Клан Борзых 4: Барон (СИ)

— Никому не отказывать, ничего не всучивать, — сказала Ольга, поднимаясь на телегу. — Одеяла матерям. Продукты детям.
— Мы прикроем, а вы занимайтесь гуманитаркой, — ответил я и позвал за собой Ивана с Мануловым. — Держитесь рядом. У меня очень нехорошее предчувствие.
— Пу-пу-пу… — проговорил Васька, пройдя большими пальцами по барабанам револьверов и проверяя, что патронташи набиты под завязку.
  
— Куда вы, туда и мы, — пожал плечами Иван, что в доспехе выглядело довольно забавно. Правда, на улыбку у меня настроения не хватило, ведь я видел не только то, что прямо передо мной, где с помощью артефактов сотня служащих проверяла разбитый на очереди поток выживших, но и то, что творилось за стеной.
Вот дружина Медведевых отсекает выживших от остального сектора. Выбрасывает пожитки у тех, кто набрал слишком много. Без лишней грубости, но и без жалости. Места всем не хватит, город не резиновый. Во внешнем круге ещё тысячи людей и сил клана едва хватает, чтобы встать жидким оцеплением, которое не видит, откуда может идти угроза.
Вот гомункулы Секачовых начинают втягиваться через ворота пятого кольца. Их тысячи, и пусть они тупы как животные, рядом с каждой стаей идёт контролирующий их великим даром пастух. Грузные мужики и женщины в тяжёлых стальных доспехах, с топорами и большими мясницкими ножами.
Они правят этой толпой, держат её в узде и одновременно подгоняют, заставляя плохо вооружённых и почти голых гомункулов спешить к фермам. Туда, где тысячи голов скота, никогда не выгуливавшихся на свежем воздухе только, жрут и срут, для производства самых необходимых для города вещей. Мяса для воинов и дерьма для топлива. Но они не понимают, что лезут в самую жопу.
— Инквизитор, у вас есть способ связаться с Секачами? — спросил я, повернув бронированную голову к Жанне.
— У меня есть рация, если у вас есть сведения…
— Я запустил разведку. Клан лезет в западню. Семена уже начали прорастать в животных, если они окажутся заражены и передадут растительного паразита Секачовым.
— Ясно, немедленно передам, — быстро ответила Жанна, срывая с пояса рацию. — Говорит инквизитор Барсова. Срочные сведения для штаба, фермы внешнего контура заражены, повторяю, фермы заражены, существует опасность вторичного поражения личного состава. Немедленно прекратить наступательную операцию. Считать их потерянными для производства и зачистить с безопасного расстояния.
— Принято, инквизитор, — сквозь шум помех услышал я ответ по рации, потом этот приказ прошёл через цепочку командования, я даже слышал его несколько раз и у Михаила, и в штабе. Насколько было бы проще, будь я в состоянии сам отдать этот приказ и не трать они столько времени на согласование. И всё же до Секачовых он дошёл вовремя. Они только подбирались к фермам.
— … скажи им, что мы всё выполним, — не снижая скорости шагов, отмахнулся глава клана. — Пусть подавятся. Выгоняйте скотину, не хватило ещё потерять весь выводок!
— Они наплевали на приказ командования, — проговорил я, от чего Жанна выругалась и начала вновь бубнить в рацию, требуя прямого соединения с Секачовым. Как ни странно, это устроили меньше чем за минуту. Только вот уже слыша переговоры, хитрый и жадный делец понял, чем ему грозит прямое неподчинение инквизиции, и вместо этого просто перестал выходить на связь.
— Вот же придурок жирный, — в сердцах выругалась Жанна, когда поняла, что её игнорируют. — Старый, у тебя там дрон? Сможешь заснять видео, вроде того, что ты в прошлый раз показывал на суде?
— Да, легко, — предварительно поговорив с Сарой, ответил я. — Но нашу проблему это не решит. Земля и животные уже заражены. И эти придурки лезут в самое чрево. Семена, словно разумные, специально тянутся к фермам. Как бы там не было очага заражения… хотя поздно, твари начали выбираться.
За момент до этого, один из амбаров, к которому подошли нестройные ряды гомункулов, взорвался щепой и тонкими досками, разлетевшимися на десятки метров. А навстречу Секачовым выскочили обезумившие от боли животные, из которых торчали во все стороны корни и ветви, проросшие сквозь мясо и опутывающие кости.
Здоровенные хряки, под три сотни кило, сбивали гомункулов с ног, отбрасывали их с дороги, затаптывали, не позволяя подняться, и почти все ложились под топорами грузных, но ловких воинов, идущих следом.
Две природных силы столкнулось, словно две волны. Но более организованная и подготовленная выигрывала. Спасали доспехи. Выручали дары. Даже получившие тяжёлые раны Секачовы вставали почти сразу. Регенерировали так, что зависть брала. Занимали своё место в строю и вновь шли в бой. Я даже на секунду поверил, что они одержат верх в этой чудовищной мясорубке. Пока не начали подниматься растоптанные гомункулы. Они дёргались ещё сильней прежнего, не отвечали на команды, а спустя несколько секунд я заметил, как тонкая паутинка корней начинает расползаться по их черепам. И тогда твари вышли из-под контроля, бросившись на хозяев.
  
Глава 2
 
— Разойтись! Всем в сторону! — кричал Быков, раздвигая толпу в воротах. Мы двигались ко входу крупной группой, буквально бежали, но всё равно не успевали.
— … перекрыть выходы из восточной части четвёртого сектора. Повторяю, опасность вторичного заражения. Немедленно перекрыть… — гневно говорила Жанна, не отпуская рацию от лица и не замедляясь.
— Стоять! Кто такие⁈ — попробовал преградить нам путь один из стражников, но Иван лёгким движением руки сдвинул его в сторону. Не рассчитал, поэтому воина просто откинуло на добрых три метра.
— Комиссар Старый, немедленно освободить проход! — рявкнул я, не останавливаясь ни на секунду. — Всем внимание! Вторичное заражение! Приготовится к отражению атаки! Заражены гомункулы Секачовых!
— … повторяю, вторичное заражение, сведения надёжные, — не обращая внимание на шум вокруг, продолжала говорить инквизитор. — Да, так точно. Старый, где они⁈
— Загоны свиней у западной окраины. Я чёрт его знает, какой там район, — ответил я, переключившись на дрона. — Половина гомункулов уже под заражением, вытесняют войска к висячим фермам.
— … повторяю, вторичное заражение. Опасность при личном контакте. Заражение передаётся через прикосновение. Старый, как именно происходит заражение?
— Корни, торчащие из тел. Они как шипы, протыкают кожу. Вначале через семена, как у одуванчика, только здоровые. На заражение нужно несколько секунд, — объяснил я, продолжая протискиваться мимо вжавшихся в стену людей. Почти все были с пустыми руками, пожитков никто не брал, спасали в первую очередь детей и близких.
И всё же, насколько узкий проход под стенами… Понимаю, что всё ради безопасности, но эвакуировать большое количество людей по такому туннелю почти нереально. Надо начинать сильно заранее, а это остановка производства. То, о чём мне рассказывали Быков с Мануловым. На это город пойти не мог.
— Именем инквизиции, в сторону! — крикнул я, увидев, что на встречу к нам движется один из паладинов. Даже в новом доспехе Иван едва доставал ему до плеча, и, пожалуй, этот гигант мог бы остановить всю нашу колонну.
— Кто? — прогудел паладин, положив ладонь на пулемёт, висящий на шее.
— Инквизитор Жанна Барсова, комиссар Старый и отряды поддержки, — на бегу ответила женщина, выдернув жетон обелиска из-под брони.
— Брат Самуил, нам приказано оказать вам поддержку, — прогудел гигант. — Рота, бегом марш!
— Спасибо, брат Самуил, — кивнула Жанна, тут же возвращаясь к рации. — Старый! Где они? Что происходит?
— Сколько можно в глухие телефончики играть… — выругался я и подключился на тот же канал связи, что и девушка. — Говорит Старый, отряды Секачовых вступили в схватку с заражёнными животными в квадрате…
  
— Не отступать, трусы! — срываясь на утробный визг, ревел Секачов, размахивая своим двуручным топором. Широкое лезвие обрушилось на подскочившего к нему с копьём гомункула и рассекло его пополам, после чего верхняя часть отлетела в сторону. Сотни ещё недавно послушных живых големов, неспособных ничего противопоставить приказу, сейчас обезумели и начали нападать на хозяев. — Держать строй!