Рози и Зверь по-соседству (ЛП)

Этот вечер уже был полон всего — неожиданный приезд братьев, осознание, что у меня действительно был шанс с Максом… и отказ ему. А ещё этот разговор с отцом, о котором я не могла думать, не расплакавшись. Завтра я отдам ему чаевые, и мы сможем поговорить спокойно. Возможно, у него был такой же тяжёлый день, как у меня. Пора выяснить, каков его дальнейший план.
Я, должно быть, уснула в объятиях Дилана, потому что следующая вещь, которую я ощутила, — это как он осторожно укладывает меня на кровать для гостей. Он попытался разжать мои руки, обвившие его шею, но я сжала его ещё крепче.
  
— Рози… — голос его звучал хрипло.
— Останься, — попросила я. — Ещё немного.
Он замер, и я почувствовала, что он борется с собой. Но всё же, вопреки здравому смыслу, он медленно лёг рядом. Его руки снова обвили мою талию, и я инстинктивно прижалась ближе.
Вот так, наверное, и должно ощущаться — быть полностью и безоговорочно любимой. В безопасности.
— Почему ты плачешь? — его большой палец мягко провёл по моей щеке, стирая слезу. Я почувствовала, как капля скатилась с переносицы и упала на подушку.
— Я не знаю, — прошептала я, голос дрожал. Я попыталась отвернуться, но он лишь крепче прижал меня к себе, обнимая ещё сильнее.
— Я слышал твой разговор с отцом, — тихо признался он, его губы коснулись моих волос.
Я застыла, а по телу разлилось жгучее смущение. Одно дело — пережить этот разговор, совсем другое — знать, что кто-то ещё был этому свидетелем.
— Он просто… переживает, — пробормотала я, сама не понимая, зачем пытаюсь оправдывать отца. — Обычно он не говорит со мной так.
Дилан медленно провёл пальцами по моей голове, перебирая пряди волос. Его движения были такими нежными, что напряжение в плечах начало постепенно уходить.
— Ты заслуживаешь лучшего, — прошептал он твёрдо, но всё же мягко.
— Возможно… Но что, если это всё, на что он способен?
— Тогда он не заслуживает даже части тебя, — ответил он, поглаживая мою руку.
Может, он был прав. Но что, если я попробую установить границы — и отец уйдёт? Что, если мои худшие страхи оправдаются, и он был рядом только ради выгоды?
Глава 37
Дилан
Мама снова нанесла удар.
Пока я был в ванной этим утром, она успела убрать раскладной диван, аккуратно сложить простыни и плед, сложив их стопкой рядом с диваном, а подушку положить сверху.
Вчера я остался с Рози, пока она не заснула. Её прерывистое дыхание наконец сменилось ровным и спокойным. Осторожно, стараясь не разбудить её, я выбрался из постели, хотя знал, что и так испытываю пределы своей выдержки, оставаясь рядом с ней ещё одну ночь.
Мне так хотелось признаться ей в своих чувствах, а ещё одна ночь в её объятиях просто разрушила бы всю мою силу воли. Ей нужна была поддержка, а не мои мечты о том, как сильно я хотел её поцеловать.
На кухне я нашёл отца за его привычным занятием — кружка горячего чая перед ним, планшет открыт на новостях.
Я приготовил себе пару яиц и сел напротив. Отец выключил экран и посмотрел на меня пристально.
Я приподнял бровь, давая понять, что готов выслушать. Между нами стало чуть легче, но мир всё ещё был хрупким. Оставалось так много недосказанного.
— Я слышал, как ты выходил из комнаты Рози около полуночи, — сказал он.
В этом была спрятана целая тирада, но я был упрям. Я только сделал глоток из кружки, не торопясь с ответом.
— Будь осторожен, — продолжил он. — Я знаю, она кажется крепкой, но у этой девушки мягкое сердце.
Я кивнул. Больно было осознавать, что отец не доверяет мне, когда дело касалось Рози.
— Я знаю. Я не причиню ей боли.
— Мы не всегда можем это обещать, — тихо сказал отец. — Мы люди, и мы совершаем ошибки, которые ранят других.
Как же я это понимал. Я ранил так многих. Я снова уставился на кружку, чувствуя, как на меня накатывает волна сожалений. Смогу ли я когда-нибудь простить себя за то, что подвёл всех — свою семью, команду, Шайло? Не знаю. Но я был полон решимости стать лучше. Ради них. Ради Рози.
— Как и я, — добавил он спустя минуту.
Я резко поднял голову, поражённый.
Отец смотрел на свои руки, но потом поднял взгляд и встретился со мной глазами, полными раскаяния.
— Прости, Дилан. Мне не следовало позволять, чтобы между нами всё зашло так далеко. Я был зол, расстроен поражением на выборах. Мои эмоции затмили то, что было действительно важным.
Я откинулся на спинку стула, не зная, как ответить.
— Вы с Лили — самое важное, что есть у меня. Если бы я мог вернуться назад, я бы многое изменил. Я пожалел о своих словах в тот момент, когда они слетели с языка, но моя гордость заставила меня поверить, что я был прав.
В его взгляде было что-то новое для меня — мягкость. Смирение.
— Я не виню тебя, если ты решишь снова уехать и больше никогда сюда не возвращаться. Но я надеюсь, что ты останешься.
Я не мог сдвинуться с места, когда он унёс кружку к раковине.
Вернувшись к столу, он положил руку мне на плечо. Это был первый раз, когда мы соприкоснулись с тех пор, как я вернулся домой. И это прикосновение разрушило все мои защитные стены.
— Я сделал так много ошибок, — выдавил я, чувствуя, как сжимается горло.
— Важно то, что мы делаем после этих ошибок. То, что у нас в сердце, — сказал он, сжав моё плечо. — А твоё сердце — одно из лучших, что я знаю.
— Не такое, как у Шайло, — прошептал я.
— Нет, не такое, как у Шайло, — согласился отец. — Оно твоё. Уникальное. Целеустремлённое, верное, способное взваливать на себя всю вину за любой проступок. Гордое, как у меня. Доброе, как у твоей матери. Ты хороший человек, Дилан.
Его слова ударили по мне, как сильнейший толчок на льду. Они ранили, выбили воздух из лёгких, но одновременно дали ощущение, что я снова жив.
— Поэтому хорошие люди тянутся к тебе, — продолжил он.
— Потому что я проект, который нужно исправить? — попытался я пошутить, но голос дрожал слишком сильно.
— Нет. Потому что свет притягивает свет — даже когда ты сам его в себе не видишь. Даже когда кто-то пытается убедить тебя, что его там нет.
Неужели отец действительно так обо мне думал? Все эти годы я был уверен, что он рад, что я уехал — что весь город рад этому. Я сам себя в этом убедил, что для всех нас будет лучше, если я больше не вернусь.
Я смотрел на его руку, лежащую на моём плече, и, наконец, медленно накрыл её своей, сердце билось глухо и тяжело. Это был маленький жест доверия. Признание того, что, возможно, мы оба ошибались. И что, может быть, мы оба готовы попробовать снова.
Отец легонько похлопал меня по другому плечу, и голос его прозвучал хрипло:
— Не знаю, насколько важно для тебя моё мнение, но, по-моему, вы с Рози хороши друг для друга.
С этими словами он развернулся и вышел из кухни.
Я ещё долго сидел на месте, позволяя его словам пустить корни в сердце.
Глава 38
Рози
ДИЛАН СЭВИДЖ ВНОВЬ СОРВАЛСЯ С КАТУШЕК (СНОВА)
Центрфорвард команды ПХЛ «Пикс» Дилан Сэвидж давно известен не только своими спортивными успехами, но и скандальным поведением как на льду, так и за его пределами. Однако его путь к самоуничтожению, похоже, достиг нового пика. По словам инсайдера, Сэвидж запутался в романтических отношениях с уголовницей — парочку неоднократно видели в компании правоохранителей.
  
И это ещё не всё! Сэвидж якобы подписал контракт с профессиональной бейсбольной командой, что напрямую нарушает его действующий контракт в ПХЛ.
Мы продолжим следить за развитием событий, но уже сейчас очевидно: этот «исправившийся» плохиш возвращается к своим старым выходкам. Тренер «Пикс» отказался от комментариев на данный момент.
— Журнал Горячая сплетня