"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Не совсем. – Гадрит щелкнул пальцами двум зомби. – Тащите сюда этот стол.
Зомби выполнили приказ. Я подумал о том, что я могу сделать. Тераэт где-то поблизости: если бы его уже нашли и убили, Дарзин бы этим похвастался. Как только Тьенцо или Тераэт поймут, что все пошло не так, как ожидалось, они приведут императора Санда.
К сожалению, я не знал, сколько времени им на это понадобится, и я был уверен, что мне не понравится то, что произойдет сейчас. Вся хитрость состояла в том, чтобы понять – что именно я могу сделать? Мои магические способности сейчас были ограничены, и даже без талисманов я бы вряд ли одолел двух волшебников уровня де Лора. Кроме того, в комнате находилась вся моя семья, и, следовательно, я мог нанести ей огромный урон. Я вдруг обрадовался тому, что Тьенцо и Тераэт не попали в эту ловушку. Мои враги, похоже, не подозревали об их существовании, и эта мысль почти утешала меня.
  
– Вот он, похоже, сильный. – Гадрит указал на моего брата Баврина. – Тащите его.
Ходячие мертвецы стали толкать и тянуть моего брата к столу. Он сопротивлялся, словно тоже решил, что его не ждет ничего хорошего. Девье бросился на защиту своего брата.
Гадрит раздраженно взглянул на Девье и указал на него пальцем. Я узнал этот жест и вскрикнул, но было уже поздно.
Скелет моего брата упал на пол, а рядом грудой свалилась его кожа и мышцы.
После этого в зале начался хаос; люди вопили и рыдали. Эту какофонию прорезал голос Гадрита.
– Тихо! – воскликнул он. – Теперь вы понимаете, какую цену заплатят бунтари. Не шумите. – Некромант с недовольным видом повернулся к Турвишару. – Сделай что-нибудь.
Турвишар кивнул, расправил плечи и наклонил голову, чтобы сосредоточиться. Пленники стихли.
Вдруг я понял, что Турвишар не успокоил их. Он сделал так, чтобы из того места, где они находились, не доносилось ни звука. Тот же фокус он применил много лет назад во время поединка с Джаритом.
Гадрит продолжил свою работу. Я осмотрел всех, кто был рядом со мной. Оружия ни у кого я не заметил: волшебники слишком просто умели обнаруживать металл.
Мое внимание к Гадриту вновь привлек внезапно оборвавшийся вопль. Я увидел, что Гадрит склонился над лежащим над столом Баврином. Одна его рука была сжата, словно лапа зверя, над грудью Баврина. Этот жест я тоже видел – в тот раз, когда впервые шпионил за Гадритом. Над грудью Баврина поплыли тонкие полоски света, которые соединились в шар на ладони Гадрита. Баврин забился, а потом затих и больше уже не шевелился.
Гадрит столкнул тело Баврина со стола и поставил на стол хрупкий не ограненный синий кристалл на куске бархата: камень-цали.
– Нет, – сказал я. – Нет…
– Тащите вон того, – Гадрит указал на мастера Лоргрина.
Я вспомнил, что Тьенцо рассказывала про колдовской дар Гадрита: он умеет извлекать души из тел и добавлять их силу к своей собственной.
– Ты не сможешь убить всех! Думаешь, император не поймет, чем ты занимаешься?
Дарзин подошел ко мне и ударил меня ногой в лицо. Перед глазами у меня все побелело, и меня пронзила боль. Я отвернулся и выплюнул кровь. Когда я снова взглянул на Гадрита, он уже убил Лоргрина и поставил желтый камень рядом с синим.
– Знаешь, а ведь он прав, – беззаботно заметил Гадрит, обращаясь к Турвишару. Тот следил за своим отцом с таким невозмутимым выражением лица, словно слушал лекцию о том, чем лучше засевать поля по весне. – Не из каждого получится хороший цали. – Гадрит подумал, а затем снял чары молчания с Тишар. – Привет, милая Тишар. Тебе понравилась карета? Я сделал ее для твоего брата, специально для тебя.
Ванэ-полукровка казалась потрясенной.
– Теперь она нравится мне меньше, когда я знаю, что к ней прикасались твои грязные руки.
– О, мне так печально это слышать. – Гадрит махнул рукой. – Она следующая.
– Гадрит, не надо! Умоляю тебя! – закричала Тишар, когда живые мертвецы схватили ее под руки.
– Увы, подобные мольбы ничего не значат, – заверил он ее.
– Гадрит, прекрати, – сказал я.
Дарзин ударил меня еще раз.
– Заткнись.
Когда зомби подтащили Тишар к столу, она плюнула в Гадрита. Затем она обвела глазами зал в поисках пути к спасению. Мы встретились взглядами.
– Прошу тебя, – прошептала она, но я не знаю – просила ли она Гадрита или меня.
Мне больно это вспоминать. Я видел, как она умерла. Я видел, как этот ублюдок извлек из тела Тишар ее душу.
Она превратилась в прекрасный синий камень. Ну конечно, а как же иначе.
– Прекрати! – крикнул я, не думая о том, что Дарзин ударит меня или сделает что похуже. Я знал, что он не пытается меня убить – ведь на мне был Кандальный камень. – Что тебе нужно?
Гадрит повернулся ко мне.
– О, я надеялся, что ты об этом спросишь. Но, юноша, не стоит задавать вопросы, если уже знаешь ответ. Ты знаешь, что мне нужно.
Я взглянул на силуэт Кандального камня, закрытого рубашкой.
– Тебе нужен он.
– Мне нужен он, – согласился Гадрит.
– Твою мать! – воскликнул Гален. – Если ему нужна эта штука, так отдай ее ему!
– Твой сын мудр, – похвалил Гадрит Дарзина.
По лицу Дарзина мелькнула еле заметная улыбка.
– Спасибо.
– Он следующий. – Гадрит указал зомби на Галена.
Улыбка на лице Дарзина погасла.
– Что? Мы не договаривались о том, что ты убьешь моего наследника.
В ответ Гадрит лишь приподнял бровь.
– Он – мой сын, – подчеркнул Дарзин. Он подошел к Галену и закрыл его собой. Этот поступок отца, похоже, потряс Галена больше, чем смерть родных.
– Так сделай другого, – предложил Гадрит. – Ты же говорил, что Кирину он дорог.
– Да ладно, валяй, – сказал я. О, как больно мне было произносить эти слова – ведь я знал, что Гадрит, в отличие от меня, не блефует.
Гадрит наклонил голову набок и посмотрел на меня.
– Что?
Я пожал плечами.
– Убей его. Убей их всех, если хочешь. Ты просто уничтожаешь единственные козыри, которые у тебя есть. Меня ты не убьешь. Я знаю, что ты не можешь этого сделать. Ты можешь изуродовать меня, пытать, изнасиловать и так далее – мы оба знаем, что это не навсегда. Если ты прикажешь это одному из своих зомби, то камень не даст мне умереть. Я не отдам тебе Кандальный камень, а переубедить меня ты не сможешь. Сколько ты хочешь играть в эту игру – пока не явится главнокомандующий? Или император? Императору я уже сообщил, так что врасплох ты нас не застанешь.
– Ты про его игрушки? – Гадрит указал на мои связанные руки. – Я не думаю, что ты это сделал.
– Я еще раньше сообщил ему о том, что ты жив, – фыркнул я. – Он уже идет сюда.
Гадрит улыбнулся.
– Это очень мило с твоей стороны. Помощь мне не нужна, но я не настолько горд, чтобы от нее отказываться.
Я прикладывал все силы для того, чтобы сохранить презрительную ухмылку на лице, чтобы не смотреть на Галена, чтобы не дать ни одного намека на то, что он мне дорог.
Гадрит повернулся к Турвишару.
– Он говорит правду? Здесь нет тех, кого он любит, тех, чья смерть его затронет?
Турвишар вздрогнул, словно надеялся, что именно этот вопрос Гадрит не задаст [144]. Он злобно взглянул на своего отца.
– Говори, – приказал Гадрит. – Сейчас же!
Турвишар снова вздрогнул, и этот жест я узнал: он едва не ослушался приказа гаэша, но в конце концов подчинился. Со вздохом он вытянул руку.
– Она.
Турвишар указал на госпожу Мию [145].
– Плевал я на нее, – презрительно ответил я, стараясь сделать так, чтобы мой голос не дрожал. – Зачем мне какая-то рабыня-ванэ? Она ничего для меня не значит.
  
Дарзин вздохнул.
– Парень, на это не куплюсь даже я, – сказал он, потирая подбородок.
– Тащите ее, – распорядился Гадрит.
У меня перехватило дыхание, когда зомби поволокли ее – все еще не пришедшую в сознание – к столу.