Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— П-прости, паренек. Просто перебрал лишнего. Ты не в обиде?
Я сказал, что все в порядке, но он меня не слышал. Вцепившись в мою руку, он обернулся к Фэй. Он посмотрел на нее, озадаченно нахмурив брови, и опять повернулся ко мне:
— Рад, что вы приехали. Постараюсь сделать все, что в моих… в моих…
Это было все, что он смог вспомнить из приготовленной речи. Он выпустил руку и снова посмотрел на нее. Она быстро кивнула, взяла его за руку и вывела из комнаты.
  
Они вышли на крыльцо, неплотно притворив дверь, я услышал, как она сказала:
— Надеюсь, ты меня больше не разочаруешь, Джейк. В конце концов, я…
Кендэлл быстро встал из-за стола:
— Не в обиду вам будь сказано, мистер Бигелоу, вид у вас довольно усталый.
— Верно, — ответил я. — Думаю, мне лучше прилечь.
— Превосходно. Я как раз хотел вам это предложить. В такой ситуации чувствуешь себя немного не в своей тарелке, правда?
— В такой ситуации? — повторил я. — Что вы имеете в виду?
— Ну… — Он слегка приподнял брови. — Я говорю о том, что вы стоите на пороге новой жизни. О вашей учебе в колледже и тому подобном. Я предвижу, что вас ждет прекрасное будущее, если вы сумеете не упускать из виду свою главную цель и упорно двигаться вперед, невзирая на временные неудачи и препятствия.
— В этом секрет вашего успеха? — спросил я.
Он немного покраснел, но улыбнулся, заморгав ресницами:
— Кажется, это называется — найти уязвимое место. Наверное, хорошим ответом — если вообще имеет смысл на это отвечать — может быть вопрос, в чем заключается секрет вашего успеха.
Мы пожелали друг другу спокойной ночи, и он вернулся в пекарню. Я стал подниматься вверх по лестнице.
Фэй уже проводила Джейка в город — или куда он там отправился — и говорила на кухне с Руфью. Я постоял на ступеньках, прислушиваясь, как она отдает распоряжения своим хрипловатым, не терпящим возражений голосом. Потом я громко прочистил горло и поднялся в свою комнату.
Минут через пять она пришла.
Она сказала, что нам не о чем беспокоиться. Кендэлл и Джейк проглотили всю эту историю.
— Я бы заметила, если бы они что-то заподозрили, милый. Поверь мне, я за ними внимательно следила. Но они все приняли за чистую монету.
Она была очень горда собой. Я сказал, что она справилась отлично.
— Куда пошел Джейк?
— В винный магазин. Хочет купить себе четверть галлона, а потом, наверно, перехватит пару рюмок в баре. Это все, на что он может рассчитывать. Я забрала у него все деньги, кроме двух-трех долларов.
— Замечательно, — сказал я. — Умная девочка.
— Вот как? Даже несмотря на то, что я храплю?
— Я просто пошутил. Меня взбесила эта история с поездом.
— Ладно, тогда прощаю… — Она прижалась ко мне.
Я ущипнул ее и поцеловал, а потом слегка шлепнул.
— Тебе пора, малышка.
— Я знаю. Просто хотела узнать, как ты себя чувствуешь, милый. — Она уже взялась за ручку двери, но потом вдруг зажала ладонью рот, чтобы заглушить смех. — О, Карл! Есть одна вещь, которую я тебе не сказала.
— Да? — спросил я. — Давай, но только поскорее.
— Ты умрешь от смеха. Не знаю, почему я не заметила этого раньше, но она не из тех людей, на которых обращаешь много внимания, и… К тому же это случилось совсем недавно. Я… Нет, ты не поверишь, милый. Это настолько…
— Очень смешно, — сказал я. — Дальше можешь не говорить, а то я буду хохотать всю ночь.
— Грубиян! Так вот… Я о Руфи, милый. Ты можешь в это поверить? Клянусь богом, с ней кто-то переспал.
  
Глава 12
 
Я засмеялся. Это вышло у меня довольно натурально.
— Ты шутишь. Она сама тебе об этом рассказала?
— Конечно нет, глупышка. И так все ясно. Достаточно на нее взглянуть.
— Интересное, наверно, было зрелище, — сказал я.
— Сумасшедший! — Она спрятала лицо на моей груди, заливаясь смехом. — Но… но… ты только подумай, Карл! Кто же мог позариться на… Карл! Мне кажется, я знаю.
— Да? — спросил я. — Ты уверена?
— Почти наверняка. Больше просто некому. Вчера ночью она ездила домой. Это был кто-то из ее собственной семьи.
Я сглотнул комок. Мне стало немного легче, но я был не в восторге от того, что она сказала. Я почувствовал неловкость и смущение.
— Разве у них… разве они такие люди?
— Это настоящее отребье. Посмотрел бы ты, как они живут! У них чуть ли не четырнадцать детей…
— Я забыл тебе сказать, — заметил я. — В моей семье было четырнадцать детей.
— О… — Она неловко замолчала, не зная, что ответить. — Я совсем не это имела в виду. Не то, что… что…
— Разумеется. Забудь об этом, — кивнул я.
— Это ведь совсем другое, Карл. Ты же не стал мириться с такой жизнью, как они. Ты что-то делал.
— Пожалуй, — ответил я. — А она ничего не делает?
— А, чепуха! Что толку, даже если она закончит колледж? Где она сможет найти нормальную работу?
Я покачал головой. С Руфью, на мой взгляд, было все в порядке, но я и не мог думать иначе. В каком-то смысле она была то же самое, что я, — я видел в ней самого себя.
— Ты же знаешь, что я права, Карл. Она такое же отребье и так же глупа, как вся ее семейка. Будь у нее хоть немного мозгов, она… она бы уже давно что-нибудь сделала!
— Может быть, она как раз сейчас над этим работает? Может быть, она собирается нарожать кучу детей и отправить их собирать хлопок.
— Ну и ладно, — сказала она, добродушно рассмеявшись. — Наверное, у меня самой была не ахти какая семья, но все-таки я что-то дела…
— Если ты не начнешь что-то делать прямо сейчас, — заметил я, — тебя могут здесь застукать.
Она быстро поцеловала меня, ущипнула за щеку и выскользнула из комнаты.
Я лег в постель.
Было еще только начало десятого, но я не мог бы заснуть лучше, даже если бы на свете не было бы ни одной вещи, которая бы меня беспокоила. Проснулся я в шесть, после добрых девяти часов крепкого сна, проведя самую лучшую ночь с тех пор, как я уехал из Аризоны. Похмелье, правда, было, но не слишком сильное. Я кашлял и плевал кровью, но это меня тоже не очень волновало. После отдыха все выглядело в другом свете.
Что ж, и у меня бывают хорошие моменты.
Я выкурил пару сигарет, подумывая, как мне лучше поступить. Встать и поболтаться где-нибудь в городе, пока не проснутся остальные. Или просто остаться у себя и дождаться, когда все встанут.
Я мог поступить только так или иначе. Или мне пришлось бы иметь дело с Руфью. Если бы она появилась сейчас в моей комнате, то встретила бы холодный прием. Я совсем не хотел, чтобы меня застали вдвоем с Руфью. Я собирался с ней видеться только в присутствии других. Скоро она поймет, в чем дело, и тогда будет гораздо безопасней проявлять к ней дружеские чувства… но не более того.
Я нашел небольшую закусочную недалеко от вокзала и выпил кофе. Потом я медленно побрел назад по улице.
Было воскресенье — до сих пор этот факт как-то ускользал от моего сознания. Вы, наверное, знаете, как это бывает: в выходной с вами происходит много всяких вещей, а потом вы отдыхаете в рабочий день и все такое. В церкви начали бить колокола, их звон разносился по всему городу. Все магазины и конторы был закрыты, работали только уличные торговцы сигаретами, продуктовые ларьки и тому подобные места. Моя фигура посреди улицы просто бросалась в глаза.
Я остановился на перекрестке, чтобы пропустить машину. Но вместо того чтобы проехать мимо, она тормознула у тротуара.
Шериф Саммерс опустил окно и выглянул наружу.
— А, это ты, приятель. Тебя подбросить?
На нем была тугая форма из синей саржи с жестким воротничком. Рядом с ним сидела какая-то дама с напряженным лицом, одетая в глухое черное сатиновое платье и шляпу, похожую на абажур от лампы. Я снял свою шляпу и улыбнулся ей, думая про себя, почему бы какому-нибудь молочнику не опрокинуть на нее свой бидон и не вымазать в белых сливках.
  
— Так как, подбросить? — повторил он, пожав мне руку. — Наверно, идешь в церковь? Я подкину, куда скажешь.