Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Док громко хлопнул его по спине:
— Джеф, все в ваших руках! Если у вас не получится, я просто...
— Получится, — заверил его Джеф.
— Надеюсь. Господи, так хочется верить... Ладно, пойдемте отсюда.
Джеф замешкался.
— А с ним что будет, док?
Лицо дока на минуту омрачилось.
— Да уж, — тихо произнес он, — действительно...
— А вы всерьез со мной советовались? На самом деле хотели узнать мое мнение?
  
— Ну, точно не скажу, — замялся доктор Мэрфи. — Но раз уж я вас спросил...
— Честно говоря, не знаю, что делать, док. Я... Господи, тут и не знаешь, что посоветовать! Я хочу сказать, как бы вы ни поступили...
— Да, — ответил док. — Я понимаю, что вы хотите сказать.
  
Глава 13
 
Когда доктор Мэрфи вошел в свой кабинет, истории болезней были уже отпечатаны и положены на стол, но мисс Бейкер все еще оставалась за машинкой. Она сидела очень прямо, ровно поставив свои маленькие ноги в белых чулках и чинно сложив руки на коленях. Похожая на застенчивого ребенка в чужом доме, которого посадили в угол, где он боится шевельнуться.
Док сел за стол и стал просматривать истории болезней, вернее, делать вид. Он уже давно знал их наизусть. Знал, что мисс Бейкер печатает безупречно и за ней не нужно проверять. Единственно, чего он не знал, так это с чего начать разговор.
Наконец он поднял глаза и, слегка волнуясь, заговорил, стараясь, чтобы голос его звучал неофициально и непринужденно, но вышло все равно несколько грубовато.
— Ну, нечего вам там сидеть в углу.
Мисс Бейкер моментально вскочила. Она стояла и вежливо смотрела на него, ожидая дальнейших указаний.
— Идите сюда, — позвал ее доктор Мэрфи. — Я хочу с вами поговорить, мисс Бейкер.
— Да, шэр, — ответила мисс Бейкер. — Ой, простите, сэр...
—Не будем делать из этого проблему, — отрывисто произнес док. — Садитесь и чувствуйте себя свободно.
Мисс Бейкер опустилась на стул рядом со столом доктора, но свободно она себя явно не чувствовала. Она сидела в той же позе, что и за машинкой, неестественно прямая, руки сложены на коленях, на хорошеньком личике застыла вежливая улыбка.
— Итак, сестра, — начал доктор. — Мне кажется, нам давно пора поговорить. Положение дел у нас весьма неопределенное. Очень неопределенное. Поэтому, если мы собираемся кое-что прояснить, хотим прояснить ситуацию, лучше приступим к делу сразу.
— Да, шэр, я хотела сказать...
— Не поправляйтесь, — остановил ее доктор Мэрфи. — Я вовсе не жду, что вы откажетесь от многолетней привычки за каких-то несколько часов. Произносите так, как вам удобно. И не обращайте внимания ни на что. Не поправляйте себя все время.
— Да, шэр, — прошелестела мисс Бейкер.
— Я бы не хотел показаться... — начал док.
— Да, шэр? — с готовностью произнесла мисс Бейкер.
Доктор сдвинул брови и потянулся за сигаретой. Поднес к ней огонь и беззвучно выругался. Затянулся и стал гасить ее в пепельнице, безжалостно вдавливая в металл, пока она не превратилась в труху.
Глаза его оторвались от подноса и, как бы притягиваемые невидимым магнитом, остановились на коленях мисс Бейкер, как раз в том месте, где их открыл разошедшийся халат. Рассеянно они двинулись вверх, задерживаясь на каждом неприкрытом розовом участке. Потом их движение замедлилось: они очутились в ложбине меж двух полускрытых нежно-розовых холмов. Двинулись дальше — и вдруг натолкнулись на другую пару глаз.
Владелица этих глаз подняла руки с колен и застегнула наглухо халат. Жест этот, полный испуга и укоризны, заключал в себе и кое-что другое. Какой-то бессознательный призыв, чуть издевательскую самоуверенность. С этим все ясно, как бы говорил он, да и с тобой тоже. Это меняет дело...
— Итак, мисс Бейкер, — вновь заговорил доктор Мэрфи. — Я хотел вам сказать...
— Да, шэр? — Мисс Бейкер медленно положила ногу на ногу.
Наверняка она догадалась. Сначала испугалась до дрожи в коленках, но у нее был козырь на руках, и она предъявила его, прекрасно понимая, что он не посмеет, как никогда не смел в прошлом. Не посмел расправиться ни с истязателем собак, ни с официантом, не решился соблазнить ту, другую, медсестру. Да, она его раскусила. И знает, что может вертеть им как хочет. А он ни черта не сможет сделать. Люди лишались лицензий и за меньшие провинности.
— Да, доктор?
— Так вот, — опять начал доктор Мэрфи. — Как я уже сказал, у меня мало времени, и, похоже, скоро его не будет совсем. Поэтому перейдем сразу к делу. Я бы хотел о вас побольше узнать. О вашем прошлом. О вашем окружении. Ваших...
— Понимаю. Но, боюшь, мне нечего добавить к тому, что вы уже жнаете. Я...
— Я имею в виду другое. Вашу личную жизнь. Вы были единственным ребенком? Очень домашним, да?
— Да, — кивнула мисс Бейкер, — можно сказать и так.
— А как вы ладили с детьми? Вас любили? Вы не чувствовали себя одиноко?
Мисс Бейкер заколебалась. Неопределенно покачала головой:
— Видите ли, доктор, те друзья, что у меня были...
— Понятно, — перебил доктор Мэрфи. — А среди этих друзей, видимо, были и мальчики?
— Ну... и мальчики и девочки — поровну...
— Хм... — хмыкнул доктор и слегка прищурился. У нее совсем не было друзей? Она сама так хотела или ее просто отвергали? Она не дружила и с девочками, чтобы таким образом скрыть свою патологическую ненависть к мужскому полу? Ну ладно. Оставим это. Сейчас надо добраться до главного. — У вас не было детской влюбленности, мисс Бейкер?
— Нет, шэр.
— А вы когда-нибудь ходили на свидание?
— Нет, шэр.
— Но почему?
— Ну, мне прошто никто не нравилшя.
— Да бросьте вы, — сказал доктор Мэрфи. — Мы не должны быть слишком требовательными в этих вещах. Люди, которые на первый взгляд кажутся вам не слишком привлекательными, при более близком знакомстве производят совсем другое впечатление. Просто надо дать им шанс проявить себя.
Розовые губки сложились в слабую, но весьма обворожительную улыбку. Она чуть подвинулась на стуле, не снимая ногу с колена, слегка выдвинула вперед грудь, одернула халат и снова застыла.
— Да, доктор?
— Да, — продолжал доктор Мэрфи, — вы не живете нормальной жизнью. Потому что вы не... Ну, когда мы слишком долго подавляем и игнорируем наши естественные наклонности, они принимают извращенную форму. И если мы не предпринимаем каких-то решительных мер, они так и остаются извращенными. Вы молоды. И легко можете все исправить. Возьмитесь за ум, пока еще не поздно. Вы мне обещаете?
— И... что для этого нужно, доктор?
— Мужчины. Вы ведь знаете, как выглядит мужчина? — Доктор Мэрфи хлопнул себя по груди. — Я, например, один из них, каким бы странным вам это ни казалось. Ну, что вы скажете? Давайте начнем работать над собой. Вы согласны?
— Ну... я даже не жнаю...
— Не важно, как и почему вы это сделаете. Вы просто должны бывать на людях — пойти куда-нибудь, на концерт, на лекцию или еще что-нибудь в этом роде, — и если вы правильно себя поведете — не будете слишком скованной, холодной или испуганной, — остальное произойдет само собой. Вы даже сами удивитесь, как это легко. Попробуйте хоть раз, даже если вам это не по нутру. Сделайте это ради меня.
— Хорошо, — нерешительно произнесла мисс Бейкер, — думаю, что я шмогу.
—Прекрасно. Вот молодец!
— А когда... когда бы вы хотели пойти, доктор?
— О, — пожал плечами доктор Мэрфи, — почему бы вам... Что?Когда бы я хотел?
— Да, шэр, — застенчиво проговорила мисс Бейкер. — Вы же шкажали «давайте начнем»,правда? Вы шкажали, что я должна это шделать для вас.
  
— Вы, — поперхнулся доктор, — вы прекрасно знаете, что я, черт побери... — Его губы сомкнулись, превратившись в тонкую белую линию. Господи, всегда одно и то же. — Мисс Бейкер, — строго сказал он, — сядьте как следует!
— Ах так! -произнесла мисс Бейкер и тоже сжала губы. — Хочу, чтобы вы знали...