Барон Дубов 7 (СИ)
«Ух, мне аж самому плохо стало, когда этого княжича пчела проколола! Ну и поделом ему!» — БаронБаронов.
«А этой гигантской осе я бы вдул! Так держать!» — Ботаник3000.
И всё в таком духе. А судя по числам на обороте карточек, некоторые ребята ещё и баллов мне накинули. Пара сотен, но тоже неплохо, если перевести на рубли.
Я так понял, люди подписывались псевдонимами, чтобы сохранить инкогнито. Наверно, боялись, что вычислят, если вдруг что-то не понравится.
Меньше всего записок оказалось у княжны, а вот у Лакроссы… Чёрт, да ей целую гору посланий отправили! Она аж зарделась. В основном признания в любви, но и классических «я бы вдул» хватало. Хорошо, что картинки сюда нельзя было присылать…
Лизе тоже досталось порядочное количество комплиментов. Большая часть восхищённых посланий была связана с боем с Царь-жабой. Всё-таки, блондинку там чуть одежды не лишили, а Лакросса и вовсе сражалась почти голой.
— Теперь понятно, откуда у тебя столько очков, — хмыкнула княжна. — Если бы после боя с лягушками ты осталась совсем без одежды, то уже была бы на первом месте.
Началось…
— А ты не завидуй, — отмахнулась оркесса.
— Было бы чему. Задницей светить — много ума не надо.
— Ах так! А ты попробуй как-нибудь вытащить золотую ложку из своей задницы… Ой, нет, подожди, ведь задницы-то у тебя и нет!
— Что⁈ — вскочила со стула княжна. — Да у меня, если хочешь знать…
— Не хочу! — тоже вскочила оркесса, уронив стул. — Ничего не хочу знать! Зато хочу, как ты, жить в мире добрых пони и розовых щенят!
Ореховые глаза Лакроссы заблестели. Она хотела сказать что-то ещё, но зажала рот рукой и бросилась вон. Нет, не на улицу, а на лестницу на второй этаж. Та была винтовой и располагалась слева от небольшого камина из огнеупорной породы дерева. Его я зажёг, потому что вечер стал прохладным. Каблуки девушки яростно простучали по ступенькам и смолкли, когда хлопнула дверь.
— Довольна? — спросил я княжну.
— А что я? А я ничего… А она! А я… А чего мне так мало писем! — сбивчиво бормотала Василиса.
Под моим суровым взором она опустила глаза и села обратно за стол. Начала судорожно перебирать карточки с посланиями.
Устроили тут, понимаешь…
Ко мне подошла Лиза и тихонько шепнула на ухо, слегка наклонившись:
— Я не очень разбираюсь в психологии орков, но, кажется, Лакроссе сейчас нужен друг. А я тут… поговорю с Её Светлостью.
— Пожалуй, — согласился я и встал из-за стола.
Прошёл к лестнице и поднялся на второй этаж. В небольшом коридоре нашлись две двери — под правой виднелась полоска света и доносились приглушённые всхлипы.
Вот ведь ПП, а! Проблемные подруги! На ровном месте проблем нашли. Всё настроение испортили.
Хотя, если подумать, между ними всегда искры бегали большую часть времени. А тут их вдвоём отправили на турнир, вот и… какие-то старые обиды нашли выход.
Я коротко постучался и сразу же вошёл. Комната Лакроссы была небольшой. Слева — полутораспальная кровать, тумбочка, возле которой стоял эльфийский лук, два больших овальных окна и письменный столик с ночником в абажуре из широких листьев.
Девушка лежала на кровати, отвернувшись к стенке, а её плечи вздрагивали. Я сел рядом и погладил её по ноге.
— Прости, Коль, — отозвалась она на прикосновение. — Не знаю, что на меня нашло. Сорвалась. Мы ведь одна команда и всё такое, да? Должны биться спина к спине, а я… В общем, плохой из меня командный игрок.
— Это уж мне позволь решать. Лучше расскажи уже, что между вами двумя происходит. По порядку. И честно.
Лакросса повернула ко мне голову и потёрла лоб.
— Ладно, — выдохнула она. — Честно так честно. Честность — лучшее качество для воина. А я воин. Пусть и девушка. Единственная дочь своего отца, и на мне лежит огромная ответственность. Когда его не станет, племя поведу я, а ты сам понимаешь, каково это делать женщине. Мне каждый день придётся доказывать, что я достойна.
— Раньше ты говорила иначе. — Я встал, закрыл занавески на окнах и вернулся обратно на кровать, положив руку на плечо оркессы. — Говорила, что хочешь стать самой сильной, чтобы самой решать свою судьбу.
— Я изменилась, — хмыкнула она и посмотрела на свои ладони. Мозолистые от постоянных упражнений. — Из-за тебя.
— Из-за меня?
— Да. Я ведь не слепая и не дура. Увидела, как ты принимаешь наследие своего рода, заботишься о поместье, винограднике и… о нас. И поняла, что должна поступить так же. Наше наследие, память наших предков… Это ведь то, что делает нас собой. Ты так не думаешь?
Я вздохнул, прокручивая в голове воспоминания последних месяцев, и ответил:
— Пожалуй, что так. Но причём здесь княжна?
— Василиса? Знаешь сказку про муравья и стрекозу?
Кивнул в ответ.
— Я, как тот муравей, постоянно тренируюсь, извожу себя диетами, постоянно учусь и пытаюсь стать сильнее. А Василиса? Она как стрекоза: лето целое пропела. Только в сказке стрекоза потом приползла к муравью, а у Онежской всё равно всё получается! Даётся куда легче, чем мне!
— А ещё она выйдет замуж за того, на кого укажет отец, чтобы заключить выгодный союз. Станет предметом торга, проще говоря, — закончил я за Лакроссу.
Оркесса посмотрела на меня и вздохнула.
— Да, тоже не самая лучшая участь. Я всё поняла, Коль, спасибо.
Я видел, что девушка всё ещё напряжена. Под кожей щёк ходуном ходили желваки, лоб морщился, мышцы плеч и рук были напряжены.
— Тебе нужно расслабиться, — я поднялся и снял нагрудник, — отпустить дурные мысли.
Под вопросительным взглядом Лакроссы снял нагрудник и с неё и спрятал их в шкаф. Ещё не хватало, чтобы за нами подглядывали. Хотя, пожалуй, стоило это сделать куда раньше. Но уже поздно, фарш назад не провернёшь.
Девушку я перевернул на живот. Она пыталась протестовать, но когда я начал, то сразу расслабилась. А начал я лёгкий, расслабляющий массаж. От стресса и тренировок мышцы только так забиваются, и их обязательно нужно промять и расслабить. К тому же у меня был хороший учитель. Вероника делает массаж просто мастерски. Эх, даже соскучился по нему немного.
Слегка разогрев оркессу, стянул с неё остатки одежды, чтобы ткань не мешала. Кожа у Лакроссы была нежная и бархатистая на ощупь. А запах шоколадного мускуса приятно щекотал ноздри. Она сначала только пищала, когда я безжалостно проминал забитые мышцы, но потом, когда спазмы были побеждены, начала постанывать. Я перешёл ниже, занялся её ногами. А потом сам не заметил, как мы оказались в постели.
Вечно с красивыми девушками массаж идёт не по плану. Не то чтобы я был против…
— Что… меня должно было… расслабить? — выдохнула потная и оттого ещё более сексуальная оркесса, когда мы обессиленные упали на смятую кровать. — Массаж… или это?
— Оба! — хохотнул я.
Свет уличных фонарей за окном приглушился, и я не заметил, как заснул.
Утром меня разбудило тормошение за плечо. И нет, это не я стал лунатиком, а меня активно пытались разбудить. Разлепив глаза, увидел перед собой три сердитые мохнатые мордашки в жёлто-чёрную полоску.
— Коля! — хором завопили девушки. — Ты что с нами сотворил⁈
А я не выдержал и зашёлся смехом, за что был немедля поколочен. Не, ну а какой ещё реакции они ожидали⁈
Глава 7
Облачное Древо
Вторая зона отдыха
Несколько часов назад
Княжич Парнасов Дмитрий Львович лежал в спальном мешке прямо на улице второй зоны для отдыха. На продуваемой всеми ветрами площади. Он потратил полученные сегодня баллы на этот спальный мешок, оставив необходимый минимум, чтобы не оказаться в самом конце. Княжич зябко поёжился от холода. Дешёвый спальный мешок не был рассчитан на столь холодные ночи. Поэтому княжич никак не мог заснуть и смотрел на тёмный горизонт, местами видимый сквозь листья.
Он был сыном патриарха рода Парнасовых. Будущий наследник княжеского титула. Его двоюродный братец из другой ветви Парнасовых, тот самый, что так опозорился перед самим Императором, тоже любил величать себя княжичем. Вот только достоинства в нём не было ни на грош. Капризный и тщеславный трус. Не то что Дмитрий.