Норби и Старейшая Драконица. Норби и придворный шут

— Что же такого крошечного в этих путешествиях? — поинтересовался любопытный мальчик.
— Игра получила свое название из-за второго способа ее использования: исследования Вселенной на субатомном уровне. Подключив «Крошечное Путешествие» к своему головизору, вы получите так много новых впечатлений, что вам больше не захочется играть в другие компьютерные игры. Покупайте сейчас!
  
И зрители покупали. Счастливые обладатели, уже оценившие игру, подходили к прилавкам и увлеченно рассказывали о ней потенциальным покупателям.
— Я бы мог изобрести такую игру и сколотить целое состояние, — заявил Норби.
— Ощущалку? — саркастически спросил Йоно. — Можно подумать, это изобретение Инга! Виртуальная реальность, создаваемая с помощью головидения, уже давно известна в Земной Федерации.
Он стоял близко к Ксинне, и та услышала его.
— Дорогой адмирал, пожалуйста, сыграйте в «Крошечное Путешествие», — попросила она. — Инг будет очень доволен.
— Не вижу никаких причин доставлять ему удовольствие.
Губы девушки задрожали, глаза наполнились слезами.
— Пожалуйста, попробуйте эту игру, — прошептала она. — Мне все равно, сколько заработает Инг, но это моя работа, и я не хочу выглядеть плохим продавцом.
— Ну ладно, ладно. — Йоно уселся за один из компьютерных терминалов и вставил маленькую продолговатую пластинку из коробочки с игрой. Потом он надел на голову соединительную ленту и включил головизор.
К удивлению Джеффа, на экране появилась примитивная версия старой виртуальной игры «Акробатика». Творение Инга явно не произвело впечатления на Йоно, так как он переключился на один из каналов прямой трансляции головидения. На экране сидевший в комфортабельной гостиной Инг распевал рекламные куплеты о пирожных с фруктами и орехами.
— Настоящая виртуальная реальность, — буркнул Йоно. — Я чувствую себя так, будто сижу рядом с камином. Могу протянуть руку и попробовать пирожное — кстати, неплохое на вкус. А певец кажется таким настоящим, что я почти ощущаю его. Ксинна, а как мне попасть в «крошечную» часть игры?
— Нажмите на эту кнопку.
Адмирал последовал ее совету. Внезапно экран заполнился мешаниной странных узоров, туманных цветных форм и вспыхивающих искр. Даже по головидению, без связи с виртуальной реальностью, картина выглядела захватывающе и пробудила в Джеффе желание поиграть самому.
Йоно закрыл глаза.
— Адмирал, вы не смо́трите на экран, — сказал Норби.
— Мне не нужно смотреть. Я вижу внутренним зрением.
— Где вы находитесь? — спросил Джефф.
— В полях реальности, кадет. Не отвлекай меня: я слежу за переменами.
Переминаясь с ноги на ногу, юноша терпеливо ждал окончания игры. Все остальные терминалы были заняты. Ксинна отошла в сторону, поэтому он не мог подробнее расспросить ее об игре.
Норби потянул Джеффа за рукав.
— Это начинает мне надоедать. К тому же мы перестали искать Перу. Я хочу выйти наружу и облететь транспортные линии. Если я буду медленно кружить над столицей или даже над всем континентом, то, возможно, сумею уловить ее сигналы.
— Может быть, все обойдется, и Пера благополучно вернулась к принцессе. Допустим, она утратила свои небольшие телепатические способности и тебе лишь показалось, что она зовет на помощь.
— За кого ты меня принимаешь!
Прежде чем юноша успел ответить, толпа в Иззхолле начала хлопать в ладоши. Все смотрели вверх, поэтому он тоже поднял голову и взглянул на высокий куполообразный потолок, который постепенно становился прозрачным. В воздухе неожиданно появились сотни воздушных шаров.
— Инг! — вопила толпа. — Инг! Инг!
Один ярко-красный шар стал раздуваться, словно собираясь лопнуть. Сцена озарилась яркой вспышкой света, похожей на молнию. Шар с треском взорвался, и на сцене появился распорядитель церемоний, окутанный клубами дыма. На нем была газовая красная накидка, щедро усыпанная блестками. В руках он держал барабан.
Повинуясь его жесту, открылся люк, выпустивший на сцену других участников представления.
— Мои иззианские друзья! — воскликнул Инг, и его голос, усиленный микрофонами, прогремел в зале. — Наше представление начинается! Перед вами прекраснейший цветок Изза-Ксинна, выступающая в реклам… то есть в любовном дуэте с моим соперником Гарусом.
Зрители рассмеялись, а Инг стал исполнять торжественное вступление на барабане, затем уселся на пол, скрестив ноги, и начал ритмично аккомпанировать дуэту. Ксинна с Гарусом запели.
— Адмирал, представление началось, — прошептал кадет.
Йоно не обратил внимания. Его глаза остекленели.
— Джефф, он в каком-то трансе, — сказал робот, прикоснувшись к адмиралу. — Я даже не могу телепатически связаться с ним.
— Выключи терминал, Норби.
Робот склонился над компьютером, и голографический экран неожиданно погас. Адмирал зевнул и потянулся, как бы просыпаясь. Иззианцы за другими терминалами продолжали играть, как будто никакого представления не было и в помине.
— «Любимая, не покидай меня…» — пел Гарус, бросая нежные взгляды на Ксинну.
В этот момент кто-то закричал. Возвышаясь над зрителями, в Иззхолл входили роботы-охранники. Толпа расступилась перед ними. Судя по движениям роботов, они пытались поймать на полу что-то маленькое и юркое. Джефф не мог разглядеть, что это было, но вдруг раздался невероятный звук. Он напоминал рев огромного рассерженного животного.
  
Глава седьмая
 
КОНФЛИКТ ДВУХ КУЛЬТУР
 
Внезапно нарушители спокойствия оказались на виду. На сцену карабкались живые джилоты, сердито тряся щупальцами и испуская оглушительные звуки, в которых смешивались львиное рычание и трубный клич разъяренного слона.
Инг встал, прижимая к себе барабан. Гарус привлек Ксинну и потащил ее к задней части сцены.
Самый крупный джилот, кожа которого имела более глубокий синий оттенок, чем у остальных, вразвалочку подошел к Ингу. Глаза туземца, казалось, выскакивали из орбит; лишь потом Джефф понял, что они расположены на подвижных стебельках. Ему также стало ясно, что у настоящих джилотов совсем нет волос.
— Мы, джилоты, являемся иззианскими аборигенами и требуем, чтобы к нам относились с надлежащим уважением!
— Возьмите, возьмите, мне она не нужна! — в ужасе крикнул мальчик, сидевший в первом ряду зрителей, и бросил на сцену куклу-джилота. Инг осторожно стал покашливать.
— Послушайте, никто не хотел задеть ваши чувства. Дети любят кукол, и они полюбят вас, если вы будете вести себя прилично.
— Ты дерзко оскорбил наш род и нашу культуру!
— Кто, я?!
— Да, ты. Мы провели расследование и уверены, что именно ты виновник этого безобразия! Ты придворный ученый и главный изобретатель на Иззе.
Инг с трудом перевел дыхание:
— Но я не собирался… То есть мы всего лишь проводим рекламную кампанию с целью укрепить взаимопонимание между нашими народами. В конце концов, иззианцы — я имею в виду людей-иззианцев — не вмешиваются в ваши дела и не ездят на ваши острова. Кометные хвосты! Да вы, ребята…
— Мы гермафродиты, но считаем себя существами женского пола.
— М-м-м… понятно. Так вот, много лет назад вы, девочки, запретили людям рыбачить рядом с вашими островами или высаживаться на них, и люди послушались. Они обменивают свои товары на ваши морские продукты и драгоценные камни. А теперь из-за какой-то прелестной игрушки…
  
— Она не прелестная, а кощунственная!
Инг потянулся к кукле, но предводительница джилотов быстро схватила ее.
— Мы возьмем шесть коробок этих кукол…
— Возьмите хоть все. Можете утопить их в море, мне все равно.
— Зачем нам топить их? Эти игрушки, в самом деле, прелестны.
Инг недоумевающе уставился на джилотку.
— О чем мы с вами толкуем, мэм?