Острова Теневых Символов. Том 2 (СИ)

И, стоит признать, после этой процедуры от него и пахнуть стало вполне сносно, и выглядеть он стал куда более опрятно.
— Ну, что вы решили, маленькие родичи? — осторожно спросил Орик, — вы не будете прогонять нас? Вы не будете убивать нас?
Сареф чуть не поперхнулся. Он и представить не мог, что его мысли будет так легко прочитать.
— Все братья и сёстры, которых мы встречали, хотели нас убить за наше Клеймо, — печально сказал Орик, — но иногда нам удавалось убежать. А иногда — они просто брезговали пачкать о нас руки.
  
— Так… а почему ты здесь? — спросил Сареф, съезжая с неудобной темы, — ведь… ну, даже если допустить, что в клане Зинтерра тебе больше нет места… ты всё равно остаёшься сильным исполнителем. Неужели даже в той же гильдии ходоков для тебя не нашлось места?
— Орик нигде не был так счастлив, как в клане Зинтерра, — ответил тот, — Орик знает, что здесь живут могущественные люди, которые умеют очень многое. Орик думал, что они смогут свести его Клеймо. Орик ошибся. Никто не смог. Или никто просто не захотел помогать Орику. Но Орику очень надо вернуться. Вернуться в то единственное место, где его любили. Только там его принимали. Только там к нему были добры. Только там он был кому-то нужен. Орик должен туда вернуться. Даже здесь Орика никто не любит. Только одна добрая орчанка иногда даёт ему еды… да когда-то здесь была одна добрая госпожа, которая тоже пожалела Орика. Хотя у неё тоже был хилереми, и она, конечно, учуяла Клеймо, но она посчитала, что я наказан достаточно. Ах, какая добрая была госпожа, так жаль, что она ушла и больше не возвращалась.
— В самом деле? — с интересом спросил Сареф, — и как звали эту госпожу, если не секрет?
— Ей звали Нина, маленький родич, — с нежностью сказал Орик, — ах, такая добрая была госпожа. Орик хотел пойти с ней, но она не позволила. Зато дала одну вещь на прощание. Она сказала, что если сможет, то вернётся, но прошло так много времени…
Сареф в этот момент споткнулся на ровном месте и чуть не упал. После чего повернулся к Орику и спросил, едва сдерживая волнение:
— Как… как ты сказал, её звали?
— Нина, маленький родич. Добрая, добрая была женщина…
— Что она тебе оставила, покажи! — потребовал Сареф. В этот момент впервые за всё время их встречи Орик с подозрением посмотрел на Сарефа, после чего сделал два шага в сторону иосторожно сказал:
— Орик не отдаст эту вещь, это всё, что у нас осталось…
— Я её не заберу, обещаю, — в нетерпении сказал Сареф, — но мне нужно её увидеть, пожалуйста!
Помявшись ещё несколько секунд, Орик запустил руку во внутренний карман своей жилетки и, достав небольшой кусочек ткани, протянул его Сарефу. Тот, схватив его, в нетерпении развернул эту вещь. Ею оказался платок, засаленный, замызганный и выцветший… но даже сквозь всё это отчётливо угадывался серебряный кулак на красном фоне. Герб клана Гайранос.
— Орик, пожалуйста, — попросил его Сареф, возвращая платок, — ты должен вспомнить всё, что связано с этой женщиной. Это очень важно. Пожалуйста!..
  
Глава 3.7
 
Орик, забрав обратно из рук Сарефа драгоценный платок, неожиданно отвёл взгляд. После чего нехотя прошептал:
— Я… не могу… не могу рассказать вам…
— Но почему? — спросил Сареф. — Ты не помнишь?
— Я не знаю, — Орика начала бить мелкая дрожь, — эти воспоминания… слишком драгоценные. А каждый раз, когда я думаю об этом… потом мне всё труднее и труднее снова вспоминать. Как будто она с каждым разом уходит из моей памяти. Я не хочу… не хочу терять воспоминания о ней. Я не могу… не могу…
— Если ты ничего не будешь говорить — мы с сестричкой уйдём от тебя, и ты снова останешься один! — свирепея, прорычал Сареф. Он слишком долго искал возможность узнать хоть что-то о своей бабушке по отцовской линии, чтобы сейчас возиться с этим сумасшедшим.
— Нет, — Орик отшатнулся, будто Сареф залепил ему оплеуху, — не… надо… не бросайте нас, пожалуйста. Мы не сможем больше одни, не сможем…
— Тогда расскажи всё, что тебе известно! — приказал Сареф, — к твоему сведению, я знаю сына этой женщины! Которого она оставила, когда ему было пятнадцать лет. Представь, как он всё это время тосковал по ней!
— Рен, — Ванда мягко положила ему руку на плечо, — это надо делать не так. Дай я попробую.
Ванда подошла к Орику и мягко коснулась рукой его плеча. Тот вздрогнул — наверное, уже давно никто не прикасался к нему так ласково — но не отстранился.
— Орик. Послушай. Жизнь всё равно такова, что любые воспоминания рано иди поздно гаснут. Погаснут и эти. Не сейчас — так через два или три раза. И что тогда в них толку? Зато сейчас — эти воспоминания могут нам помочь. Ты можешь нам помочь. Ты можешь быть нам полезен, понимаешь? А там — может быть, они даже помогут нам найти эту добрую госпожу. И тогда у тебя будут новые знакомые. У тебя появятся новые воспоминания. И так ведь будет гораздо лучше. Неужели оно не будет того стоить?
Орик в ответ на это думал почти минуту, продолжая комкать в руках драгоценный платок. После чего сказал:
— Ладно. Ты убедила, маленькая сестричка. Орик расскажет. Давно, очень давно она была здесь. Не знаю… Орик перестал считать свои годы на Островах, чтобы не было так больно. Но… наверное, лет 10 назад. Или, может, 12… она была здесь. Она очень мало говорила, она больше… слушала меня и жалела меня. Но когда я предлагал ей свою помощь, любую помощь, какую только можно — она всегда качала головой. Она говорила, что ищет какое-то средство… не знаю, от чего. От болезни, от травмы… я так и не смог понять. И ей нужны были знания Теневых Символов. Я точно знаю, что она встречалась с местным Теневым Символом, с Шадием. Орик помнит, как она пришла, расстроенная после встречи с ним. Наверное, он не смог ей помочь. И вскоре после него она ушла дальше. Орик просил, чтобы она взяла его с собой, он был готов помогать ей во всём, что госпожа Нина скажет, но она отказалась. Но она пообещала, что вернётся за Ориком и поможет ему. Поможет с клеймом. А даже если у неё и не получится — она заберёт с собой Орика, и потом замолвит за него словечко в клане Зинтерра. Орику не нужны богатства и могущество, ему не нужны слава и известность. Орик просто не хочет больше быть один.
Сареф задумался. Очень сильно, конечно, сбивало с толку то, что не получалось выставить чёткие временные рамки. С одной стороны, Нина покинула свой клан, когда Мессу было 15. С другой — она явно не сразу двинула на Острова. Нина, как минимум, один раз консультировалась с Севрогандскими Дьяволицами. Потому что тот факт, что у Орика из головы медленно, но верно вымываются воспоминания о Нине — это явно следствие техники Дела Поважнее, которой, собственно, владела Мимси.
Но по итогу — Нина потратила на эти поиски почти 30 лет. И кто знает… может быть, Нина осталась на Островах, и теперь ищет лекарство здесь? И тут Сарефу пришла в голову совсем уж безумная мысль. А что, если Бруминья очень давно хотела Тиару Оракула для экспериментов именно потому, что финансировала этот заказ… Нина? Или… может быть, Бруминья — это и есть Нина? Нет, это уже какой-то бред. Во всяком случае, в противовес этому играют два аргумента. Во-первых, если бы Бруминья была Ниной — Хим или Красс обязательно почувствовали бы её хилереми. Да, конечно, носитель на какое-то время может замаскировать своего подопечного, но они провели вместе слишком долго, и будь у Бруминьи хилереми — они бы это почувствовали. А, во-вторых, Оракул говорила, что Бруминье пришлось бросить свою дочь, чтобы попасть сюда. А, насколько известно Сарефу, у его отца не было ни братьев, ни сестёр.
  
— Ладно, — сказал он, — пойдёшь пока с нами. Если ты давно на Островах — значит, должен неплохо тут ориентироваться. А там, как знать, может, и ты нам пригодишься.
— Орик пригодится, Орик обязательно пригодится, — радостно закивал тот, — Орик знает, Орик много чего знает об Островах. А ещё Орик умеет становиться таким, чтобы от него вообще не было никаких проблем.