Замерзшие лилии (СИ)
- Присмотри за Норой и докладывай, что и как, хорошо? – Пробормотал, давая понять, что разговор закончен.
- Я поняла Вас, магистр, - она почтительно поклонилась и вышла.
А я задумался над тем, что услышал сегодня от обеих женщин. Окинул взглядом стол, зацепился глазами за донесения и свои собственные заметки. Вздохнул и понял, что должен, как следует подготовиться и все продумать. А дальше – заставить Тауруса меня услышать. Иначе – все станет бессмысленно.
Проработав остаток дня и практически всю ночь, смог забыться сном лишь на пару часов перед самым рассветом. Передал просьбу через помощника, что желаю видеть всех членов Совета и Тауруса утром на собрании.
Собирался со всей тщательностью: чистая рубашка и штаны, в карман которой перекочивала раковина, что дала мне Нора. Волосы, которые никак не успевал подстричь, сейчас спускались на плечи свободными прядями. Прикрыл глаза, пытаясь набраться сил и спокойствия, которое должен был демонстрировать, несмотря ни на что. Гнал от себя прочь мысли о Норе, к которой так настойчиво рвалось сердце.
В Овальном кабинете с удивлением обнаружил не только членов Совета с Таурусом во главе, но и отряд, состоявший из мужей «лилий». Они выглядели довольно уставшими, и я невольно вспомнил, что сам же приказал отправить их патрулировать столицу минувшей ночью.
- Мальчик мой, - улыбнулся Таурус, кивая на место рядом с собой. – Присаживайся.
- Я планировал провести собрание только для членов Совета, - пояснил, взглянув на вытянувшихся при моих словах мужчинах.
- Они сохранили нам верность и пошли на величайшую жертву во имя Ордена, женившись на «лилиях». Почему бы не позволить им узнать, что такого срочного ты планировал нам сообщить?
-Вы уверены, что желаете выносить наши внутренние разногласия? – Спросил жестко, в упор разглядывая наставника.
- А мы разве планируем ссориться, Севир? – Не смог остаться в стороне Люциус.
- Или ты вновь решил утомить нас очередными предложениями, как раньше? – Теперь в беседу включился магистр Гирастос.
- Утомить? – Усмехнулся. – Я планирую сегодня разговаривать с Советом откровенно и надеюсь, что Вы все, - обвел глазами стол, за которым сидели остальные магистры, - дадите мне подобную возможность. Также предвижу поток возмущений, поэтому убедительно прошу выслушать меня.
Взглянув на Тауруса, добавил:
- Это будет в самый последний раз, когда я выступлю перед Вами как член Совета Ордена.
- Даже так? – Расхохотался Люциус. – С чего вдруг ты решил уйти?
- Довольно, - наставник внимательно посмотрел на меня. – Говори, Севир!
Я положил на стол все бумаги, которые прихватил с собой, но не стал садиться. Встав сбоку от Тауруса и, зажав в своем кулаке раковину, задал всем присутствующим вопрос:
- Многие из Вас являются членами Совета с самого начала, кто-то, как и я, пришел намного позже. А Вы, наставник, будучи жрецом Омада – и вовсе, носите гордое звание основателя Ордена. Скажите мне, для чего мы все здесь?
- Странный вопрос, Севир, - пожал плечами Таурус. – К чему ты клонишь?
- Для чего Орден провозгласил главенство Омада и свергнул власть короля, прогнал аристократов и ввел строжайшее соблюдение обетов и множество запретов?
- Ты прекрасно знаешь, зачем, - раздраженно ответил Люциус, в то время, как остальные недоуменно рассматривали меня.
- Власть Ордена жрецов должна была принести в Тристию мир и благоденствие, - сам же ответил на свой вопрос.
- И мы это сделали, - уверенно заявил Таурус, а я позвал своего помощника, который принес и положил на стол «светлячок» и огнемет, которые я привез из своей последней поездки в Силезию.
- К чему это? – Поинтересовался наставник, когда помощник удалился из кабинета.
- Вот эта вещь, - указал на «светлячок», - едва не сожгла мой лагерь, когда в нем вынужденно «гостила» королева Силезии. – А орудие – то, из-за чего мы проиграли войну в Мартинике, потеряли огромное количество людей в Силезии и сейчас - несем потери в войне с мятежниками.
- Это нам и так известно, - раздраженно отмахнулся магистр Ивиан.
- Одним из главных качеств, которыми мы все должны обладать, как люди, от которых зависит Тристия, – сделал выразительную паузу. - Способность признавать собственные ошибки и действовать во благо населения, которое страдает по нашей вине.
- Бред! – Таурус стукнул кулаком. – Мальчик мой, ты видимо сильно устал, раз заявляешь подобное.
- Вы позволили мне говорить, наставник. – Спокойствие и самообладание не покинули меня, и я дождался дозволения от Тауруса.
- Совет Ордена провозгласил единого бога - Омада и установил четкие правила. Вы убрали из жизни населения все развлечения, включая даже нарядные одежды, утверждая, что так народ станет больше думать о собственной душе и проводить время в молитвах. Запретили многое из того, что ранее дозволялось женщинам. Но это привело к тому, что мужчины стали больше употреблять горячительных напитков и вести себя неподобающе по отношению к своим женам.
- Ты опять о своем Севир! – Раздраженно воскликнул магистр Леон.
Не стал реагировать на подобное восклицание и спокойно продолжил:
- Пока мы набирали рыцарей в число защитников, заставляли их молиться и отказываться от создания семей, наши соседи создали мощные армии, которые воевали за жалование. Я говорил Вам, наставник, о том, что мне пришлось контролировать собственные отряды в Силезии, дабы они не насиловали местных девушек.
- Севир!!!– Возмущенные голоса и тревожные взгляды в сторону посторонних мужчин.
- Я могу перечислить, сколько всего лично мной было казнено рыцарей за подобные злодеяния. Что касается этих вещей, - взял в руки «светлячок» и показал всем принцип его работы. – Такая маленькая на вид безделица может нанести большой урон. Но главное другое: никто из наших ремесленников, даже тех, которые разобрались в огнеметах, привезенных из Силезии, не смогли постичь, каким образом эта штука высекает огонь.
- И что это значит? – Нетерпеливый голос одного из магистров.
- Пока мы заставляли людей молиться и приносить жертвоприношения, наши соседи ушли вперед, развивая ремесла. И последнее: если бы людей все устраивало, они бы воспротивились возвращению «истинного короля» вместо того, чтобы сдавать провинции практически без боя.
- Твои предложения, мы слушаем, - требовательным голосом заговорил Таурус.
Набрал в грудь воздуха и, постаравшись скрыть свое внутреннее волнение, выпалил на одном дыхании:
- Мы должны все изменить. Абсолютно, - отложил из принесенной ранее стопки бумаг необходимые листы и положил их перед Таурусом. – Провести изменения везде, куда коснулась рука Ордена: ввести верования в остальных богов, как это сделал «истинный король» на захваченных им территориях; отменить человеческие жертвоприношения,- не обращая внимания на возмущенные крики со всех сторон, продолжил, смотря только на непроницаемое лицо наставника. – Далее освободить рыцарей от обета безбрачия, дав им выбор: продолжать служить или уйти на вольные хлеба. Если у них будут семьи, это также будет подстегивать их к тому, чтобы защищать интересы Тристии.
Таурус гневно хлопнул кулаком, но помня о собственном обещании, позволить мне договорить и лишь молча сверлил меня своим взглядом.
- Мы вернем обратно возможность для всех женщин получить образование и откроем школы, а также - упростим получение развода. Уберем те догматы, которые касаются интимной жизни между супругами, поскольку это их личное дело. Откроем ремесленные школы и сделаем все возможное, чтобы хотя бы каким-то образом догнать другие страны, пока не стало слишком поздно. Возвращаем увеселения, да, - кивнул. - Поскольку это стало одной из причин, по которой южные провинции обратились против нас, приветствуя наемников Уайны. Думаю, не стоит напоминать Вам, что я едва выжил, потому что многие отряды рыцарей предпочли предать всех нас и перейти на другую сторону.