Путеводная звезда. Том 1 (СИ)
Опустив на глаз похожий на монокль щиток визора, Саманта посмотрела в видимую только ей дополненную реальность. И через пару мгновений защелкала тумблерами, внимательно осматриваясь по приборной панели. Слишком уж, как мне показалось, внимательно.
– Будем кавалерию вызывать? – сознательно отвлекая ее, поинтересовался я от предполетного прогона всех систем.
Говорить приходилось громко – винты уже раскручивались.
– Чуть позже, – после некоторой паузы негромко и с явной холодной отстраненностью произнесла Саманта.
Ну надо же, действительно обиделась.
– Можешь присесть, – еще чуть погодя произнесла принцесса, и не дожидаясь моей реакции закрыла уши массивными наушниками.
Скользнув между сидениями и упав в чашку кресла, я невольно посмотрел вниз. Нижние панели остекления кабины были прозрачными, и земля виднелась прямо под ногами, на расстоянии около метра. Непривычно. Но осмотреться не успел – едва устроился и пристегнулся, как Саманта – без предупреждения, потянула ручку управления, и поигрывая педалями одновременно довольно резко рванула рычаг сбоку.
Взвыли турбины, и земля под ногами поменяла угол наклона. Вернее, это конвертоплан поменял угол наклона: высоко задрав хвост, ускоряясь, машина покатилась на одном переднем шасси, едва не касаясь носом красной выжженной земли.
Оставляя за собой клубящуюся пыль, мы – по-прежнему с высоко поднятым хвостом, проехались меж холмов, все больше разгоняясь. После чего земля наконец отдалилась – Саманта перестала ловить миллиметры между передним носом кабины и поверхностью. Резко двинув ручкой управления, она заставила конвертоплан буквально прыжком набрать высоту. Впрочем, практически сразу машину во взлете она ограничила – словно поводья резко натянув.
– Low altitude. Low altitude, – заговорила система предупреждения столкновения с землей, но замолчала после довольно резкого удара Саманты по тумблеру.
Краем глаза внимательно и с интересом поглядывая на пилотирующую машину принцессу, я вспомнил однажды выбитую ею в злости дверь. Ну… видимо, концентрированная импульсивная обида, это не единичный случай, а ее системный подход к реальности. Интересно только, это врожденная черта характера или побочный эффект от практики шаманизма?
На мои взгляды Саманта внимания показательно не обращала. И по-прежнему не набирала высоту – мы шли на бреющем, не поднимаясь выше десяти метров над землей. Не знаю, было ли это следствием того, что Саманта хотела показать мне как она умеет пилотировать сложные к управлению машины, или просто требование конспирации – чтобы не быть засеченными радарами, но мне было неуютно. Не привык к отсутствию контроля, оттого и на самолетах летать не особо люблю. А уж конвертоплан, в сравнении, по восприятию скорости и полета от самолета отличается как комфортабельный рейсовый автобус на шоссе отличается от внедорожника следующего по пересеченной местности.
Хотя, надо сказать, что если бы я умел пилотировать – думаю, мне самому бы очень сильно понравилось делать то, что делала сейчас Саманта. Принцесса, кстати, в этот момент сдвинула шлем в сторону, освобождая ухо.
– С визитом к Нидермайеру мы с тобой вместе не успеем поговорить со Скрипачом, – перекрикивая шум двигателей, заговорила Саманта. – Если тебе нужно к завтрашнему утру быть в Гурьеве, ты точно не успеешь, ведь у тебя еще дела с бурбонами и мечами в Нижнем мире. Опоздаешь и пойдешь к Скрипачу со мной, или я сегодня ночью буду разговаривать с ним одна? – обернулась Саманта ко мне, глядя в глаза.
Земля сейчас бежала под ногами на высоте уже меньше десяти метров, а машина шла, практически цепляя брюхом пучки деревьев посреди красной земли. Впереди, прямо по курсу, высился каменистый холм. Я предполагал, что Саманта его видит, но все равно показал ей пальцем вперед.
Принцесса не отреагировала, внимательно глядя на меня и ожидая ответа. Холм уже оказался совсем близко.
Я еще раз показал пальцем вперед, всем видом намекая, что неплохо бы ей обернуться. Понятно, что она контролирует ситуацию, понятно, что на мне даже – если что, слепок души, но вот это вот все впереди очень сейчас неуютно выглядит. Когда столкновение казалось неизбежным, я только расстроенно вздохнул, а Саманта – даже не оборачиваясь по курсу, подняла машину, практически облизав брюхом каменистую вершину.
По ювелирности маневра и спокойствию принцессы я понял, что у нее просто гораздо более чем у меня развито пространственное зрение. И предполагаю, она вообще может управлять машиной с закрытыми глазами.
– Думаю… для начала тебе стоит доставить нас в место назначения в целости, а уже после обсуждать остальные вопросы на повестке, – сделал я разочарованное замечание. И покачав головой с усталым видом «ну что за детский сад», отвернулся.
Саманта похоже смутилась. Несколько минут летели в молчании, и она даже не столь экстремально теперь прижималась к верхушкам деревьев.
– Сэми? – обернулся я к спутнице.
Шлем у нее до сих пор сидел чуть криво, открывая правое ухо. Но несмотря на это, ответом мне было молчание.
– Ты меня слышишь?
Молчание.
Сев вполоборота, и явно заставив спутницу удивиться, я легонько щелкнул ей ногтем по шлему.
«Слышишь меня?» – когда Саманта обернулась, беззвучно прошептал я, для убедительности восприятия коснувшись пальцем губ.
– Слышу, – коротко ответила Саманта.
Кстати, когда она злится, ей это очень идет.
– Если периметр загонного поля охраняется, как мы на этом…
Хотел сказать «на этом ведре», но вовремя опомнился. Я совсем не верю в то, что у каждой машины есть душа. Но почему-то каждый раз, когда в зоне слышимости упомянешь машину в контексте «будь проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса», машина эта совсем скоро почти наверняка неудобно и неожиданно ломается. Поэтому в душу механизмов я конечно же не верю, но вслух некоторые вещи рядом с машинами стараюсь не произносить. Просто потому что так проще.
– …как мы на этой старушке преодолеем систему зашиты периметра?
– Все под контролем, – только и ответила Саманта.
Ну, раз под контролем, то под контролем – на стал настаивать я.
– Артур, – через полторы минуты вдруг произнесла Саманта.
– Да?
– Помнишь, ты спрашивал о системе защиты периметра?
– Мм… смутно, но припоминаю что-то.
Саманта подняла руку, звучно щелкнув пальцами, и выдержав секундную задержку, сделала ладонь пистолетиком и показала вперед, чуть левее нашего курса.
Буквально через пару мгновений в том направлении вспыхнул огненный шар взрыва, практически сразу начав наливаться черным дымом.
– Системы защиты периметра больше нет.
«Ах ты ж… сучка ты крашена!» – с восхищением подсказал мне внутренний голос, эмоциями выразив примерно все, что я думал сейчас о принцессе.
Вслух говорить ничего не стал, и к разговору больше пока не возвращались. Ни слова сказано не было и тогда, когда совсем рядом с нами, специально показавшись и покачав крыльями, прошли два современных штурмовых конвертоплана.
Спрашивать у спокойно осмотревшей их Саманты ничего не стал – справедливо решил, что появилась группа поддержки принцессы. Эти машины, кстати, тоже были без опознавательных знаков.
Показавшаяся ненадолго пара конвертопланов ускорилась и совсем скоро исчезла из вида, превратившись в две едва заметные точки на горизонте. Как оказалось, штурмовые конвертопланы убыли готовить место для встречи. В резиденции Нидермайера – находящейся в зеленой пойме реки, к которой мы подлетели примерно через четверть часа. Обе машины стояли перед парадным крыльцом, рядом с ними я заметил рассредоточившихся низкорослых бойцов.
Саманта посадила нашу машину довольно неаккуратно, так что правая стойка шасси подломилась. Мне – несмотря на амортизацию кресла, даже в позвоночник удар в землю отдался. Сделав вид, как будто так и было задумано, Саманта сбросила шлем и выскочила из накренившейся машины. Меня демонстративно не дожидаясь – поэтому, чтобы не так уж явно ее догонять, пришлось поспешить.