Мечников. Луч надежды (СИ)

Он сказал, что ему не нужна магия или оружие, чтобы уничтожить меня. Незадолго до того, как я покинул место нашей встречи, он пригрозил, что заставит меня встать на его сторону. Уверил, что способен уничтожить мою жизнь.
Выходит, это он подослал двойника? Скорее всего так и есть. Больше некому. А если учесть, что я до сих пор не знаю, на что он способен… Ожидать от избранника Телесфора можно чего угодно.
  
Жаль только, что моя студентка убежала вслед за ним. По-хорошему имеет смысл её нагнать. Благо здесь есть кое-кто, кому её жизнь не безразлична.
— Широков! — крикнул своему студенту я. — У меня есть для вас задание. А точнее — просьба.
— Сделаю всё, что скажете, Алексей Александрович!
— Попробуйте догнать Прокофьеву. Нельзя допустить, чтобы она ещё раз встретилась с этим человеком, — произнёс я. — Однако, если обнаружите, что она уже с ним — не вступайте в конфликт. Бегите.
— Я вас понял, — кивнул он. — Сделаю всё, что в моих силах!
— Стойте, и ещё кое-что, — я перешёл на шёпот, чтобы меня слышал только Николай Широков и Светлана Бронникова. — Нам нужно кодовое слово. Если будете сомневаться, что перед вами я, проверить мою личность можно будет с помощью него, — я задумался, а затем произнёс первое, что пришло в мою голову: — Мана-клещ.
— Мана-клещ, — повторил Широков. — Умно! До такой ерунды точно больше никто не додумается!
Видимо, Токс засел у меня в подсознании после того, что с ним произошло ещё вчера. И это к лучшему. Такого пароля враги от меня будут ожидать меньше всего.
Широков рванул в город, надеясь найти Арину Прокофьеву, а я направился в административный корпус академии, чтобы переговорить с ректором.
— Что, простите⁈ — дослушав мой рассказ, воскликнул Константин Фёдорович. У ректора аж глаза в разные стороны разъехались, даже сильнее, чем обычно. — Ваш двойник? Господин Мечников, я начинаю сомневаться в своём решении… Я ведь давал вам выходные после заседания в ордене! Но вы отказались. Надо было мне сильнее настаивать. Вы ведь явно просто перетрудились.
— Скажите это студентам, которые видели сегодня сразу двух Мечниковых в академическом сквере. Светлана Георгиевна Бронникова не даст соврать, она тоже стала свидетельницей этой картины.
Ректор шумно выдохнул и перевёл взгляд на окно, видимо, пытаясь собраться с мыслями.
— Если вы говорите правду, то ситуация куда страшнее, чем вы сами можете подумать, господин Мечников, — прошептал он, а затем шарахнул кулаком по стопке документов. — Проклятье! Да почему же вокруг вас вечно скапливается столько проблем⁈
— Как вы уже поняли, врагов у меня много, — напомнил я.
— Да, но я и подумать не мог, что среди них окажется тот, о ком в нашей академии даже лишний раз упоминать не хотят! — заявил Ефремов.
— Это вы о ком?
— Вы не застали этого преподавателя. Его уволили ещё несколько лет назад, — объяснил ректор. — Я тогда ещё даже не занимал этот пост.
— Можете рассказать подробнее? — попросил я. — От этого зависит не только моя репутация, но и жизни студентов, как вы уже могли понять.
— Был у нас точно такой же преподаватель, как и вы, — произнёс он. — В какой-то момент его будто подменили. Тогдашний ректор не стал разбираться в этой проблеме. А потом, спустя несколько лет, выяснилось, что преподавателя действительно подменили. Настоящий был убит. А его заменил клон.
— Клон? — удивился я.
Так, всё-таки это понятие здесь существует!
— Да, клон. Точная копия, искусственно созданная магией другого человека, — произнёс Ефремов. — Кто-то в Саратове обладает этой силой, но мы так до сих пор и не смогли понять, кем является этот человек. Его не нашли. А клона поймали. И допросили.
— Удалось что-то выяснить? — спросил я.
— Немного, — ответил ректор. — Тайные агенты Императора пытали его. И он рассказал, каким образом его создали. Однако вскоре после этого клон погиб. Разложился прямо в камере. Как будто кто-то дистанционно убил его. Алексей Александрович, забыл предупредить, хоть уже и поздно… Но всё же — мои слова нигде не распространять. Я входил в состав закрытой комиссии. О том, что случилось несколько лет назад, известно лишь ограниченному числу людей. Вам я об этом рассказываю лишь потому, что доверяю вам как человеку.
— И делаете вы это зря, — к удивлению ректора, заявил я. — Вы не подумали, что я и есть клон Мечникова?
Ректор застыл. У него задёргался правый глаз.
— Вы что… — прошептал он.
— Не беспокойтесь. Я — настоящий. Просто с этого момента стоит аккуратнее делиться со мной информацией. Понимаете, о чём я? Может произойти и такое, что к вам заявится клон и начнёт напевать ту же самую историю, что и я. И сделано это будет ради того, чтобы подставить меня настоящего.
— Ваша правда, господин Мечников, — согласился Ефремов. — Вижу, вы быстро поняли, насколько высоки ставки.
— Однако мы можем попробовать заманить его в ловушку. Я уже договорился с Бронниковой и ещё одним студентом о том, чтобы придумать кодовое слово, — поведал я. — Предлагаю вам сделать то же самое. Только конкретно вам, Константин Фёдорович, имеет смысл придумать два.
— Два? — не понял он. — А второе зачем?
— Если к вам явится Алексей Мечников и не назовёт первое кодовое слово вместо приветствия, значит, это — мой клон, — объяснил я. — Но вам не стоит спешить сразу же атаковать его. Лучше заманить его в ловушку. Выслушаете его, проведёте точно такой же разговор и дадите ему второе кодовое слово. Тогда с помощью вас можно будет отличить нас двоих. Наша задача — не просто поймать самозванца, но и выйти на его создателей.
— Очень хитрый ход, Алексей Александрович, — хохотнул Ефремов. — Такое впечатление, что вы и сами когда-то работали в тайном отделе ордена. Договорились. Значит, ваша кодовая фраза: «Знания — сила». А вашему клону я сообщу, если придётся, другое. Но вам на всякий случай его называть не стану.
— Тоже мудрое решение, — кивнул я. — Значит, договорились. Правда, у меня остался ещё один вопрос.
— Задавайте, — кивнул ректор.
— Вы упомянули, что тот клон несколько лет назад под пытками выдал, как его создали. В чём же заключался механизм этого процесса? — поинтересовался я.
— Он сам до конца не знал, как работает сила человека, который его создал, — принялся объяснять Ефремов. — Однако же он сообщил, что его создали из крови того преподавателя, который был клонирован, а после убит. Видимо, им обманом удалось заполучить его кровь. Возможно, и вы можете вспомнить, происходило ли с вами нечто подобное?
Моя кровь? Странно, в Хопёрске я терял её много раз, но после переезда в Саратов я, к счастью, ранений не получал. Даже из схватки с некротическим волком смог выбраться, не получив никаких повреждений.
— Я подумаю на эту тему, Константин Фёдорович, — заключил я, после чего покинул кабинет.
Мою голову переполняли сотни мыслей. Вопросы вылезали один из другого. Откуда они могли взять мою кровь? Или им удалось воспользоваться не кровью, а каким-нибудь волосом? Да и вообще, что это за магия, которая позволяет клонировать человека? Тоже лекарская? Или же это что-то иное?
Ещё до сих пор непонятно, почему нас с клоном поразила столь нестерпимая головная боль. Он ведь начал убегать от меня в первую очередь из-за неё. А я не мог преследовать его по той же причине.
Будто мы вдвоём не можем находиться в одном месте. Наши тела резонируют, и нас уничтожает собственный организм.
Добравшись до мастерской, я резко остановился. На меня снизошло осознание.
Точно… Ранений у меня не было. Но я отдавал свою кровь. Её проверяли вместе с паспортом через тот же магический кристалл уже после слушания. Меня этот момент совершенно не беспокоил, поскольку я знал, что некротики во мне больше нет, а воспользоваться моей кровью никто не сможет.
  
Оказалось, в этом мире всё-таки есть магия, которая способна на такое.
О чём это говорит? Кто-то в ордене лекарей сотрудничает с моими врагами. И далеко ходить не надо. Велик шанс, что капли крови смог похитить Аркадий Петрович Мансуров. А затем передал их своему новому партнёру, который и затеял весь этот план.