Ночь с братом мужа (СИ)

— Я, конечно, очень рад, что ты наконец созрела для того, чтобы ко мне переехать, но может сначала поговорим?
Она кивнула и я отодвинул ее сумки с порога и уверенно прошел в квартиру. Окинул обстановку быстрым взглядом — настоящая дыра. Но в положении малыша Никки было просто удивительно, что его до сих пор не поперли даже отсюда.
Моментально оценив состояние Миры, которая потерянно стояла на одном месте, я взял все на себя. Прошел на кухню, достал из шкафчика чай и включил чайник.
— Как ты меня нашел? — поинтересовалась Мира, входя следом за мной.
Я оглянулся на нее и хмыкнул:
— Это было нетрудно. Твоя подруга — просто бесценный кладезь информации… и порой весьма интересной.
Она непонимающе нахмурилась. Это был отличный момент, чтобы задать самый главный вопрос, но кое-что меня останавливало. А именно — то, что Мира была явно не в порядке.
— Что-то случилось? — спросил я, беря ее за руки и бережно усаживая на стул.
— Не хочу об этом говорить, — ответила она, следя глазами за тем, как я завариваю чай и кладу в ее чашку сахар.
— Откуда ты знаешь, сколько сахара нужно? — спросила Мира, когда я поставил перед ней дымящийся напиток.
— Ну, мы же все-таки жили вместе, милая, — издал я смешок. — Так что я запомнил.
— Понятно.
— Что ж… — протянул я, устраиваясь рядом. — О себе ты говорить не хочешь, а о чем хочешь?
Она задумчиво поводила ложкой, размешивая давно растаявший сахар, и сказала:
— Хочу узнать твою версию того… что произошло.
— Для статистики или мои показания тоже будут учтены судом? — хмыкнул я.
— Саша!..
— Заметь, только тебе позволено называть меня так, — вкрадчиво заметил я. — Цени.
— Ты мне расскажешь все или нет?
Я потер подбородок, обдумывая ее вопрос и наконец сказал:
— Расскажу. Но не все.
Несколько месяцев назад
В офисных помещениях отцовской фирмы, расположившейся на трех этажах самого престижного бизнес-центра, свет горел в одном-единственном кабинете. Он пробивался тонкой, едва заметной полоской из-под двери и что-то мне подсказывало — тот, кто там находился, вовсе не хотел, чтобы его застали.
Впрочем, я прекрасно догадывался, кто именно там был и что делал. Было несложно сложить дважды два и предугадать его следующий шаг.
Тихо приоткрыв дверь, я наблюдал, как Ник изымает из шкафа с бухгалтерией одни бумаги и кладет на их место другие. Прежде, чем заявить о своем приходе, я достал телефон и, включив вспышку, сделал фото.
Брат вздрогнул и испуганно обернулся, давая мне возможность сделать еще пару отличных кадров.
— Ты прекрасно получился, малыш Никки, — насмешливо заметил я и сделал несколько быстрых шагов, чтобы перехватить из рук брата бумаги. Хватило пары взглядов, чтобы понять — он подменял истинные финансовые отчеты поддельными, что полностью переворачивало картину положения в фирме папаши.
— Обворовываешь папочку, братец, как же так? — рассмеялся я. — Сначала разбазарил все свое имущество, теперь добрался до фирмы… ай-яй-яй, малыш Никки, да ты, никак, в том самом месте что пониже поясницы?
— Тебе никто не поверит! — огрызнулся он, наконец придя в себя.
— А этого и не требуется, — ухмыльнулся я. — Хватит и анонимной наводки, чтобы папаша начал проверку. А тут такое…
— Чего ты хочешь, мразь?! — сорвался Ник, прекрасно сознавая, что загнан в угол.
— Дай-ка подумать… — протянул я, устраиваясь в кресле и закидывая ноги на стол. — Я хочу… первую брачную ночь с твоей невестой.
— Чтоооо?! — буквально взревел близнец.
— Тише, тише, малыш Никки, мы же не хотим, чтобы к нам присоединился кто-то еще?
— Ты не получишь Миру! — угрожающе прошипел он.
— А я думаю, что получу, — хмыкнул в ответ, кивая на телефон с фото.
— Какого черта тебе от нее надо?!
— Кровь за кровь, малыш Никки, — ответил я, впрочем, уже безо всякой насмешки. Встав на ноги, я подался к брату и задумчиво протянул:
— Впрочем, предлагаю тебе игру, братец. Если Мира поймет, что с ней не ты — я отступлю, ведь я не ты, малыш Никки, чтобы навязываться даме против ее воли. Но если она не узнает, что с ней другой, эта ночь будет принадлежать мне.
 
— Ты рехнулся!
— А ты — попал. Так что каков твой положительный ответ? — уточнил я с усмешкой.
Ответом был лишь его беспомощный и оттого еще более злобный взгляд.
Нет, я не рассказал Мире и половины того, что тогда произошло. Только самый конец, самую суть.
— Значит, вы все же на меня поспорили, — безжизненным голосом заметила она, словно ожидала, что я скажу нечто, что сможет меня обелить и теперь была крайне разочарована.
— Суть совсем не в этом, — выдохнул я, поднимаясь на ноги и отходя к окну. Смотреть на Миру и понимать, что оказался, по большому счету, не лучше брата, было невыносимо.
— А в чем она? — издала Мира нервный смешок. — Чем ты его шантажировал? Что он тебе сделал?!
— Я не могу ответить на первый вопрос, — произнес размеренно. — Не потому, что кого-то выгораживаю, а потому, что хочу наказать.
— Наказать… отомстить… — рассмеялась Мира, но в смехе ее звучала такая горечь, что практически прожигала меня насквозь. — А кроме этого ты хочешь хоть чего-то?!
Я резко повернулся к ней. Сократил расстояние между нами и, протянув руки, рывком поднял ее со стула. Глядя прямо в глаза, отчеканил:
— Долгие годы — не хотел. А теперь… тебя хочу.
Склонившись к ней, я захватил ее губы, грубо, почти до боли прикусывая их, втягивая в свой рот, жадно посасывая. Желая ощутить себя настолько живым, каким был только с ней.
Она всхлипнула, попыталась меня оттолкнуть, но это казалось подобным смерти. Она была мне нужна. Еще хотя бы несколько мгновений.
Я обхватил ее затылок, углубляя поцелуй, проникая языком в рот. Я захватывал его миллиметр за миллиметром, ощущая себя завоевателем. Диким, неудержимым, стремительным.
Возбуждение окатило тело, как кипяток. Стало ясно — если я не остановлюсь сейчас, то просто не сумею себя контролировать.
Мира тяжело дышала, когда я с трудом от нее оторвался и мое рваное дыхание ей вторило.
— Я знаю, что ты обо мне думаешь, — прохрипел, не отрывая взгляда от ее лица. — Но в одном я был искренен — я хотел тебя. Всегда хотел.
— Но ты не имел права так со мной поступать!
— Не имел, — согласился я. — Но у меня были на то причины. А ты… ты поначалу казалась мне лишь пешкой. Неприметной фигурой на доске, которой я должен пожертвовать, чтобы выиграть партию. Я думал, что эта победа принесет мне покой. Но потом…
— Покой от чего?! Что стоило того, чтобы так со мной поступать?!
— Месть! Я хотел, чтобы ему было также больно, как мне!
— Да что он сделал, в конце-то концов?!
Мы оба уже почти кричали. Я смотрел на Миру, тяжело дыша и наконец процедил:
— Ты не готова это услышать.
— Нет, я хочу это слышать! Я имею право знать!
— Зачем? Ты же мне не поверишь, Мира, — криво усмехнулся я.
— Я уже не знаю, чему верить! — воскликнула она с отчаянием. — За последнее время я узнала о своем муже столько всего…
— Уверена, что хочешь добавить потрясений в свою коллекцию?
— Мне уже все равно!
— А мне — нет, — откликнулся я глухо. — Я хочу, чтобы мне верили. Чтобы ты верила. На остальных — плевать.
Мы оба замолчали. Я с запозданием вспомнил, что так и не задал того вопроса, ради которого приехал.
— Я хочу знать кое-что, — произнес размеренно после паузы.
— Что именно?
— Ты беременна, так ведь?
Глаза Миры тут же испуганно округлились. Ее лицо и жест, которым она прижала руку к животу, говорили лучше всяких слов.
 
Я кивнул сам себе и с глухо бьющимся сердцем сказал:
— Я хочу знать, кто отец. Хочу знать… спал ли с тобой Ник… после меня.
Мира обхватила себя руками за плечи, сделавшись сразу совсем маленькой и беззащитной.