"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Нет! – запротестовала Морея. – Такой человек не запретил бы мне прикасаться к себе, чтобы позаботиться о моей безопасности. Я знала злых людей. Я знала людей, которые больше всего на свете любили слушать вопли своих жертв. Они не испытывают чувства вины, их не мучает мысль о том, хорошие ли они люди. Демон не пытался показать тебе твой истинный облик, а хотел навредить тебе – и выбрал отличный способ нанести тебе рану, которая еще долго не заживет.
  
Кирин неловко улыбнулся.
– Я буду молить богов о том, чтобы ты оказалась права.
Морея посмотрела на него поверх чашки с вином.
– Значит, он показал, как ты творишь нечто ужасное с незнакомыми людьми?
Он кивнул.
– Да. Но там была одна девушка… – Он нахмурился и умолк.
– О, прости.
– Это не то, о чем ты думаешь. – Кирин покачал головой. – Скорее всего, она не существует в нашем мире. Она выглядела так странно… Думаю, она не человек.
– Какой она была?
– Волосы у нее были либо черные, либо цвета крови – в зависимости от того, откуда на них смотреть… – ответил Кирин, когда повисло неловкое молчание. – И они шли одной полосой – от лба к шее. В ее глазах сверкал красно-оранжевый огонь. И у нее была странная кожа. Тело обычное, но руки и ноги черные, словно она в чулках и перчатках.
Пока Кирин описывал эту призрачную девушку, с ним произошла странная перемена; он устремил взгляд куда-то вдаль и немного расслабился. Страх, который заставлял его дрожать, немного отступил. Сам Кирин, похоже, этого не заметил.
Морея нахмурилась. Что сделал этот демон с бедным мальчиком?
– Такие волосы бывают у девушек из Джората, – сказала Морея. – Мой прежний хозяин однажды купил рабыню оттуда. Все убеждали его, что этого делать не стоит, что джоратцы – плохие рабы. Представили древних кланов, те, кто ведет свою родословную от джоратского бога-короля, они вообще уже не люди. В них есть что-то дикое; их не переделать, и сломить их невозможно [37].
– И что произошло?
– Она перегрызла горло моему хозяину и покончила с собой. Дочери хозяина гарем был ни к чему, поэтому она нас продала. Так меня разлучили с сестрой.
– Мне так жаль.
– Теперь ты знаешь, что покупать рабов из Джората нельзя. – Морея наклонилась вперед. – А она красивая, эта созданная демоном девушка-джоратка?
Кирин вздрогнул, но затем улыбнулся.
– Не такая красивая, как ты.
– Ты врешь, я вижу.
– Ревнуешь? – Кирин пытался ее поддразнить, но тщетно.
– А мне это запрещено? Она ведь прекрасна, да?
– Ну, может, самую малость, – сказал он и отвел глаза.
– А! Подумать только, ведь всего несколько часов назад именно я была той девушкой, которая заставляла тебя заливаться румянцем.
На его лице появилось виноватое выражение, и Морея укорила себя за то, что подшучивает над ним сейчас, после того, как он пережил такой ужас.
– Это какая-то игра? – спросила она, глядя на обтянутый шелком кирпичик и стаканчик для игральных костей, лежащие на столе.
– Вовсе нет. Это карты судьбы. Их раскладывает Ола. – Кирин взял шелковый мешочек и достал из него колоду карт. Затем он снял одну карту сверху и показал ее Морее. На карте была искусно нарисованная миниатюра: ангел с серебристыми волосами, подбрасывающий монету. Таджа, богиня удачи.
– Не понимаю.
– Ола торгует не только сексом. – Кирин одной рукой ловко перетасовал карты.
– У тебя отлично получается.
– У Олы – гораздо лучше. Это она меня научила. – Кирин помолчал. – Знаешь, на самом деле она не собирается отпускать меня к генералу. Она так же твердо настроена против этого, как и папа. – Он повернул колоду рубашками к себе, раскрыл ее веером и протянул Морее. – Выбери карту, но какая она, не говори.
Морея улыбнулась и взяла карту из колоды.
– Да, она действительно выглядела расстроенной.
– Она в ярости, словно старый Немесан [38]. И я не понимаю, почему. Но я хорошо ее знаю – ведь раньше я был ее учеником. Если ей очень не хотелось, чтобы я что-то делал, она никогда мне этого не запрещала, а просто уменьшала мои шансы на успех. Ты выбрала Бледную Госпожу.
Морея со смехом перевернула карту – на ней была изображена Таэна.
– Как это у тебя получилось?
– Я просто увеличил свои шансы на успех.
Кирин снова перетасовал карты и на этот раз разложил их на столе в виде креста, с четырьмя картами по углам, которые образовали квадрат. Он начал переворачивать карты, хмурясь все сильнее.
Морея с интересом изучала карты судьбы, но что они означают, она не знала.
– Все настолько хорошо? – спросила она наконец.
Кирин невозмутимо оглядел карты.
– Знаешь, это, вероятно, худший расклад из тех, что я видел. Но сегодня такой день, что это вряд ли должно меня удивлять.
– Да, но что говорят карты?
– О, все как обычно – смерть, утрата, боль, страдание, рабство и отчаяние. – Кирин принялся собирать карты. – Даже в конце нет никакой награды, только это. – Он взял карту, лежавшую в центре: черный прямоугольник. – Холодная пустота ада. Очень мило. – Он фыркнул и убрал карты в мешочек. – Теперь я вспомнил, почему я их ненавижу. – Он налил еще вина в чашку, встал и убрал кувшин в шкафчик.
Морея еще немного посмотрела на карты.
– Как, по-твоему, Ола изменит твои шансы?
Кирин посмотрел на свою чашку с вином.
– Если я не ошибся, то скоро мы это узнаем. Идем. Ванна Олы – вон за той занавеской. Давай разберемся с этим делом.
  
13: Решительный волшебник
 
(Рассказ Кирина)
 
Я запрыгнул на поручни и ухватился за снасти, чтобы не выпасть за борт.
– Это киты? Я ни разу их не видел.
– А, эти? – Тераэт со скучающим видом бросил взгляд за борт. – Просто несколько десятков шестидесятифутовых синих слонов без рук и ног решили поплавать. Не обращай на них внимания.
– Никогда не видел их в таком количестве.
– Ты, судя по всему, ни одного не видел, так что твои слова немного значат.
Я посмотрел на океан, понаблюдал за тем, как длинные изящные существа выпрыгивают из воды, чтобы потом рухнуть обратно. Через несколько минут улыбаться я перестал.
– Они всегда такие прыгучие?
– Это называется «выскакивать из воды».
– А кровь? Это тоже нормально?
– Что? – Тераэт обернулся. Я показал на точку за кормой корабля, где прыгающие киты заставляли воду вскипать. По синей воде тропического моря расплывалась темно-красная полоса. Киты были в панике; они изо всех сил пытались обогнать «Страдание».
Они пытались спастись.
Ванэ встал на колени и прижал ладони к доскам палубы. Он наклонил голову набок и закрыл глаза.
– Что ты делаешь?
– Слушаю. – Тераэт открыл глаза. – Проклятье. Приведи сюда мою мать. Киты кричат.
– Кричат? Но что могло… – У меня пропал голос. Чье-то щупальце обернулось вокруг одного из китов и потащило его под воду. На поверхности забурлило новое алое пятно.
Я решил выполнять приказ Тераэта. Да, сейчас у него не было моего гаэша, но на этот раз я был готов сделать исключение. Его мать была знакома с самой богиней смерти, и в подобных обстоятельствах это могло нам очень пригодиться. Но не успел я что-то сделать, как появилась вторая проблема.
– Сюда идет Тьенцо. – Я замер, оказавшись между приближающейся ведьмой и чудовищем в океанских глубинах.
– Плевать. Я не знаю, что ей там нужно, но она подождет… – Тераэт поднял взгляд и умолк.
Тьенцо, корабельная ведьма, шла на корму в сопровождении капитана Джувала. Завидев их, матросы бросались в разные стороны. И не присутствие капитана заставляло их бежать без оглядки, словно от покойника, умершего от заразной болезни.
  
На некоторых женщин стоит смотреть ради их красоты. Но к Тьенцо привлекали внимание не восхищение или похоть – а ужас, вызванный жестокостью богов. Это была темнокожая, худая женщина, похожая на пугало, одетая в бесформенную, покрытую пятнами накидку из многих слоев тряпок. Ее глаза смотрели сурово и надменно, она держалась горделиво, словно аристократка, готовая казнить любого, кто ей не угодил. Ее свалявшиеся немытые волосы цвета грязного песка и выгоревшего на солнце топляка походили на птичье гнездо; ее нос и подбородок были такими длинными и острыми, что их можно было точить на точильном камне. Ее губы казались краями раны, которую кто-то нанес ей бритвой.