Моя НЕвеселая ферма 2 (СИ)

Бард, будь он неладен, совершенно беззастенчиво пялился на Изабеллу, которая вышла к нам в легком летнем платьице. Стоило ли говорить моему спутнику, что такой взгляд сам по себе мерзкий, так он еще и позабыл, на кого его бросил?
Наверное…
— Слюни подбери, — я довольно грубо захлопнул отвисшую челюсть Люциана.
Стало еще хуже — теперь он начал блаженно улыбаться.
— С твоим другом все в порядке? — осторожно осведомилась Изабелла. — У него, кажется, что-то с лицом.
  
— Он таким родился. — Я пожал плечами и, отвернувшись, побрел прочь.
— А его ты с собой забрать не хочешь? — крикнула мне в след леди-инквизитор, показывая пальцем на нерадивого певца.
Обернувшись, я окинул Люциана скептическим взглядом.
— Нет.
— Возможно, очаровательной леди нужна помощь в… распаковке посылки? — промурлыкал Люциан, теперь напоминающий огромного пестрого кота, увидевшего открытую банку сметаны.
— Хм, — Белла задумалась. — Возможно. Железную деву не так-то просто собрать в одиночку.
— Железную деву? — улыбка Люциана стала и вовсе пошлой. — Это какая-то игрушка для утех?.. — он поднял ногу, чтобы переступить порог.
Инквизитор нахмурилась:
— Только если вам нравится пытать еретиков.
Бард так и застыл с поднятой ногой.
— А как?..
— Как она работает? — угадала вопрос Изабелла. — Очень просто. Железная дева — это такой саркофаг с шипами вовнутрь. Туда помещается еретик, и когда дверцы закрываются, шипы вонзаются в его плоть, дарую блаженство искупления болью.
Лицо Люциана стало бледным настолько, словно Изабелла посадила внутрь этой девы его самого.
— Знаете, я тут вспомнил… у меня дела, — пискнул впечатлительный бард и, как краб, боком начал отходить от домика инквизитора. — О-о-очень важные. — Едва оказавшись за забором, Люциан припустил по улице со страшной скоростью — только пыль позади поднялась.
— Чудесное здесь местечко, — проворковала Изабелла, провожая сбежавшего мужчину задумчивым взглядом. — И люди интересные.
— Наслаждайся, — кисло улыбнулся я, уходя прочь. Спрашивать, на кой черт Изабелле понадобились орудия пыток, мне не хотелось. Она же инквизитор в конце то концов. Куда они без своих игрушек?
— Злой, — окликнула меня девушка. — Ты не видел Тисанси?
— Сегодня нет. А что?
— Мы вчера хотели посидеть вечером, но она так и не пришла. — Красивое лицо Изабеллы приняло хмурое выражение. — Дом закрыт…
— Поищи в храме, — посоветовал я. — Если она не дома, то точно там.
На этом наш разговор закончился. Леди инквизитор хмуро кивнула и скрылась за дверью, а мы с Гаврюшей направились к следующему адресату. Им оказалась Адалинда. Ее искать долго не пришлось, так как ведьма загорала на крыше своего дома, лениво потягивая вино из вычурного бокала.
— Снова пьешь? — я покачал головой.
— Кто бы говорил, — вяло огрызнулась ведьма, поправляя весьма откровенный купальник и надвигая на глаза широкополую шляпу.
— Я не пью уже тридцать дней.
— Правда? — девушка даже села, чтобы посмотреть на меня сверху вниз. — А кто два дня назад сидел со мной в таверне?
— Ну так не подряд, — я подхватил небольшой короб и понес к крыльцу. В отличие от большинства максимально обходительных жителей деревни, общение с ведьмой доставляло мне подлинное удовольствие. — Знаешь, всегда мечтал уехать за город и продолжить дело отца…
— Земледелие? — попробовала угадать Адалинда.
— Нет, — я покачал головой и поставил посылку на одну из ступенек. Внутри что-то весело булькнуло. — Алкоголизм.
Девушка мелодично рассмеялась.
— Кстати об этом! — оживилась она и пододвинулась к краю крыши, свесив с нее стройные ножки. — Открывай коробку и давай сюда мой заказ.
— А волшебное слово? — я покосился на нагловатую мадам.
— Милый, — чарующе улыбнулась она, понизив голос и придав ему томные нотки, — ты действительно хочешь услышать волшебное слово от ведьмы?
— Смотря какое, — понимая, что девушка шутит, я все же вскрыл короб ножом, который подарил мне Бранн, и достал оттуда две бутылки. — Вино. Ожидаемо.
— Красное вино подходит к мясу, — назидательно произнесла Адалинда. — А мы, люди, из него состоим. Кто я такая, чтобы противиться природе?
Повинуясь воле ведьмы, бутылки вылетели из моих рук и оказались на крыше.
— Полезный фокус, — оценил я.
— Бесполезных не знаю, — не без гордости заявила Адалинда и кивком головы указала на место рядом с собой. — Присоединишься?
— Предложение весьма заманчивое, — я окинул взглядом сначала длинные ноги девушки, после чего ее запасы вина и закуски, — но вынужден отказаться. Работа, знаешь ли.
— И когда это ты стал таким обязательным? — в голосе ведьмы проступило неподдельное удивление. Такое случалось с ней редко. В подавляющем большинстве случаев Адалинда предпочитала играть на публику, что в отличие от Люциана у нее получалось весьма талантливо.
— Когда у меня кончились деньги, — в доказательство своих слов я предъявил тощий кошель. В нем еще что-то звякало, и это навело меня на мысль. — Линда, а у тебя тыквы есть?
— Уже нет, — ведьма посмотрела за мою спину, где Гаврюша, сидя прямо на грядке, радостно чавкал дармовым, по его личному мнению, лакомством.
Удрученно вздохнув, я поинтересовался:
— Сколько с меня?
— Потом сочтемся, — проворковала ведьма, вновь растягиваясь на крыше и подставляя ярким лучам свое женственное тело. — Если закончишь пораньше — ты знаешь, где меня искать.
— Ага, — не прощаясь, я побрел к тележке.
Гаврюша, прикончив все запасы тыкв Адалинды, весело потрусил следом. Он снова что-то весело мурлыкал и всем своем видом излучал радость и умиротворение. Такое с драконом случалось каждый раз, когда он набивал свое брюхо. От избытка чувств сказочное существо даже потерлось о мою руку шершавой мордой.
— Подлиза, — буркнул я, но все же погладил питомца, после чего взял из тележки последнюю коробку и сунул подмышку. — Иди домой, — мой палец указал дракону нужное направление.
Обычно Гаврюша выполняет эту команду с великой радостью. Но в этот раз он вцепился когтистыми лапами в тележку, переставил ее ближе к забору, после чего взлетел выше и приземлился на крыше ведьминого дома.
— У нее больше нет тыкв, — на всякий случай предупредил я.
Но Гаврюша уже растянулся на солнце рядом с Адалиндой и блаженно закрыл глазища.
— Ну здорово, — пробормотал я себе под нос, — все отдыхают, кроме меня.
Конечно, можно было принести посылку старому магу Корвусу и попозже. Но я терпеть не мог оставлять дела незавершенными — раз уж начал, то нужно непременно доделать. К тому же у меня из головы не шли слова Изабеллы о том, что Тисанси куда-то запропастилась.
Ускорив шаг, я пошел к башне местного волшебника. Жил он на отшибе, но путь предстоял не сказать, чтобы далекий. Если бы еще не эта жара…
Даже птицы, коих тут водилось в таком изобилии, что хоть отстреливай, попрятались в лесу. Им, в отличие от меня, удалось спастись от палящих солнц под его прохладной сенью. И это меня порадовало, так как непрерывное чириканье пернатых уже в печенках сидело. Замолкали они лишь ночью, в дождь или в такую, как сегодня, жару.
— Хотя бы тишиной наслажусь, — пробормотал я и, вытерев лоб, добавил, — обливаясь потом.
Путь до башни мага занял не слишком много времени и вознаградил меня желанной прохладой — вопреки законам мироздания, в окружавшем башню саду стоял туман. Удобная все же штука — магия! Гораздо лучше физики, как по мне. Возможно потому, что с последней я знаком достаточно плохо, но это уже совсем другой разговор.
— Злой, рад тебя видеть! — приветствовал меня низкорослый ученик волшебника Парр. Вооруженный лейкой он вместе с гомункулом Драмси поливал пышный кустарник у входа в башню. — Как настроение?
  
— Удивительно сказочное, — честно ответил я. — Хочется послать всех и всё за тридевять земель. Где твой учитель?
— Убыл в Лазурную дымку, — сообщил мне Парр.