Путеводная звезда. Том 1 (СИ)
– Вообще никто не знает. Я не хочу быть частью чужой партии, настало время чуть-чуть встряхнуть это болото.
– Но… твой король не будет против?
– I fucked your king, – вернула мне Саманта фразу и интонацию из анекдота, рассказанного мной в первую нашу встречу.
– Ты прекрасна, – не удержался я.
– Я прекрасна, спору нет. Но царевна всех милее, всех румяней и белее… – на чистом русском произнесла Саманта. – Так? Или нет?
Черт, мне она все больше нравится. Влюбиться, что ли?
Глянув в глаза принцессе, я понял что она сейчас, несмотря на расслабленный вид, напряжена как натянутая струна. Ничуть не меньше, чем совсем недавно, когда на арене появились кровавые бурбоны. Только сейчас в ее напряжении не было агрессии, отчего я это не сразу почувствовал.
– Ты же умная девушка, и догадываешься, что личные симпатии, и тем более любовь… а я в тебя уже определенно готов влюбиться, это последнее, что будет влиять на мой выбор пути.
– Ты хотел сказать на выбор жены.
– На выбор жены.
– И что же будет влиять на твой выбор?
– Это… это вопрос жизни и смерти. И пока это не моя тайна. Я смогу тебе сказать об этом чуть позже.
– Когда? – не отвела взгляда Саманта.
– В феврале, после Бала дебютанток.
Как мне решить вопрос с выбором невесты, который возник у меня ввиду права по рождению, я уже в принципе решил.
Возникший относительно недавно план, по рассмотрению, казался несомненно хорош. И мне даже нравился. Вот только лучше отложить его исполнение и еще раз все хорошо обдумать. Ведь последствия некоторых своих быстрых импульсивных решений я до сих пор не разгреб.
«Бог критического планирования» – подсказал внутренний голос с удивительно знакомыми интонациями.
– Февраль. Санкт-Петербург. Бал дебютанток, – кивнула Саманта, отворачиваясь и глядя вновь пожелтевшими глазами на закат.
Некоторое время просидели в молчании. Я только вторую бутылку шампанского открыл.
– Саманта?
– Мне не нравится, когда ты меня так называешь, – сделала акцент на «ты» Саманта. – Прошу, не делай так больше никогда.
– Хорошо, не буду. Я хотел спросить про Скрипача. Он здесь вообще причем, и зачем именно он тебе нужен?
– Он организатор Сафари-клуба. Организатор охоты не просто за людьми, а в том числе за одаренными. А для обычного охотника или корпората голова одаренного самый, наверное, серьезный трофей, что можно представить.
– И как ты хочешь его использовать?
– Мы с тобой завтра с утра неожиданно для себя станем дичью. После того, как покажем парочке охотников kak rakom zimuyut, – с жутким акцентом произнесла Саманта, – доберемся до средств связи. Я вызову подкрепление из своих проверенных людей, и мы придем в гости к Скрипачу.
– Для того, чтобы его казнить, не обязательно ставить себя на место дичи.
– О том, что я знаю про охоту на одаренных, и о том, что эту информацию принес мне в клювике Нидермайер, сейчас знаем только я и ты. Никто больше. Это эксклюзивная информация, чем и ценна.
– Вот даже как.
– Именно. Нидермайер привел меня сюда как дичь, для всех остальных мы с тобой – действительно слабые одаренные. Вот только когда Скрипач узнает, на кого именно он продал право охоты, ему станет очень страшно. Ведь в определенный момент компромиссы заканчиваются, и при огласке факта охоты на меня его участь покажется пугающе страшной даже толстокожему человеку с плохим воображением. И чтобы избежать этого, он будет делать для меня все что угодно. Более того, кто сказал, что я собираюсь его казнить? Нет, он продолжил делать то, что делает. У него не будет выбора – просто все его мальчики и девочки, которые принесут ему деньги в обмен на острые ощущения доминирования над особенной дичью, станут моим строительным материалом. Лично моим ресурсом для закрытия порталов.
– Оу.
– Да. Я не хочу быть частью чужой игры. Какая-то… – Саманта сделал паузу, явно державшись от неподобающего леди ругательства, – какая-то группа сильных решила, что земля Африки – отличное место для того, чтобы спровоцировать вторжение демонов и под это дело устроить управляемый хаос и спустить на одержимых псов инквизиции. Я немного против. Времени немного, и я собираюсь накопить ресурсов и в определенный момент успеть закрыть порталы. Если ты мне поможешь, будет замечательно. Если нет, я попробую справиться сама.
– Сэр Галлахер?
– Ему должность, положение в обществе и присяга не позволяют знать о моих планах. Для него рассказанный твой анекдот, это повод посмеяться. Посмеяться при взгляде снизу. Я тебе уже говорила, что у тебя королевский взгляд на мир?
– Вроде слышал что-то похожее.
– Ты, рассказывая этот анекдот, смотришь не снизу, а сверху. Не каждому дано.
– Я тебе уже говорил, что ты потрясающая?
Прежде чем ответить, Саманта в несколько глотков выпила половину бокала.
– Что потрясающая, еще нет. Не хочешь снять маску?
– Уже можно?
– Да. Мы же одаренные, и можем почувствовать наблюдение. Так что под присмотром только периметр, а на нас – чтобы не насторожить заранее, никто не смотрит.
– Это хорошо, что можно, – кивнул я, и потянулся к ведерку со льдом. И задержался под взглядом Саманты.
– Там душ есть, – показала она мне на заднюю стенку шатра.
– Ах душ… простите.
– Ничего. Когда человек из Британской Калифорнии, к этому быстро привыкаешь, и не обращаешь внимания на его странные повадки. Давай ты первый.
В душе я несколько секунд постоял под ледяной водой, снимая с себя накладки маски. После набросил предусмотрительно приготовленный халат с вышитыми золотом вензелями, и вышел обратно ко столу.
Саманта с моим появлением поднялась. Подойдя ближе, она обернулась спиной и невероятно пластичным жестом повела плечами, заставляя платье соскользнуть с плеч.
«Вот оно что» – понял я причину визуально увеличившейся груди, увидев стянутую корсетом талию.
– Развяжешь? – поинтересовалась Саманта.
Не торопясь, я распустил шнуровку и помог принцессе избавиться от этого человеческого изобретения, помогающему нести жертвы на алтарь красоты.
– Спасибо, – не оборачиваясь, поблагодарила меня принцесса.
Освободившись от корсета, она осталась в одних трусиках, чья белоснежная ткань отчетливо выделялась на ее смуглой коже. Не оборачиваясь, Саманта аккуратно шагнула из круга, образованного соскользнувшим платьем, и отправилась в душ. Определенно чувствуя мой взгляд, которым я ее проводил.
Налив себе еще шампанского, я устроился в кресле и принялся наблюдать за алым, разлившимся по небу закатом и слушать вечернюю тишину. Саманта появилась минут через пятнадцать. Шлепая босыми ногами по полу, она подошла и встала рядом, не усаживаясь в кресло.
– Поможешь? – поинтересовалась принцесса. – Я ненавижу холод…
Окинув ее взглядом, я понял, что душ она принимала под горячей водой и самостоятельно снимать изменяющие фигуру маски не стала. Избавилась только от маски на лице.
– Без проблем, – поднялся я. Взяв из ведерка несколько кусков льда, покатал их в ладонях, охлаждая кожу. Саманта в этот момент обернулась ко мне спиной и приспустила халат с плеч.
Прикосновение ледяных ладоней заставило принцессу ойкнуть и вздрогнуть. Не лукавила, действительно ненавидит холод. Но едва я провел по ее плечам, снимая полоски накладок, как добавил в ладони тепла, согревая девушку.
– Отлично, – довольно шепнула Саманта и опустила руки, заставляя халат соскользнуть на пол.
Вновь забрав из ведерка несколько кусков льда, я провел ладонями ей по талии и бедрам вниз, наблюдая как на ее бронзовой коже появляются крупные мурашки. Едва накладки упали, сразу же вновь добавил стихийного жара в руки, согревая девушку.
Немного волновался – совсем немного, и слегка переборщил. Мелькнул мгновенный испуг – не обожгу, конечно, но может быть неприятно. Эффект же оказался совершенно неожиданным – Саманта вдруг ахнула, и чтобы не упасть, развернулась и схватила меня за плечи. А я, глядя в ее горящие пламенем глаза, вдруг понял, что Огонь принимает ее за свою.