Проблемы сердца и органов кровообращения

Может стать еще хуже, если большие сосуды на ногах делают проблему явной. Воспаления глубоких ножных вен вкупе с общей слабостью стенок сосудов принуждают кровь к тому, чтобы вместо целенаправленного движения к сердцу совершать петли. Это ведет к перегрузке венозных клапанов, которые по своей функции соответствуют сердечному. В нормальной ситуации они заботятся именно о том, чтобы кровь текла по направлению к сердцу и никуда кроме. Если же вены пережаты, жизненный поток оттекает от сердца и стремится в противоположную сторону. Тогда врачи говорят о варикозном расширении вен, а пациенты жалуются на тяжесть в ногах и ночные судороги.
  
В нормальной ситуации кровь благодаря движению венозных мышц и пульсации смежных артерий медленно, но верно движется в направлении сердца. Как и при гипотонии, здесь недостаточно движения ножных мышц. Жизненная энергия теряет свою силу. Место застоя крови (как правило, голень) показывает, где кроется проблема.
Физические последствия недуга простираются от отеков и судорог до воспаления вен. Из-за застоя в венах и неверного направления течения кровь в тканях буквально заболачивается. Не стоит забывать, что вода – элемент души, и здесь она больше не двигается. Чувство тяжести в ногах имеет здесь психическую причину. Медлительность и чрезмерная связь с землей отражаются на теле. Вместо эластичности и гибкости развиваются вялость и слабость.
Отек постепенно способствует атрофии и без того плохо снабжаемых кровью граничных областей, что означает потерю кожей эластичности и приспособляемости, а также то, что она становится тоньше. Самое незначительное повреждение становится уже весьма опасным и способствует образованию язв на ногах (так называемая «открытая нога»). Они опасны не сами по себе, однако все же очень мешают и относятся к числу самых распространенных симптомов у людей пожилого возраста.
Иных стариков можно сравнить со страной, в которой пограничные зоны не заселены из страха, но в которой все же насильно открыли главные ворота, словно говоря врагам: «Добро пожаловать!» В принципе, это вид терапии, при которой то, что прежде из-за страха запиралось изнутри, выходит наружу, пусть даже только физически. Теперь пациенты обязаны заботиться о своей коже. Они должны ежедневно ухаживать за открытыми ранами и обматывать поврежденную кожу бинтами.
В этом отношении совсем неудивительно, что некоторые пациенты очень чувствительно реагируют на уход за ногами. Они уже начинают догадываться, что нуждаются в этих вентилях для удаления токсинов из своего организма, как утверждают многие приверженцы народной медицины. В этом, как ни странно, есть доля истины. Но речь идет скорее об обеззараживании символическом. Пациентам важны «открытые ноги», просто потому, что это единственное их открытое место. Это, конечно, очень экстремально, но лучше, чем вообще никакой открытости.
С язвой голени часто бывает объединен тромбофлебит. Его худшая форма представляет собой воспаление глубоких ножных вен, которое направляют кровь к поверхностным венам. Здесь она регулярно приходит к застою и перегрузке. В глубине могут образоваться эмболии. Поверхностный флебит часто сопутствует возникновению язв голени. Пациенты словно находятся в проклятом замкнутом кругу. Тромбозы очень часто образуются после вынужденного постельного режима. Этот же симптом одновременно и главный путь избавления для пациента. Судороги – а это следующий весомый фактор – одновременно и благоприятствуют флебиту, и вызываются им.
В то время как ситуация выглядит все более и более безнадежной, появляется ясность в понимании ситуации. Давно уже существующий подспудно конфликт, разворачивающийся вокруг темы подвижности, здесь выходит наружу. Жизненная энергия, которая должна течь свободно, останавливается на своем пути и делает наглядными все те проблемы, которые ей мешают. Потеряны гибкость мышления и способность менять точку зрения в зависимости от условий жизни. Застой крови показывает лишь, как пациент закоснел в противодействии своему потоку жизненной энергии. Ведь, согласно Гераклиту, «все течет и изменяется». Но пациент не соответствует этому правилу, не живет в гармонии с этим законом жизни – и оттого страдает.
Анатомическая ситуация в связи с тромбозом может тоже кое-что прояснить. Закупорка сосуда создает для жизненной энергии тупик. В этой безвыходной ситуации, находясь под застойным давлением, организм пытается помочь себе сам. Образуются новые сосудистые связи, так называемые анастомозы (соустия), наводятся мосты между пока еще исправными сосудами, чтобы таким образом направить жизненную энергию к цели, пусть и окольными путями. И в психологическом плане тоже нужно пойти новым путем.
Другой способ найти выход из тупика – это реорганизация при тромбозе проводящих путей. Маленькие сосуды перед пробкой перенимают струйки крови и разрастаются до тех пор, пока не возникает новая сосудистая сеть. Необходимость маленьких шагов и осторожных решений, к которым многие гипотоники просто вынуждены прибегнуть, очевидна.
Самое опасное осложнение глубокого венозного тромбоза, эмболия легочной артерии, приводит к коммуникативным проблемам в самом актуальном смысле – делая легкое, орган обмена жизненной силой, непроницаемым для крови. Если человек душевно закрыт, то телу приходится иногда прибегать к таким вот крайним мерам.
 
5. Терапевтические образования при слабом давлении и соединительной ткани
 
Свет на целую область проблем слабого кровообращения проливает мнение классической медицины, которое в данном случае совпадает с позицией медицины народной. В диагностике измерение кровяного давления занимает, конечно, первое место. Если у пациента, несмотря на типичные жалобы, прибор показывает нормальное давление, напрашивается вывод, что его волнует сама ситуация. То есть его нормальное давление возникает только потому, что он в качестве исключения должен столкнуться лицом к лицу со своими проблемами.
Типичные гипотоники не выдерживают этой ситуации дольше 10 минут, после чего падение давления выдает их.
В терапии от этого предлагают очень простое средство – движение. При этом речь снова идет об отходе от чего-то привычного, а не только об узком физическом аспекте. Опыт поддерживает этот вид терапии. До тех пор, пока пациент придерживается физической активности, симптомы никак не проявляются. Однако когда он возвращается в статичное положение, они снова тут как тут. Как следствие, обычно советуют систему постепенных тренировок, которой можно придерживаться всю жизнь. Это включает в себя и пешие прогулки, и пробежки, и альпинизм, и плавание. Главное, чтобы пациент долго оставался в движении – поэтому интенсивные, но редкие тренировки здесь не подходят.
Пациентам не хватает, однако, душевной подвижности и путешествий духа, хотя для этого им нужен лишь толчок. Пока он не готов расшевелиться на этом, душевном, уровне, все физические нагрузки не смогут дать желаемого результата.
Еще один путь избавления – с помощью медикаментов – разочаровал приверженцев классической медицины. Клепциг на эту тему выражается достаточно однозначно, говоря, что все эти медикаментозные средства действуют не долее часа. Кроме того, тело привыкает к химикатам и очень быстро сводит эффект на нет, словно не хочет, чтобы его защищали. Единственное успешное на этом фармакологическом поприще средство красноречиво зовется «Эффортил». Несложно усмотреть здесь английское «effort», что значит «усилие, напряжение». Название говорит само за себя. Однако и он, к сожалению – или к счастью, долгое время работать успешно не может.
  
Помимо их быстро проходящего действия, медикаменты также обладают неоспоримым минусом – эффектом привыкания. Пациенты, находящиеся в постоянном поиске опоры, хватаются за них, как утопающий за соломинку. А потом уже не могут ее отпустить. В подобной ситуации другие стимуляторы активности только делают хуже. Чай, кофе – все то, что предположительно должно пробуждать к жизни, на самом деле действует очень короткое время, а в перспективе только затрудняет дорогу к выздоровлению. Но, конечно, они никогда не сравнятся с никотином. Его бодрящий эффект – почти целиком самовнушение, на самом же деле он, как ничто другое, способен лишь усугубить и без того непростую ситуацию с кровообращением. Руки и ноги становятся еще холоднее, а проблемы с общением – острее.