Рози и Зверь по-соседству (ЛП)

Дилан издал низкий, довольный звук — почти мурчание.
Что это было? Мы же ничего… предосудительного не делали. Тогда почему мои щёки вдруг вспыхнули?
Возможно, потому что люди начали поглядывать в нашу сторону. Улыбки, перешёптывания. Кажется, половина города тут же решила сыграть в сваху.
Он пробормотал, едва слышно:
— Я не помню, когда в последний раз кто-то делал это для меня…
  
Он выглядел таким спокойным, таким… уязвимым.
Я медленно провела пальцами по его лбу, затем — вдоль линии бровей, на секунду задержавшись на шраме на левой. Затем легонько скользнула вниз, по краю уха, к шее.
Гусиная кожа покрыла его руки.
Может, он всё-таки был не таким уж равнодушным к моим прикосновениям?
Линии напряжения, боли и усталости исчезли с его лица.
Я продолжила: едва ощутимо провела кончиками пальцев по переносице, затем вдоль губ…
Его дыхание сбилось.
Я хотела отдёрнуть руку, но не успела.
Он резко схватил меня за запястье.
Глаза открылись. В них вспыхнуло что-то тёплое. Опасное.
— Если бы я не знал тебя лучше, — его голос был хриплым, — я бы сказал, что ты обо мне… заботишься.
Забочусь?
Я отдёрнула руку и хлопнула его по груди.
— Вот тебе забота!
Он рассмеялся, но, не убирая ухмылки, перехватил мою руку и переплёл наши пальцы.
Поднеся мои костяшки к губам, он поцеловал их, а затем, закрывая рот нашими сцепленными руками, прошептал:
— Миссис Беннет, вы чуть не начали кое-что… что точно не стоило бы заканчивать на глазах у всей улицы.
Мои щеки вспыхнули ещё сильнее, когда я вспомнила, где мы находимся.
Я настолько увлеклась, что совсем забыла о людях вокруг — а их тут было немало.
— Я не миссис Беннет! — прошипела я.
— Ну-ну, продолжай себе это внушать, — он насмешливо похлопал меня по руке.
— О, этот человек! — воскликнула я, вырывая руку из его ладони. — Пойду узнаю, почему они так долго с ужином, — пробормотала я, направляясь к фудтракам под его тихий, довольный смех.
Глава 26
Дилан
Беннет и Чарли принесли пиццу и напитки для всех, но Рози нигде не было видно. Волноваться не стоило — городок маленький, её городок, — с ней всё в порядке. Наверное, застряла в очередном длинном разговоре с миссис Мейбл о литературе. Или, возможно, Макс наконец-то одумался и прижал её к стенке, чтобы признаться в любви. Хотя для начала ему, пожалуй, стоило бы узнать её настоящее имя.
И всё-таки… Я снова подумал о том мужчине. Том, кого я уже видел несколько раз, слоняющимся рядом с её магазином.
Аппетит исчез.
Хадсон подошёл как раз в тот момент, когда я встал, уронив кусок пиццы обратно на плед.
— Всё нормально?
Его плечи напряглись, как будто он был готов к любому повороту, как всегда, как будто время вообще не прошло. Как я мог столько месяцев не разговаривать с Хадсоном?
— Не уверен.
Я направился в ту сторону, куда видел, как уходила Рози, а Хадсон тут же последовал за мной. Это напомнило мне о команде. О дружбе. Не так давно я играл на льду вместе с парнями, но прошло уже немало времени с тех пор, как я позволял кому-то прикрывать меня.
«Всё в порядке. Всё в порядке». Повторяя эту мысль снова и снова, я не мог заставить себя поверить в неё.
Мы прошли мимо палатки «Ледяных пиков» с пиццей, и я остановился, чтобы осмотреться. И тут я заметил проблеск ярко-оранжевого за книжным магазином. Это определённо были её волосы, но с кем она разговаривала?
Наверняка это Макс. План срабатывает. Вот только почему от этой мысли мне было не по себе? Почему не приносило облегчения?
Я ускорился, перешёл на бег. Пробежав за здание, я увидел, как Рози стоит с каким-то мужчиной.
Она подняла голову, заметив нас, и тут же побледнела.
— Пожалуйста, — прошептала она и схватила мужчину за руку.
Он даже не обернулся, просто развернулся и пошёл прочь.
Я взглянул на Хадсона, и мне не пришлось ничего объяснять — он уже рванул вперёд, схватил мужчину за плечо и заставил его остановиться. Тот резко развернулся и попытался ударить, но Хадсон легко перехватил его руку и заломил за спину.
— Папа, стой! — закричала Рози, бросившись к ним, но я успел схватить её за край футболки и удержать.
— Папа? — переспросил я, ошарашенный.
Рози развернулась ко мне, вырываясь. Её глаза метались между мной и Хадсоном.
— Это мой отец, Орин Форрестер.
— Твой отец? — Хадсон приподнял бровь. — Тот самый, который бросил вас?
Лицо Рози вспыхнуло, но Орин оставался враждебным, как будто только и ждал нового повода для драки.
— Беннет знает, что он в городе? — спросил Хадсон.
— Нет! — выпалила Рози. — И вы не можете ему сказать.
— Как долго он планирует здесь оставаться? — спросил я, пытаясь не поднимать голос.
Орин демонстративно сплюнул на землю. Отлично. Понятно, с кем мы имеем дело.
— Он может оставаться столько, сколько нужно, — твёрдо заявила Рози, бросая на нас сердитый взгляд.
— Где вы остановились? — спросил я, уже догадываясь о правде.
Орин кивнул в сторону Рози:
— Это наше с ней дело, не твоё.
Я представил себе Рози, спящую на стуле в своей художественной студии. На полу квартиры. Тащащую туда новый матрас. Я задавался вопросом, почему она так отчаянно хочет остаться там, когда она утверждала, что у нее есть вполне исправный плавучий дом, в котором она может спать.
Кажется, я только что получил ответ.
Я закрыл глаза. Такого парня, как этот, можно было узнать за милю. Пиявка. Я сталкивался с такими постоянно — люди, которые притворялись моими друзьями, чтобы получить деньги или выгоду. Моя семья, однако, никогда так себя не вела. Скорее наоборот — они так отчаянно пытались доказать, что не нуждаются во мне, что это оставляло меня с ощущением, будто мне нет места среди них.
Но впервые я начал понимать, что это всё же лучше, чем отец, готовый высосать последние ресурсы, какие только остались.
Рози, казалось, начала отходить от шока, вызванного тем, что мы с Хадсоном узнали её секрет.
— Ты не можешь никому рассказать, Дилан. Это нарушает кодекс свиданий, — сказала она напряжённо. — И Хадсон, я расскажу всем про… — Её глаза метались из стороны в сторону, явно пытаясь придумать компромат на одного из самых честных людей, которых я знал.
— Рози, — мягко сказал Хадсон. Я узнал этот тон. Он часто использовал его, когда Шайло и я собирались провернуть какой-нибудь безумный, но, по нашему мнению, гениальный план, который почти наверняка заканчивался травмами. — Ты не сможешь скрывать это вечно.
— Кто ты такой, чтобы указывать моей дочери, что ей делать? — резко вмешался Орин.
Но Хадсон, казалось, даже не услышал его. Он продолжал смотреть на Рози с сочувствием.
Меня словно толкнуло вперёд защитное чувство. Я протянул руку и взял её ладонь. Холодную, дрожащую. Она сжала мои пальцы, будто цепляясь за единственное, что было ей сейчас под рукой.
— Мне нужно ещё немного времени, — прошептала она.
Просто держать за руку было недостаточно. Я никогда не видел Рози такой разбитой, и ненавидел это ощущение каждой клеткой своего тела. Я обнял её за талию, притянув ближе к себе.
Она удивлённо взглянула на меня, но тут же прильнула ко мне, словно в поисках опоры. Её рука сжала мою футболку, и, несмотря на то, что я пытался поддержать её, это прикосновение, казалось, заземлило и меня самого.
Послышался чей-то смех, неподалёку заговорила группа людей, кажется, стоявших слишком близко.
Рози напряглась, её взгляд встретился с взглядом отца — немой обмен, понятный только им двоим.
  
Орин отступил. На этот раз Хадсон позволил ему уйти, не вмешиваясь. Тот сунул руки в карманы, опустил голову и направился к пристани.
Хадсон кивнул мне, показывая, что пойдёт за ним. Мы оба не доверяли этому человеку. Я кивнул в ответ, и он ушёл, оставив меня с Рози наедине.