Огненные стрелы (СИ)
— Доброго и приятного дня, прекрасная мистрисс, — он с самым любезным выражением лица шагнул через порог и двинулся к прилавку.
За прилавком орудовала разбитная бабенка кхазадской наружности: невысокого роста, рыжая, веснушчатая, фигуристая, с яркими зелеными глазищами и задиристым выражением лица. И, похоже, ее совсем не волновала агорафобия, этот главный и страшнейший бич всех гномов.
— И вам не хворать, маэстру! — откликнулась хозяйка заведения, и пошерудила под сковородой так, что пламя из плиты взметнулось едва ли не до потолка. — Блины будете?
— После того, как сей достойный кхазад, великий забойный мастер, сказал нам, что некая мифическая дщерь народа гномов печет блины, мы только и мечтаем о них! — подал голос Патрик, оправившись от секундного шока. — Поверите ли, мистрисс, мы только что дрались с толпой Галахеров и устали, нам хорошо бы восстановить силы!
— Сделаю тогда пышные блины с мачанкой из колбасы и сала с луком! — решила рыжая кхазадка и принялась орудовать большой ложкой и какими-то горшками и котелками. При этом она бросила взгляд в сторону Ёррина: — А что, этот прохиндей — он и вправду сказал что ему понравились мои блины?
— На правах друга и сеньора этого прохиндея, — Аркан ткнул внезапно тихого Сверкера в плечо. — Хочу отметить — он не просто прохиндей, а прохиндей легендарный! По крайней мере целый клан и огромный подземный чертог в Аскеронском герцогстве — это его вотчина. И, поверьте, мои вассалы не испытывают недостатка в еде и напитках, каких только яств маэстру Сверкер не перепробовал… Так что его мнение о блинах можно признать авторитетным. Но, по правде говоря, вы на него произвели впечатление гораздо большее, чем блины.
— Сеньор? Вассалы? -засомневалась кхазадка, выливая на сковороду тесто из большой ложки. — Похожи-то вы на бандитов с большой дороги, а не на благородных господ!
— Это после драки, — пояснил Буревестник, отряхивая кафтан. А потом показал девушке-кхазадке рукава: — Но вы взгляните на серебряную тесьму на обшлагах! Мне жена сказала — очень стильно. И вполне подходит для герцога!
— А вы — герцог? — она большой лопаткой перевернула очередной блин и он зашипел на сковороде.
— Самый настоящий. Герцог Аскеронский Тиберий Аркан Буревестник! — раскланялся Рем. — А это — мои верные вассалы.
— И этот — вассал? — она показала лопаткой на Ёррина, который в смущении не знал, куда деть руки.
Он теперь и не рад был, что попросил Аркана посвататься и похвалить его. Нет, просьба эта выполнялась, но как-то слишком по-аркановски: невозможно было понять, герцог глумиться и иронизирует, или вполне серьезно выполняет возложенную на него почетную миссию.
— И этот, — кивнул Рем с серьезным лицом. — Очень важная шишка в Ордене Зверобоя и Аскеронском герцогстве. У него во владении — Сверкер-Дум, это подземные чертоги величиной с дюжину дворцов Наместника!
— То есть — пристроен, при деле, место имеет? Жилплощадь… Ценное имущество? — в глазах кхазадки зажегся практичный огонек.
— В качестве свадебного подарка он подарил мне полтонны золота! — привел последний аргумент Аркан.
— Так! — блины продолжали готовиться, их стопка росла, разговор вовсе не мешал бойкой молодой женщине делать дело — и весьма ловко! — Меня зовут Гудрид Рамзай, и я хочу понять, что здесь происходит! Вы мне его сватаете что ли, ваше вроде как высочество?
— Мы сватаем тебя за него, — признал Аркан и развел руками. — У меня просто нет другого выхода! Этот гном как с ума сошел, примчался с утра и твердит — жениться хочу, на мифической женщине которая печет блины и имеет очень хорошо поставленный удар справа! Прямо сегодня, говорит, необходимо жениться!
— Ну, так-то парень он не промах! — признала Гудрид Рамзай, поглядывая на Ёррина с оценивающим прищуром. — Работать умеет, кушает хорошо, как мужчина вполне приятен и живот у него — рельефный, мускулистый…
Южане-зверобои хотя и общались в Цитадели Ордена с гномами из Сверкер-Дума, но все-таки не очень привыкли к их манере общения, и потому фыркали и улыбались.
— Слыхали? — впервые подал голос Ёррин. — У меня мускулистый живот! А никакое не пузо!
— Пузо у тебя будет, если ты на мне женишься! — усмехнулась Гудрид и вышла из-за прилавка с огромной стопкой блинов (и когда только успела?) и сковородой с горячей поджаркой. — Это я тебе обеспечу. А ты мне?
— И я тоже! Я тоже обеспечу и тебя, и пузо тебе, и всех, кто из этого пуза появится! — гаркнул гном. — Ты — женщина моей мечты, понимаешь? Гудрид Рамзай, стань уже скорее Гудрид Сверкер и… И нехрен ерепениться.
— Пойдем в муниципалитет? — она поставила на стол перед людьми блины и сковородку со шкворчащим салом и колбасками.
— Это зачем? — удивился гном. — Зачем нам туда идти?
— Так жениться. Тут у них эта, как бишь ее… Запись актов гражданского состояния! — отчеканила кхазадка. — Расписался в каком-то журнале и всё, женат!
— Дикость какая, — вздохнул Ёррин озадаченно. — Нет, я не против, я очень даже за, но… Расписался — и всё? А страшные клятвы и обеты? А таинственные обряды? Ладно, пошли распишемся, если тут так принято, но как доберемся до ортодоксального капеллана — он нас нормально поженит. А потом уже свадьба, когда в Сверкер-Дум приедем. Пригласим всю мою родню и всю твою родню, и родню моего сеньора. Посидим узким кругом, думаю — не больше шести тысяч гостей, скромненько… А! Да! Кстати, я — ортодокс, так получилось. Придется и тебе в ортодоксальную веру перейти, тут вариантов нет!
Кхазадка почесала затылок и очень по-хулигански наморщила нос.
— Ну ты же будешь мой муж! Я буду тебя слушаться,- решила она. — Буду делать все, что скажешь, куда деваться? Но если ты будешь говорить всякую херню — получишь в глаз!
— Во! — обрадовался гном и повернулся к Аркану и остальным. — Видите? Видите⁈ Я же говорил: она самая подходящая жена! Ну, вы сидите ешьте, а мы пойдем жениться.
И он эдак важно подошел к Гудрид Рамзай, оттопырил локоть, за который кхазадка мигом ухватилась, и они вышли из блинной, и пошли в сторону муниципалитета — покачивая бедрами и поглядывая друг на друга, чрезвычайно заинтересованные в происходящем и довольные собой.
— М-да… — Патрик озадаченно глядел им вслед. — Никогда не задумывался о том, как женятся гномы. Странное дело!
— Не более странное, чем драться из-за напитков, — парировал Аркан. — Маэстру, тут у нас легендарные блины от легендарной гномской женщины остывают! Прежде чем покинуть Преторию — мы просто обязаны их попробовать!
— Почему попробовать? — зашумели зверобои. — Мы съедим их все!
* * *Драка в таверне имела неприятные последствия: Аквила прозрачно намекнул, что Аркану стоит уже покинуть Преторию. Несмотря на преступления, совершенные главой клана Галахеров, не замешанные в этом родичи притеснениям не подвергались, и обладали всеми правами аристократов. Избить их самым пошлым образом? Это наносило ущерб репутации целой фамилии! А тот факт, что среди победившей стороны был иноземец — Аркан и нелюдь — Ёррин только добавлял ситуации пикантности и придавал конфликту интернациональный и даже межрасовый характер.
Поэтому, убрать с глаз долой скандально известного герцога было самой лучшей идеей. Вергилий Аквила обещал навестить Буревестника на восточной границе, где тот со своим наемным войском должен был дожидаться окончания сбора урожая и прибытия последних рекрутов. Никаких препятствий наместник аскеронцу чинить не собирался, но и помогать — тоже. Разве что выделил свой дормез, чтобы Габриель могла с комфортом добраться до Тулламоры, этого самого восточного из портов Юга.
Этот ничем не примечательный приморский городишко с тремя или пятью тысячами населения почти ничем примечателен не был, кроме того, что здесь проживала самая большая ортодоксальная диаспора. И она тяготела не к условно-близкому географически Юго-Востоку и Первой Гавани, а к Аскерону. Даже священников сюда присылал аскеронский Экзарх! Все это было связано в первую очередь с торговлей: купечество Деспотии именно здесь закупало хлопок и шелк для переработки на мануфактурах герцогства. В местном порту на рейде всегда стояло множество аскеронских кораблей, совершавших каботажное плавание вдоль побережья Последнего моря, с заходом в море Зеленое. Теперь же ажиотаж и вовсе стал небывалым: несмотря на потасовку в таверне, все необходимые соглашения с Аквилой герцог подписал, так что хлопок, шелк, пряности и другие южные товары хлынули в портовые склады полноводной рекой. Разгром орочьего восстания и некая пауза в Войне Напитков из-за появления третьей силы — партии Ци способствовали оживлению экономической жизни.