Огненные стрелы (СИ)
— У нее порядок идеальный, понимаешь? Квартирка в цокольном этаже, ну, как положено — к земле поближе, к корням… И там шик-блеск-красота! Это надо видеть, конфетка, а не квартирка! Понимаешь, она откосы на окнах сама делала, и пол сама плиткой выкладывала! А я тут, значит, жижей этой мыльной… Вот она и врезала. Короче, пошли. Будешь меня хвалить и сватать. Оденься поприличнее, ты же герцог, а не хрен с куста! О, герцогиня сердца моего, одень своего мужа, чтобы он выглядел представительно!
— Представительно для кхазадки? — уточнила умненькая Зайчишка.
— О, да! Воистину, монсеньерище, ты выбрал себе хорошую жену, так давай же пойдем и заберем себе вторую, которая не такая и другая, но точно не хуже и точно — более подходящая! — суетился легендарный вождь.
— Подходящая для кхазада, — кивнула хорошая жена.
— Само собой! — потер руки гном. — Если она так дерется, представь, сколько кружек пива она в одной руке может принести! А в другой…
— … сковородку, — хихикнула Зайчишка.
— Сковородку? — всерьез задумался Ёррин наморщив лоб. — Не надо сковородку. Лучше стопку блинов. До потолка. А, и вот еще, монсеньерище! Там я Патрика Доэрти встретил, он к родным пенатам вернулся, гостит у Коннора Доэрти. Он просил меня передать тебе, что хочет, чтобы ты был его секундантом.
— Секундантом? — переход от трагикомедии с матримониальными мотивами к батальному полотну был довольно внезапным. — У Патрика что — дуэль?
— А! Да! Я предложил ему свои услуги, но понимаешь, эти орра — хероплеты и шовинисты. Они не воспринимают нелюдей как ровню, вот что. Ну и пошли они нахрен с такими заходами… А мы с тобой пошли свататься! А потом уже ты будешь секундантствовать на массовой дуэли Доэрти против Галахеров!
— Жена! — встал с места Аркан и принял нарочито-горделивую позу. — Неси мне латные перчатки и меч, которым я обычно убиваю Галахеров!
— Будешь возвращаться — купи мне того шербета, с ягодками… — попросила Зайчишка, помогая мужу опоясаться. — И не испачкай этот кафтан, пятна крови плохо выводятся, а такие обшлаги с серебряной тесьмой тебе очень идут!
— Очень тебя люблю! — чмокнул супругу в алую щечку Рем, и следом за топочущим по ступеням Ёррином стал спускаться по лестнице.
— Определенно, надо скорее жениться, — сказал гном. — Вот прямо сегодня!
XIX СВАТОВСТВО КХАЗАДА
— Да никакая это не дуэль! — возмутился Аркан, спрыгивая с коня на мостовую. — Это кабацкая драка намечается! За мной, Ёррин, наших сейчас будут пробовать бить!
И они шагнули за порог таверны, в которой разгорались драматические события: две неравные компании южан вот-вот могли начать в зале кровавую потасовку. «Наших» вычислить оказалось очень просто: Патрик Доэрти собственной персоной, и еще четверо — в черных кафтанах и с красной вышивкой в виде побегов зверобоя заняли оборону в углу, находясь в полуокружении толпой разгоряченных молодых аристократов, которые выкрикивали оскорбления и показывали совершенно несоответствующие благородному происхождению жесты.
— Аскеронские собаки!
— Аркановские лизоблюды!
— Продались церковникам за тридцать сребреников!
— Мракобесы! Каратели! Изуверы! — кавалеры потрясали кулаками, плевались и грозились, и такое поведение и вправду не походило соответствующий дуэльному кодексу вызов на поединок.
Патрик Доэрти — Великий Комтур Ордена Зверобоя и его земляки, также — зверобои, прибывшие на зов своего Командора, реагировали на нападки со стороны соотечественников сдержанно: скалились в ответ, держали руки на эфесах мечей, но доставать клинки не торопились. Они все-таки были среди своих, на своей родине, и убивать земляков — пусть и явно враждебных Галахеров — это настоящим орра претило. Стойко перенося оскорбления и не поддаваясь на провокации, люди герцога Аскеронского выжидали критического момента. Местные кавалеры и понятия не имели, с кем связались: зверобои за последние годы хлебнули лиха, и сражались с врагами куда более серьезными, чем раздухарившиеся молодчики со шпагами. Они бились с наемниками, рыцарями, магами, чудищами и демонами, сражались в Аскероне, Лабуа, Монтанье и Кесарии, воевали на Рубоне Великом…
— Мать-мать-мать вас, вашего герцога и всю ортодо… — заорал кто-то, и тут Аркан начал действовать, потому как если бы этот южанин закончил свою тираду, Рему пришлось бы убить его — или заставлять умолять о прощении. А южане чертовски не любили извиняться.
Поэтому, Буревестник, тщательно примерившись, отвесил дерзкому орра хороший пинок под зад, такой силы, что злоязыкий Галахер кубарем полетел на пол, а герцог Аскеронский провозгласил:
— Господь поразил всех, напрасно враждующих против меня, зубы грешников сокрушил! — и тут же влепил размашистый удар в челюсть первому обернувшемуся Галахеру, пнул под коленку еще одного, ухватил за шею третьего — и швырнул в толпу. — Ангелы на руках понесут тебя, да не преткнешь о камень ногу твою! На аспида и василиска наступишь и попирать будешь льва и дракона!
Ёррин тоже не медлил: он следом за другом ворвался в толпу агрессивных южан подобно тарану и устроил среди растерянных задир настоящую сумятицу, сбивая их с ног и раздавая тумаки направо и налево. Удар с тыла, да еще и такой внезапный, здорово изменил расклад сил в таверне. Зверобои, увидев, кто именно пришел им на помощь, и осознав, что справиться можно и не устраивая в Претории филиал скотобойни, мигом кинулись в драку — не обнажая мечей, пользуясь только своими кулаками, каблуками сапог и табуретками.
Семеро против дюжины — таков был расклад, но неожиданно разыгранный Буревестником дебют склонил чашу весов в сторону зверобоев. Крики и звуки ударов, треск ломающейся мебели, сопение и пыхтение наполнили таверну. Что характерно — никто и не думал хвататься за мечи или шпаги: невместно! Драка есть драка, война есть война, и не стоит путать одно с другим. В какой-то момент Патрик Доэрти азартно блеснув глазами поднырнул под своего противника, перехватил его руку и швырнул через плечо, спиной прямо на большой дощатый стол, а потом распрямился — и оказался лицом к лицу с Буревестником.
— Виват, Аркан! — отсалютовал он кулаком.
— Мы тут закончили, Патрик? — поинтересовался аскеронский герцог, оглядываясь.
Вокруг на полу стонали и корчились Галахеры, меж ними ходили зверобои. Люди Аркана тоже не обошлись без травм: кто-то баюкал руку, кто-то прихрамывал, другой — потирал отбитые ребра. Рем и сам приложил платок к носу: один из вертких южан ловко зарядил ему локтем!
— Закончили, — кивнул Великий Комтур Ордена Зверобоя, который сейчас походил на растрепанного дворового мальчишку. — Ловко ты это придумал, пнуть его под зад. Драка — это куда лучше, чем резня. Надо уходить, пока не нагрянули гвардейцы Аквилы!
— У нас тут пара дел еще… Нужно просватать Ёррина и… Патрик, у тебя с собой есть кошелек? — поглядывая на учиненную разруху безмятежно спросил Буревестник.
— Орра, да что с тобой не так? Почему опять я? — возмутился южанин и полез за деньгами. — И вообще — платит проигравшая сторона!
— Им нечем платить, это нищие младшие сыновья младших сыновей. А главную латифундию, где заправляла богатейшая ветвь рода, ограбили орки… — пояснил Рем, а потом договорил до конца: — А орков ограбил я. Но кошелек с собой не взял. Я ведь думал, что и вправду буду твоим секундантом, случится чинная-благородная дуэль за честь дамы или по поводу не того напитка в чашке, а поди ж ты!
— Поня-а-а-тно… — покивал Патрик Доэрти со скорбным видом и высыпал на стойку таверны несколько серебряных монет. — Хозяин! Купи себе новую мебель! И попроси плотника, чтобы он ошкурил ножки хорошенько: чертовски много заноз в табуретках, драться неудобно, никакой клиентоориентированности!
* * *Свататься в блинную пришли всей толпой: пятеро зверобоев и герцог Аскеронский подталкивали в плечи легендарного вождя клана Сверкеров. Вид после схватки в таверне у всех них был прямо сказать непрезентабельный, однако Аркан умел держаться с достоинством в любой ситуации. По крайней мере — старался.