Спасите меня, Кацураги-сан! Том 17 (СИ)

— Договор с фармакологической корпорацией… — протянул я. — Ну вы дали жару, Рэйсэй-сан! И что же по этому договору мы теперь им должны?
— Они будут поставлять нам свои препараты. У нас откроется своя аптечная точка. И мы имеем право выдавать только препараты их корпорации. И больше ничьи, — объяснил Рэйсэй Масаши. — А взамен они будут платить нам процент от продаж.
Что ж, в целом, пока что этот договор звучит не так уж и плохо. Своя собственная аптека нам точно не помешает. Да и препараты «Генетиро-Хелс» очень даже неплохие. Да, во многом отстают от «Ямамото-Фарм», но не существенно.
  
— Если учесть всё, что вы описали, у меня складывается впечатление, что я бы и сам заключил такой договор, если бы не был в России, — произнёс я. — Но почему-то мне кажется, что вы что-то мне не договариваете, Рэйсэй-сан. Где подвох?
— А подвох, к сожалению, есть, — зажмурился хирург. — Их препараты будут стоить почти в два раза дороже, чем те, что привозит нам нынешний поставщик.
— Наценка? Почти в сто процентов⁈ — воскликнул я. — Проклятье… Да у нас ведь пациенты разбегутся. Не каждый может позволить себе лекарства за такую цену. А некоторым больным приходится назначать по пять-семь препаратов за раз.
— Посмотрите на это с другой стороны, Кацураги-сан, — вмешалась в разговор Рэйсэй Масами. — Если препараты будут дороже, то мы будет получать хороший процент от корпорации.
— Какое-то время — да, — кивнул я. — Но потом всё загнётся.
— Почему? — не поняла бухгалтер.
— Как только пациенты поймут, что их в нашей клинике, прямо говоря, нагревают, они перестанут к нам обращаться. Количество посещений упадёт, доходы рухнут, и мы не сможем даже обеспечивать собственную клинику.
И я не преувеличивал. Так и случится, поскольку в Японии цена на препараты плюс-минус фиксирована. Даже наценка в пятнадцать процентов может отпугнуть некоторых больных. Но сотня… Это уже перебор.
К примеру, по всему Токио таблетки от давления стоят пятьсот иен, а у нас — тысячу! Причём только у нас. Мы же выставим себя жадными до денег идиотами.
— Договор придётся пересмотреть, — сказал я. — В ближайшее время посещу корпорацию «Генетиро-Хелс» и решу этот вопрос. Если, конечно, ещё не поздно что-то менять.
— Простите нас, Кацураги-сан, — одновременно поклонились Масами и Масаши. — Мы не хотели так вас подставить.
— Если хотите, можете лишить меня премии. Или даже зарплаты, — добавил хирург.
Ну, уж так далеко я не пойду. Я понимал, что иду на риск. Покидал страну, оставив целую клинику на человека, который никогда такой работой не занимался.
— Нет, Рэйсэй-сан, у меня для вас есть наказание пострашнее, — усмехнулся я. — Пусть ваша супруга научит вас внимательно вчитываться в документацию.
Учитывая, как он боится Масами, это будет даже страшнее, чем лишение заработной платы.
Я отпустил всех коллег домой, после чего прошёлся по своей клинике, забрал немного маны из конференц-зала, в котором кроме места силы теперь красовалась ещё и лекарская чаша, а затем собрался ехать домой.
Но меня отвлёк звонок Эитиро Кагами. В столь поздний час? Должно быть, что-то срочное.
— Да, Эитиро-сан, чем могу помочь? — ответил я.
— Кацураги-сан, у нас проблема. Сегодня в стационаре должен дежурить Кондо Кагари, но его прямо из ординаторской унесли в хирургическое отделение. Диагноз пока что не определили, но говорят, там точно — острый живот.
Ничего себе! Какая-то несчастливая у нас ординаторская. Вечно кому-то рядом с ней становится плохо.
— Хотите, чтобы я вышел вместо него? — предположил я.
— Больше никто на звонки не отвечает, — сказал Эитиро. — Да и, на мой взгляд, это будет справедливо, если учесть, как долго вы отсутствовали.
— Всё в порядке, я сейчас приеду, — ответил я, затем включил громкую связь и стал вызывать такси через приложение на телефоне. — Если честно, я и сам не против лишний раз подежурить. Уже соскучился по атмосфере, которая царит в нашем терапевтическом отделении.
К тому же скоро я уволюсь и уже вряд ли вернусь в клинику «Ямамото-Фарм». За оставшееся время нужно извлечь из неё всё!
— Только у меня будет к вам одна просьба, — садясь в такси, добавил я. — Мне нужно завтра уйти пораньше. Хотя бы часа на два-три. Дело в том, что мы с женой хотим посмотреть дома неподалёку от вас. Я уже назначил встречу.
— Так вы переезжаете в район Тиёда? — обрадовался Эитиро Кагами. — Значит, всё-таки послушались моего совета! Хорошо, Кацураги-сан, вы всегда идёте навстречу, так что этот вопрос мы решим.
А если останется время, заодно заскочу в «Генетиро-Хелс» и выясню, какого чёрта они подсунули нам такой договор. В целом, отказываться от сотрудничества я не стану, но проценты в бумагах точно стоит поправить.
Пока я добирался до клиники, в приёмном отделении пыхтела Тачибана Каори. Ей пришлось пару часов поработать сразу на два отделения. И на терапию, и на гастроэнтерологию.
— Наконец-то, Кацураги-сан! — с облегчением выдохнула она. — Я уж думала, что меня тут на части разорвут.
— Продержитесь ещё полчаса, — попросил я. — Мне нужно проверить Кондо-сана. Он сейчас в хирургии. Возможно, я смогу чем-то помочь.
— Кацураги-сан, простите, но ничего не выйдет, — помотала головой она. — К нам только что поступило два пациента. Один в моё отделение и один в ваше. К сожалению, второго я даже проверить не успела. Но там состояние очень уж странное! Советую вам в первую очередь осмотреть именно его.
Сомневаться в словах Тачибаны у меня нет смысла. Она — хороший специалист. Одна из пятёрки лучших терапевтов этой клиники. Так что придётся отложить посещение Кондо Кагари на потом. Думаю, с ним и наши хирурги смогут справиться.
Я поднялся в отделении и сразу прошёл в палату, где лежал Камия Джин. По пути я уже успел прочесть жалобы пациента, которые Тачибана отразила в истории болезни.
Головокружение, слабость, сонливость, кратковременная потеря сознания.
Оказавшись в палате, я обнаружил, что пациент уже закрывает глаза. С трудом борется со сном.
— Камия-сан! — крикнул я и потряс его за плечи, попутно активировав кору его головного мозга. Нельзя, чтобы он потерял сознание до того, как я соберу анамнез. — Вы меня слышите?
— Слышу… — вяло кивнул он. — Пожалуйста, помогите. Мне ещё никогда не было так плохо.
Молодой мужчина. Хронических заболеваний нет. Такое впечатление, что он отравился какими-то веществами или лекарственными препаратами.
— Что вы принимали в течение дня, Камия-сан? Таблетки, алкоголь, наркотические вещества? — принялся спрашивать я.
— Ничего особенного… — произнёс он. — Всего лишь… Пять литров воды.
И тут же потерял сознание.
  
Глава 22
 
Пять литров воды! Пять, чёрт подери! Да о чём же он думал? Это ведь чрезвычайно опасно.
Для людей, которые не понимают, чем это чревато, ситуация может показаться пустяковой. Ведь вода абсолютно безвредна для человеческого организма.
Но, как я всегда и говорил, во всём должна быть мера. Ничего абсолютно безопасного не существует. Любой избыток веществ, даже воды, может привести к очень серьёзным последствиям.
Как говорил мой учитель: «Есть два способа утонуть. Когда ты тонешь в воде, и когда вода тонет в тебе».
Формулировка может показаться странной, несуразной, но звучит она красиво, поэтому я её на всю жизнь и запомнил.
Первым делом я ускорил отток жидкости из головного мозга своего пациента, чтобы предотвратить самое главное осложнение водной интоксикации — отёк головного мозга.
К счастью, Камия Джин сразу же пришёл в себя, но на этом лечение ещё не заканчивалось. Работы предстоит много. Но для начала я должен выяснить, как он вообще умудрился довести себя до такого состояния. Всё-таки выпить пять литров воды не так уж и просто.
  
Вообще смертельной дозой воды для человека является примерно десять литров жидкости за сутки. Но ведь вопрос не только в том, сколько жидкости выпил человек, но ещё и как быстро. Если предположить, что кому-то взбрело в голову выпить сразу два литра за один час, эффект будет точно таким же. Всё зависит от массы и возраста человека, но я уверен практически на сто процентов, что такая скорость «пьющего» точно убьёт.