Ночь с братом мужа (СИ)

— Я не знаю… — произнесла она так тихо, что мне пришлось наклониться к ней, чтобы расслышать. — Я спала… с вами обоими. И не знаю, как теперь выяснить… чей это ребенок.
Мое сердце упало. Показалось, что оно скатилось куда-то к ногам и по венам вместо крови растекся холод.
Я не стал спрашивать, как и когда это произошло между ними — подобные расспросы были подобны акту мазохизма. Он касался ее — этого было достаточно.
— Ясно, — заметил я ровным голосом.
— И… что теперь?
Она была растеряна. И это заставило меня мгновенно собраться.
— А теперь… — пожал я плечами, — я отвезу тебя туда, куда ты собиралась. И могу даже не задавать лишних вопросов. Итак?
— Я… не знаю, куда мне ехать, — призналась она и голос ее дрогнул, а вместе с ним — мое сердце.
— В каком смысле?
— Мне нужно уехать. Но я не хочу беспокоить дедушку…
— Я понял, — кивнул я. — Отвезу тебя к себе за город. Можешь не возражать — если ты не захочешь сама, приставать не буду. Но это не точно, — хмыкнул я.
Пройдя в прихожую, я закинул на плечо стоявшие там сумки и поднял с пола коробку, которую принес. Одно неловкое движение — и она выскользнула у меня из рук и упала на пол.
Из раскрывшейся коробки вывалился потрепанный фотоальбом, а из него — выскользнуло одно фото.
— Что это? — спросила Мира, подбирая фотографию. — Это не мое.
Я же с ужасом смотрел на фото в ее руке.
— Ты знаешь, кто это? — спросила Мира, уловив перемену в моем лице.
Губы слушались с трудом, когда я поблекшим голосом ответил:
— Это Лика. Моя невеста.
  
Часть 25. Мира
 
Я вглядывалась в снимок, который сжимала с такой силой, что побелели костяшки пальцев. С него на меня в ответ смотрела красивая девушка. Ее улыбка была жизнерадостной и такой теплой, что хотелось улыбнуться Лике в ответ.
Да, Лика… невеста Саши. Именно так он и сказал. И почему вдруг я начала испытывать чувство, схожее с ревностью?
Но вовсе не оно было главным. Внутри заворочалось что-то непонятное, тревожное. Как будто я уже понимала, что именно случилось с Ликой, но пока сознание блокировало эти мысли. Потому что невеста Саши и невеста Никиты — два зеркала друг для друга. Такие же, какими были сами близнецы.
— Почему я никогда ее не видела рядом с тобой? — задала я, наверно, один из самых глупых вопросов, которые в принципе могли прозвучать.
Саша дернулся, словно мои слова его ударили, но очень быстро пришел в себя. Сумки с глухим стуком упали на пол. Алекс же сцепил зубы и спрятал руки в карманы джинсов. Как будто говорил всем своим видом, что на этом обсуждение его невесты окончено.
— Это мы обсудим позднее, — наконец подтвердил он мои мысли. — И не здесь.
Я нахмурилась, но протестовать не стала. Может, Саша прав? Я попросту не готова услышать все то, что он мог мне рассказать?
— А кто это? — спросила через несколько мгновений, когда выудила из коробки целый альбом.
Собиралась оставить его на кухне, куда и направилась, по дороге наскоро пролистывая находку.
Алекс подошел ко мне, вставая за спиной. Взглянул из-за моего плеча на фотографии девушек, обнаруженные в альбоме.
Меня окутал аромат Сашиного парфюма, а от мужской близости, когда Алекс касался меня своим телом, внизу живота стало горячо. Реакция была настолько неуместной, что я до боли прикусила губу, чтобы хоть немного прийти в себя.
— Наверно, своего рода трофейный каталог Никки, — хмыкнул он, и я с замиранием сердца открыла последнюю страницу.
— Прекрасно. И его жена здесь во всей красе, — прошептала едва слышно.
Да, в этом альбоме имелась и моя фотография и она располагалась… как раз после снимка Лили.
— Ты ее знаешь? — спросил меня Саша, когда заметил мою реакцию на женщину, аромат духов которой до сих пор витал в квартире.
— К сожалению, да, — подернула я плечами, захлопывая альбом и отбрасывая его от себя, словно ядовитую змею. — Это будущая супруга Никиты. И мать его будущего ребенка.
Я направилась в прихожую, желая только одного — уехать как можно скорее. Если Лиля успела позвонить Нику и рассказать ему о нашем с ней знакомстве, неровен час мой почти бывший муж уже помчался сюда.
 
— Хм… как много всего я пропустил, пока валялся на больничной койке, — с мрачным смешком констатировал Саша.
Он снова взял мои сумки и теперь дожидался, пока я осмотрюсь и буду окончательно готова к тому, чтобы покинуть это «прекрасное» жилье.
— Я бы с удовольствием пропустила это тоже, — призналась в ответ, после чего вышла в коридор.
Мы устроились в машине Саши через несколько минут. Хорошо хоть Алекс выбрал именно способ передвижения — поездку на его мотоцикле я бы вряд ли перенесла.
— Так что там с будущим новым семейством малыша Никки? — чуть насмешливо спросил Саша по прошествии десяти минут нашего путешествия в новое незнакомое мне жилище.
Я оторвалась от своего занятия — все это время смотрела в окно невидящим взглядом и старалась ни о чем не думать. Взглянула на Алекса, ненадолго «залипнув» на том, как он уверенно вел машину.
— Лиля приходила ко мне буквально за полчаса до тебя. Сказала, что эту квартиру Никита снимал для нее. Ну и рассказала, что она беременна, но на замужество с Ником не претендует.
— Вот как? Интересно, почему? — приподнял брови Саша, словно это и впрямь было ему интересно.
— Потому что Никита женат на невинной Мире, — хмыкнула я, складывая руки на груди в защитном жесте.
Удивительно, но я вдруг поняла, что не испытываю ничего, что причинило бы боль, когда говорю об этом с Сашей. Напротив, мне с каждым произнесенным словом становится легче.
— Знаешь, меня всегда удивляло, что себе в жены он выбрал именно тебя, — сказал вдруг Алекс, и я уже собралась возмутиться, когда он добавил: — Нет, не подумай, что ты не годишься на эту роль… напротив. Просто Ника всегда интересовали девушки вроде этой самой Лили. Ну, или Наташи твоей.
Я поджала губы, чтобы не начать расспрашивать о том, какие девушки интересовали самого Сашу. Его слова «Долгие годы никого не хотел, а теперь — тебя хочу», — до сих пор рефреном звучали в памяти. И, пожалуй, сейчас я не готова была обсуждать это и дальше — уж слишком много эмоций во мне вызывали подобные беседы и сам Алекс.
— Понятно, — просто ответила я, вновь отвернувшись к окну.
В салоне автомобиля разлилось тягучее молчание. Мы с Сашей обсудили очень много всего, но мне казалось, что наш разговор только сильнее все запутал.
— Кстати, я так и не спросила, как ты? — запоздало сообразила, поворачиваясь к Алексу и чувствуя, как в лицо бросается краска.
С этими происшествиями, которые перевернули все мое существование, я напрочь забыла о том, что было в разы важнее.
— Жить буду, — усмехнулся Алекс.
— Так и не удалось выяснить, кто на тебя напал?
Саша сильнее сжал пальцами руль. На скулах, покрытых темной щетиной, заиграли желваки.
— Я на пути к тому, чтобы это выяснить, — ответил он расплывчато. — Кстати, я тоже тебя хотел спросить. Ты приезжала ко мне в больницу, когда я был в отключке?
Он свернул на загородную трассу и быстро взглянул на меня.
— Приезжала, — призналась я.
— Это ты сказала, что будешь меня ждать?
Черт! Я снова почувствовала, как на щеках вспыхивает румянец.
— Да. Мы ведь так и не поговорили… ну, до сегодняшней встречи, — произнесла в ответ как можно спокойнее, хотя все внутри переворачивалось от новых ощущений.
— Хорошо, — кивнул Саша и мы снова замолчали.
Алекс припарковался возле высокого забора минут через десять. Вышел из машины, открыл мне дверцу, после чего вытащил из багажного отделения сумки.
 
— Пойдем, покажу, что у меня и где, — кивнул он, подходя к воротам.
Пропустил меня вперед, когда мы оказались во дворе, и я зашагала к дому. Он оказался не таким огромным, как особняк Вознесенских, но отделан был с гораздо большим вкусом. И, как бы странно это ни звучало, на все сто подходил Саше.