осторожно пролез через разбитый проём.
— Эй! — крикнул я. — Деми, ты здесь?
Снова раздалось тихое всхлипывание, и я нащупал выключатель света. Нажав его, я увидел её сидящей на полу, спиной к стойке. Она была в футболке и без всего остального, её голые ноги были скрещены перед ней. Её глаза были опухшими, и она поспешно вытерла слёзы.
Я опустился на колени, чтобы встретиться с её взглядом.
— Ты не ранена? — спросил я, доставая телефон, чтобы позвонить в полицию.
— Я не ранена. Убери телефон, — тихо сказала она, и в её голосе невозможно было не заметить нотки опустошения.
— Нам нужно вызвать полицию. Этот парень только что убежал в переулок, — сказал я, беря её за руку, чтобы помочь подняться на ноги.
— Ромео. Убери телефон, — повторила она твёрдо, что застало меня врасплох.
Я заметил, что её рука кровоточит, и отложил телефон на стойку, повернувшись к раковине в поисках бумажного полотенца.
— Ты вся в крови, твою кофейню только что ограбили. Почему, чёрт возьми, мы не вызываем полицию? — спросил я, обхватив её запястье и потянув её к раковине.
Холодная вода потекла по её ладони, и я большим пальцем осторожно ощупал порез, чтобы понять, насколько он глубокий.
— Это всего лишь кусок стекла, который попал сюда. Никто меня не тронул.
Что за чёрт с ней? Её только что ограбили, а она не злилась и не боялась? Казалось, её чувства были задеты, но это явно была не та реакция, которую ты ожидаешь после того, как кто-то ворвался в твоё дело и мог сделать с тобой всё, что угодно.
Я выключил воду и вытер рану, прежде чем осторожно приподнять её руку и вытащить осколок стекла из её ладони. Она даже не поморщилась.
Чёрт, прошлым летом, когда мне пришлось вытаскивать занозу из ноги Кингстона у озера, он разыграл целую драму.
А эта девушка? Она была непоколебимой.
— У тебя две минуты, чтобы объяснить, почему мы не вызываем полицию, или я делаю звонок, — сказал я, доставая аптечку со стены.
Открыв бутылочку с раствором для промывания ран, я обрызгал её порез, а затем обмотал его бинтом. Наши взгляды встретились, и я приподнял бровь.
— У тебя осталась одна минута.
Она просто смотрела на меня, её глаза были холодными и настойчивыми. Я развернулся и потянулся за телефоном.
— Стой. Пожалуйста, не звони в полицию. Я знаю, кто это был.
— Ты знаешь, кто тебя ограбил?
— Знаю.
— Ну, это значительно упрощает работу полиции, если они будут знать, кого искать.
Её щека покатилась слеза, и, каким-то чертовым образом, у меня защемило в груди.
Её глаза были усталыми, полными печали, и это почему-то выбило меня из равновесия.
Я провёл рукой по лицу, достал бумажный платок и протянул ей.
— Я не скажу им, кто это был, так что нет смысла звонить, — прошептала она.
Эта ситуация начинала меня серьёзно раздражать. Даже если она пыталась притворяться, что её это не задело, меня совершенно не устраивало, что какой-то ублюдок просто так отделается после того, как разбил её окно и ворвался в помещение.
— А где, чёрт возьми, твоя сигнализация? Ты хочешь сказать, что у тебя её нет, хотя ты живёшь прямо над этой чёртовой кофейней?
Она сверкнула на меня глазами.
— У меня есть эта чёртова сигнализация, Ромео. Я её отключила. Я же сказала, что знала, кто это был, так что мне нечего было бояться.
— Ты отключила сигнализацию? — переспросил я, сухо и с раздражением в голосе.
— Ты не расслышал? — Она выпрямила плечи и задрала подбородок, будто я был её врагом.
— Я вообще не понимаю, что здесь происходит. Я всего лишь тот парень, который зашёл сюда, чтобы убедиться, что тебя не избили или... — я замотал головой, ощущая, как во мне закипает раздражение, — или не сделали чего похуже.
Её глаза расширились.
— Ты думал, что меня... — она не закончила предложение.
— Это для тебя всё шутка? Послушай, у меня бизнес через дорогу. И мне не нравится, что какой-то ублюдок взламывает здания на нашей улице, а это остаётся без внимания. У меня нет таких денег, как у тебя, чтобы устанавливать дорогую сигнализацию, которая предупреждает о взломе. И меня точно не устраивает, что ты отключила свою сигнализацию и позволила ему унести чёрт знает сколько денег. И не думаю, что остальные владельцы бизнеса на этой улице будут в восторге, когда узнают, что тут произошло. — Я скрестил руки на груди.
Хотя, честно говоря, я вовсе не собирался ничего рассказывать другим владельцам. Я не из тех, кто общается с соседями или лезет в чужие дела.
Она чертовски меня раздражала.
Её нижняя губа задрожала, и мне пришлось отвернуться, потому что мне нравилось, когда она держалась уверенно, а не выглядела как беспомощная девица в беде с этими её надутыми губами и чертовски притягательными большими глазами. Конечно, мой взгляд скользнул к её обнажённым ногам, от которых я никак не мог оторваться.
— Он больше не будет взламывать другие бизнесы. Пожалуйста, не говори ничего. Давай просто скажем, что это был подросток, который бросил камень в мою дверь? Я оплачу стекло, и никто ничего больше не узнает. Если бы я думала, что он сделает это ещё раз с кем-то другим, я бы не была с этим согласна. Поверь мне, он не станет. Я не монстр, — сказала она, вытирая слёзы.
Я протянул ей ещё один бумажный платок, хотя в голове вертелась только одна мысль: Чёрт бы побрал всё это. Мне это было совсем не нужно. Ещё меньше мне нужно было ввязываться в её неприятности, учитывая, что она Кроуфорд.
— У тебя два варианта, и тебе не понравится ни один из них.
— Ты действительно получаешь удовольствие от этого, да? Вставлять мне палки в колёса, даже не зная, почему ты меня ненавидишь, — огрызнулась она.
— Забавно, что ты так говоришь, потому что прямо сейчас я ненавижу тебя за то, что ты позволила какому-то ублюдку взломать твоё заведение и сбежать. Так дела не делаются. Так что, либо мы вызываем полицию и сообщаем об этом, либо ты говоришь мне, кто это был, а я решаю, стоит ли вызывать копов.
  
— Ты такой властолюбивый ублюдок, — бросила она, расхаживая по кругу прямо передо мной.