Барон Дубов 7 (СИ)

С огромным удовольствием я опустился в горячую бурлящую воду. Да, здесь было ещё и джакузи с фильтром. Рядом со мной вода покрылась маслянистой плёнкой, но она быстро исчезла, как и мыльная пена, когда стёр с себя грязь и копоть.
Какое же это всё-таки блаженство — быть чистым.
Из-за изгороди слышались голоса девушек и плеск воды. Так бы лежал и лежал наслаждаясь, но голод не тётка. Есть хотелось ужасно, поэтому через пятнадцать минут я выбрался из такой уютной чаши и принялся за распаковку одежды.
  
Полный комплект: светлая рубашка, простые, но прочные штаны из ткани с кожаными вставками, хорошие ботинки и кожаный нагрудник с каким-то странным кристаллом посередине. Я не сразу понял его назначение, но когда до меня дошло…
— Оу… — пробормотал я. — Теперь понятно, почему эти комплекты стоили дешевле остальных.
Голубоватый кристалл по форме напоминал глаз. Только разрез был вертикальный. Жуки-глазуны таскали на панцирях нечто похожее. Хм, значит, теперь за нами смогут наблюдать буквально повсюду и, как говорится, от первого лица. Надеюсь, от этого будет прок. Дополнительные кикибаллы, например, или помощь от спонсоров.
Выйдя из купальни, встретился с девушками. На Лизе был похожий комплект, а вот у Лакроссы отличался металлическим нагрудником. В остальном всё то же самое.
— Спасибо, — сказала блондинка, мило улыбнувшись. — Я уж боялась, что буду в лохмотьях до конца турнира ходить.
Я хмыкнул:
— Эти доспехи попрочнее будут. И слизь их не берёт.
— А это что такое? — спросила Лакросса, колупая ногтем кристалл. — Похоже на глаз.
— Это он и есть, — кивнул ей.
— Ч-что? — мгновенно вскинулась она. — То есть меня могли видеть, пока я переодевалась⁈
Оркесса тут же в панике закрылась руками, как будто прямо сейчас стояла здесь голая. Чем вызвала весёлый смех у княжны.
— Цыц, голубая! — рявкнула на неё Лакросса, а голубоволосая язва спряталась за меня, только голову высунула и показала язык.
Когда вернулись на площадь, народу там значительно прибавилось. Кто-то тратил заработанные баллы, кто-то заваривал лапшу прямо на одной из скамеек, а рядом лежал спальный мешок. Да, экономия — она такая.
Несколько человек ломились в запертый дом. Хорошо, что не наш.
— Открывай! — вопил искусанный пчёлами парень. — Ты обещал поделиться очками, а сам снял себе дом! Где наша доля, сволочь⁈
— Да! Открывай, козлина проколотая! — истерично вопила девушка, сейчас больше напоминавшая молодую версию бабы-Яги из сказок. На спине торчало несколько больших волдырей.
— Это у вас там Броков, что ли? — невзначай спросил я, проходя мимо.
Мы шли к себе в дом, чтобы наконец поужинать, а этот был по соседству с нашим.
— Да, чтоб ему… — Парень резко замолчал, увидев нас. — Ты! Это же ты на нас пчёл натравил! Ты во всём виноват!
— Ага, щас, — мгновенно вскипела Лакросса. — Это вы меня сбросили вниз! А затем пытались вместе с проколотым нашу добычу отобрать!
— Мы… я… — стушевался парень. Брюнет, кстати, с чёлкой набок и лицом безобидного, в общем-то, человека.
— Получили, что заслужили, — закончил я за него и открыл дверь нашего дома.
Парень не нашёлся, что ответить, как и остальные из команды Брокова.
Мы уже было зашли в дом, но тут защёлкали перекидные карточки на большой турнирной таблице. Подсчитали очки участников, так что весь народ сразу бросился туда. Даже Проколотый выполз. Причём в буквальном смысле. Правда, в дверь еле протиснулся, потому что задницу разнесло до размеров дирижабля. Не забыл прожечь меня ненавидящим взглядом, а я только улыбнулся в ответ, показав клыки. Пускай боится. Таким это полезно.
Хотя, зная характер таких вот аристократов, уверен: его род ещё попытается надавить на других участников, чтобы насолить нам. Так что надо быть настороже.
Карточки перестали шуршать и замерли. Вот и итоги первого дня:
1. Метельская — 9700 (это, наверно, та шатенка с ветряным Инсектом)
2. Макаров — 9400
3. Ящеров — 8320
4. Броков — 8250
…
47. Морок — 5430
…
65. Онежская — 4570
66. Дубов — 4500 (да, я нехило потратился на комфорт)
…
78. Светова — 3000
…
Ну и так далее. Мда, мы сегодня неплохо заработали, но и я прилично потратился. Зато выспимся и наедимся, а это куда важнее для следующего дня соревнований.
— Эй, а чего это у Лакроссы так много очков? — надулась княжна. — Я же больше заработала. Откуда?
— От верблюда, — передразнила её оркесса. — Меня больше волнует, почему ты не плетёшься в самом конце со своим характером.
— Фух, а я ещё не в самом конце, — радовалась Лиза. — Спасибо вам.
Благодарить было за что. Броков кинул свою команду на баллы, и некоторые не заработали вообще ничего. То есть по нулям. И их тут же исключили из соревнований. Лизу эта участь не коснулась, благодаря нам.
Девушек я мягко подтолкнул к дому. У нас уже еда наверняка безнадежно остыла.
— Идём с нами, — позвал я Лизу, а она вдруг возьми и покрасней.
— А м-можно? — неуверенно замерла она на месте.
Мы стояли примерно посередине между толпой участников у турнирной таблицы и дверью наших апартаментов.
— Конечно, — пожал я плечами. — Ты же наверняка проголодалась. Поужинай с нами.
— А… ты про ужин… — сразу сникла девушка, а я не понял почему.
Еды-то я заказал очень даже нормальной! Хачапури по-аджарски, янтыки (это такие большие крымские чебуреки), разные салаты, мясо, закуски и чай с кофе в термосах. Царский ужин в таких условиях!
— А ты про что?
Лиза замялась, сцепив руки в замок и держа их внизу живота, но через несколько секунд всё же решилась.
— Можно я и дальше пойду с вами? Мне… мне больше не с кем. Два моих сокурсника только что вылетели, потому что были в команде Брокова, как и я. А мой Инсект, он… в общем, в одиночку я вылечу уже завтра, а с вами вроде как немного сработались…
Её нежный и приятный голосок немного дрожал, пока она говорила. Я оглянулся на Лакроссу и княжну, которые старательно отворачивались друг от друга. Не ради их мнения, а была любопытна реакция. И она мне не понравилась.
— Можно, — сказал я Лизе. — Если будешь громоотводом для этих двоих.
— С радостью! — аж подпрыгнула девушка и, сверкнув изумрудными глазами, подошла к подругам. — Девочки, не ссорьтесь! Это в вас голод говорит, поэтому вы обе такие раздражённые…
Во мне голод уже просто вопил, поэтому всю троицу я буквально впихнул в дом. Есть! Я хочу есть!
Следующие полчаса пролетели как в тумане. Мы не разговаривали. Только ели и пили. А на десерт у нас были замороженные медовые соты с чаем. Вкуснотища просто неописуемая! Такого вкусного мёда я в жизни не пробовал. Мягкий, тягучий вкус с кисло-сладкими нотками обволакивал язык, послевкусие от воска, из которого пчёлы собрали соты, вообще будто отправляло тебя на диковинный цветочный луг, с которого не хотелось уходить. Аромат же… Настолько сильный и дурманящий, что не удивлюсь, если сюда нагрянет рой тех пчёл. От потрясающего вкуса время от времени язык аж сводило.
Короче, мёд этих пчёл теперь прочно займёт своё место в моём личном топе вкусных блюд.
К тому же Лиза оказалась права: после сытного ужина мы все расслабились и подобрели. Даже с лиц княжны и оркессы ушла напряжённость.
Правда, как оказалось, ненадолго. После ужина в дверь настолько тихонько постучались, что не встрепенись Альфачик, мы бы и не заметили. На пороге стоял один из слуг Лесниковых в зелёной ливрее. В руках он держал несколько коробочек разного размера.
— Послания от зрителей, Ваше Благородие, — сказал он.
Я забрал почту и раздал девушкам, благо посылки были подписаны. Свою просто перевернул над столом, и из неё высыпались прямоугольные карточки с текстами. В центре — само послание, а внизу — подпись от кого. Я прочитал несколько.
  
«Надо было этому Брокову ноги сломать!» — писал Пламенный Зритель.
«А идея пойти за лягушками с растворяющей слизью мне зашла. В следующий раз искупай своих девушек в ванне с таким, хе-хе-хе!» — Вуайерист2253