Замерзшие лилии (СИ)

       Это означало, что магистр со своими людьми  пришел к нашему городку  с другой, южной стороны, по дороге, делавшей крюк, чтобы миновать горы. Но по каким-то причинам не получил  сведения от рыцаря Люциуса, отвечавшего за деятельность охраны или же перепроверял их.
 - К сожалению, было новое нападение на торговый обоз. В нашем доме сейчас находится раненный торговец, господин Гийом Стэфанус. А мой супруг, вместе с остальными отправились в горы, чтобы найти останки людей и напасть на след разбойников, совершивших подобное бесчинство.
  
- Люциус говорил мне о том, что нападения случаются достаточно регулярно? – Голос прозвучал сухой, а вопрос являлся лишь констатацией фактов, но это было верным признаком того, что моему мужу еще придется отсчитываться перед магистром Ордена.
   Что примечательно, господин Люциус ни разу не предложил помощи рыцарей в патрулировании горной территории, утверждая, что это – прямые обязанности охраны. А те в свою очередь слишком плохо справлялись с ними, предпочитая отсиживаться в деревянных бараках, построенных на дороге, чем дежурить в горах, особенно в скверную погоду.
- К нашему огромному сожалению, господин Севир. – Хотелось спросить, неужели магистр прибыл сюда, чтобы помочь разобраться с разбойниками? Или же эти вопросы - лишь для отвода глаз, чтобы скрыть цель визита?
- Я смогу переговорить с раненным, госпожа?
    Метнула на мужчину взгляд, вспоминая, в каком состоянии сейчас находится незнакомец. Постаралась взять себя в руки, чтобы отвлечься от мыслей о своей тайной находке в рубашке гостя.
- Скорее всего, немного позже, господин. Он не приходит в сознание с ночи, но я могу принести документы, которые были в вещах господина Стэфенуса, чтобы Вы могли убедиться в их подлинности.
- Полагаю, Ваш супруг уже изучил их?
- Конечно, - утром я успела подсунуть грамоты недовольному мужу, который, мельком взглянув на них, небрежно отшвырнул их на стол в кабинете, выговаривая, что из-за некоторых олухов он теперь должен ехать по грязной дороге.
- Думаю, я изучу их немного позже, - магистр наконец-таки отвлекся от меня и взглянул на рыцарей. – Нам бы хотелось перекусить и  немного передохнуть  с дороги.
-Подать Вам горячее вино с травами, господин? – я надеялась, что этот вопрос не покажется неуместным и не оскорбит чувства магистра. Возможно, он не употребляет крепкие напитки, предпочитая им чай или воду?
- Благодарю, это было бы превосходно. Нам всем нужно согреться, - согласился с моим предложением магистр. – Только не более бокала на каждого, - он поднял палец вверх, приковывая к себе мое внимание. - Нам выезжать на рассвете.
- Я предупрежу слуг, - заторопилась уйти в надежде, что мне удастся отсидеться на кухне до приезда мужа.
  - Госпожа Нора, - окликнул магистр, и мне пришлось вновь обернуться к нему. – Люциус обмолвился, что Вы на протяжении многих лет горячо молитесь Омаду, чтобы подарить супругу дитя.
- И приношу жертвоприношения, как и положено, - ладони запотели, и я постаралась незаметно вытереть их о подол юбки. Вопросы о моей женской несостоятельности как матери всегда заставляли насторожиться.
- Я бы хотел отблагодарить Вас за гостеприимство, госпожа, - цепкий взгляд приковывал к себе все мое внимание. – Мы можем помолиться с Вами Омаду. Вместе.
        Подобное предложение из уст одного из магистров Совета было…шокирующим.
           Я не могла разобраться в причинах, по которым этот человек находится сейчас в доме наместника с таким огромным отрядом. Как не понимала, почему удостоилась столь высочайшей чести лишь за то, что выполняла свои прямые обязанности хозяйки дома.
  - Даже не знаю, что и сказать, господин, - растерянно пробормотала я, решив быть честной в подобной ситуации.
- Думаю, со временем Вы обязательно разберетесь, госпожа Нора, - он мягко улыбнулся мне, давая понять, что наш разговор окончен, а сам с огромным удовольствием принялся за рыбный суп, поданный в большом горшочке.
     Примеру предводителя последовали другие рыцари, а я, вздохнув, устремилась на кухню, одновременно давая распоряжения слугам, также находившимся в обеденном зале, чтобы они всячески позаботились о гостях.
Мысль о другом мужчине, который также требовал моего присмотра, вспыхнула неожиданно. И я, резко сменив направление, решила вначале пройти на второй этаж, чтобы после со спокойной душой остаться на кухне и отвечать на вопросы Коры и других любопытных женщин. Поднявшись наверх, резко затормозила, увидев, как навстречу мне двигается господин Гийом собственной персоной. Мимоходом отметила, что на нем – его личные  вещи, а  сам мужчина, превозмогая усилия и явную боль сбоку, пытается идти ровно, удерживая перед собой меч.
- Я не желаю Вам зла, госпожа, - хриплый голос отражал плохое состояние торговца. – Вы сейчас всего лишь проводите меня из дома через черный ход…
- Вынуждена Вас огорчить, господин, но в таком состоянии вы не сможете спуститься даже на первый этаж, - меня не испугала мрачная решимость на лице мужчины и меч, который он удерживал в руке. – Будет лучше, если Вы вернетесь в свою постель…
- Вы не понимаете, - процедил он сквозь зубы, а я, кажется, поняла, что могло напугать торговца.
      Он обнаружил отсутствие медальона, поскольку я побоялась вшивать предмет обратно и лишь только обработала край, а в доме сейчас находился отряд рыцарей Ордена…
       Безумец! Я взглянула на мужчину, который явно не собирался сдаваться без боя. Осознав весь масштаб возможной катастрофы, я, оглянувшись назад и убедившись, что более никто не стал свидетелем выходки господина Гийома,  прошептала:
- Ваш медальон у меня, рыцари Ордена о нем не знают…
         Мужчина прищурился, переведя свой внимательный и очень удивленный  взгляд на меня, и еще сильнее стиснул меч.
- Вы? – в его глазах читалось явное недоверие, а я не нашла в себе нужных слов, чтобы доказать, что он может доверять мне.
            Понимая, что игра принимает опасный оборот, ухватила мужчину за левую руку и попыталась увести его в сторону комнаты. Но господин Гийом, хоть и был ранен, достаточно твердо стоял на ногах и воспротивился моим действиям.
- Прошу Вас, вернитесь обратно, -  я бросила взгляд на рубашку, сквозь ткань которой  начала проступать кровь. – Рана очень серьезная, да и Вы сами обессилены…
- Медальон, - процедил он сквозь зубы, пристально смотря в мои глаза. Рука, которую я удерживала до этого, в мгновение ока совершила маневр, и теперь  уже мужчина крепко вцепился в меня.
- Медальон в надежном месте, и я обязательно верну его Вам завтра, когда рыцари Ордена уедут.
   - С какой стати Вы помогаете мне? Человеку, которого совершенно не знаете? – недоверчиво поинтересовался он, а я растерялась.
         Сразу ответить не получилось, поскольку пришлось бы  рассказывать о себе и собственном прошлом такие вещи, за которые, находящиеся  на первом этаже, рыцари Ордена с огромным удовольствием отправят меня на тот свет.
- Вы не единственный, кто желает сохранить втайне от других некоторые вещи, - осторожно прикоснулась свободной рукой к  груди мужчины, чувствуя, как тяжело она вздымается.  Пот струился по лицу и шее торговца,  алое пятно сильнее расползалось по рубашке, и я боялась, что мужчина  может запросто потерять сознание прямо здесь в коридоре.
        Он тяжело вздохнул и, отпустив меня, кивнул. Осторожно делая каждый шаг, вернулся в комнату, отказываясь от моей настойчивой помощи. Скинул на кресло плащ и попытался сам стянуть с себя рубашку, не выпуская из рук меч, но у него не вышло.
  
- Позвольте мне, - я подошла вплотную, осторожно распуская шнуровку на вороте. – Прошу, опустите .ружие, господин, - попросила мягко, заглядывая ему в глаза..
Меч осторожно  опустился на пол,  и мужчина, казалось, подчинился вынужденному возвращению. Он присел на край кровати и пристально наблюдал за моими действиями, заставляя нервничать. В этот раз без присутствия слуг было намного сложнее справляться с собственными эмоциями. Я пыталась не рассматривать  идеально сложенное тело, которое напоминало мне скульптуру бога Каликса, увиденную мной в глубоком детстве в одном из храмов…еще в те времена, когда культ Омада не считался единственно верным.