Бессердечный (СИ)

— С твоими часиками это не сравнить, — передразнила она его, повертев на запястье дорогой подарок.
— Мне всё равно, сколько стоил бы твой подарок. Я знал, что ты подойдёшь к нему со всей своей фантазией.
Когда заиграла следующая композиция, он встал перед Дэни и протянул руку. Видимо, угадал верный момент, пока она собиралась с мыслями: его голос, который ей так нравился, и эти глаза… Он снова отвлекал её, Дэни боялась, что её самоуверенность вот-вот испарится. Главное, она чувствовала, что так было бы лучше. Не от этого ли стало страшно? Вопрос о том, а что же дальше, всегда вводит людей в ступор.
— Потанцуй со мной.
Дэни посмотрела ему в глаза и отступила.
— Нет, Рич, я не могу… Я не умею. Ещё и на каблуках… Я опозорюсь.
— Перед кем? — парень усмехнулся. — Передо мной? Мисс Мартин, вы празднуете Рождество с самым непривлекательным рок-музыкантом Бристоля. А, возможно, и всей Англии вообще. Поверь мне, тут не перед кем позориться.
Затем снова потянулся к ней. Его пальцы настойчиво обхватили запястья её рук, Ричард притянул девушку к себе, пока пел прекрасный женский голос из динамиков.
Он медленно провёл ладонью по линии её плеча, не прекращая при этом пожирать Дэни взглядом. И вот, его руки уже на её талии, а сквозь ткань платья она ощущает тепло его кожи…
— Это «Теннесси Вальс»[2]? П-правильно? — спросила она и тут же поняла, насколько трудно стало вымолвить даже одно слово.
— Правильно. Как же ты собирала записи, если не помнишь их?
Дэни уже было всё равно, её познания в музыкальной индустрии двадцатого века не были настолько широки. Когда Ричард так смотрит, сосредоточиться очень трудно.
Раньше прикосновения мужчин пугали её, и, стоило ей только подумать о такой близости, как она вспоминала отчима и всё то, что он сотворил с Кендрой. Раньше Дэни и подумать не могла, что будет таять от одного лишь звука голоса, будто влюблённая дурочка. Она никогда не влюблялась. Она считала себя ущербной, а потом просто наплевала на это.
Сейчас он был ближе всех, никто и никогда так не волновал её, не заставлял сходить с ума. Сейчас Дэни хотела сойти с ума с этим мужчиной.
Музыка немного замедляется, движения Ричарда становятся совсем плавными; его руки осторожно гладят Дэни по спине. А когда его пальцы едва нажимают на чувствительную точку внизу поясницы, Дэни хочется застонать… Вместо этого, она принимается к нему грудью, не в силах стойко держаться на ногах, и обнимает Ричарда за шею.
— Как твои дела? — спросил он хриплым голосом и почти улыбнулся.
— Необъяснимо.
Стало трудно дышать, поэтому Дэни просто закрыла глаза и прижалась щекой к твёрдой груди Филча. Как оказалось, он не был совершенно расслаблен. В голову девушки закрались сомнения о том, как долго он сам планирует держать дистанцию.
— Я знаю, что не должен всего этого делать. Но повернуть назад уже не могу. — В его голосе чувствовалось явное волнение. — Помнишь, как я сказал, что ты мне нравишься?
Дэни сумела поднять на него глаза; её пальцы сильнее сжали рубашку на его широкой спине. Девушка приоткрыла губы и едва выдохнула: «да».
— У меня чувства к тебе.
Под его пристальным, изучающим взглядом Дэни поняла, что сдалась. Сдалась и поборола страх, возможно, ещё тогда, за кулисами, под омелой. А его слова сломали защитную стену, которую она столько лет упорно воздвигала вокруг себя.
Она взяла его лицо в свои ладони, осторожно, неуверенно, будто боялась причинить боль или задеть чувствительную кожу с ожогами. Под угасающий вальс она притянула Ричарда к себе и поцеловала его в уголок губ. Горячая кожа обожгла её, ощущения мимолётной эйфории проникли внутрь и сжали сердце, которое не билось уже несколько мгновений.
А потом его широкие ладони легли ей на ягодицы, пальцы крепко сжали её, и Дэни почувствовала, как кровь запульсировала в висках. Ричард раскрыл губы ей навстречу, углубил поцелуй и медленно просунул язык ей в рот. Дэни ответила с отчаянным стоном, вцепившись ему в плечи; животом она почувствовала то, что подсознательно желала почувствовать. Она тут же вспомнила каждый раз, когда видела его обнажённым, каждую водную процедуру, и даже когда подглядывала за Ричардом в доме его матери.
 
Он поцеловал её снова, затем вдруг отстранился, обнимая Дэни за талию, и хрипло произнёс:
— Кристина, наконец, подарила Эрику долгожданный поцелуй. Теперь он может умереть спокойно.
Дэни не сразу сообразила, о чём он там говорил; её сердце билось в бешеном ритме, мысли путались, а сама она дрожала в его руках.
— Ты любим таким, какой ты есть.
Это была одна из тех немногих цитат, которые Дэни запомнила из известного романа. Судя по тому, как Ричард улыбнулся, он эти слова знал тоже.
Какую власть она дала ему, сказав это? Что заставила подумать? И опять она упёрлась в ту же стену: что будет дальше?
Комментарий к Глава 14
*Bring Me The Horizon - Deathbeds
[1] Smoke Gets in Your Eyes - 1933-35-е года.
[2] Tennessee Waltz - 1950-e года.
========== Глава 15 ==========
Имей стыд лицо, пожалуй,
оно было бы похоже на моё.*
***
Она выплюнула жвачку с приторно-сладким вкусом мандарина в мусорное ведро, выпрямилась и снова взглянула на себя в зеркало. Такого волнения Дэни припомнить не могла, и теперь просто понятия не имела, как его перебороть. Однако, она прекрасно знала, чего хотела. И она действительно хотела этого. Настроена была решительно, отступать не желала, хоть и не без страха перед чем-то неизвестным.
Ещё несколько минут в ванной, и Дэни вышла в тёмный коридор. Прошла мимо гостиной, где тоже было темно: свечи на праздничном столе не горели, огоньки на ёлке были выключены.
Пару часов назад они с Ричардом здесь танцевали, смеялись… Не стоит забывать и про поцелуй. Потом наступила рождественская ночь, и всё стихло: в комнатах, за окнами, везде и всё…
Дэни бросила последний взгляд на полоску света от фонаря с улицы, затем медленно поднялась наверх, держась за перила. Она уже не могла дождаться, чтобы сбросить эти туфли, в которых она ощущала себя на полметра выше. В спальне Филча раздался шорох; постояв минуту перед закрытой дверью и постучав, Дэни вошла в комнату.
Ричард был здесь: раздетый по пояс он сидел, сгорбившись, на своей широкой постели, где подушки и одеяло были смяты. Единственным источником света был тусклый ночник у изголовья кровати.
— Рич? Почему ты сидишь тут, в темноте?
Дэни хотела подойти ближе, но низкий голос заставил её остановиться.
— Нет! Не надо.
— Почему?
— Я не хочу, чтобы ты меня видела таким.
Девушка хмыкнула и, присев рядом, настойчиво придвинулась к нему.
— Не говори ерунду, Ричи-Рич. Я видела тебя всяким. Твоё стеснение просто неуместно.
Парень что-то неразборчиво промычал и отвернулся так, чтобы Дэни не могла посмотреть ему в глаза. Когда она попыталась дотронуться до его подбородка, Ричард нервно дёрнулся.
— Я сказал, нет!
— Да что с тобой? — она не понимала, почему он был так груб. — Тебе плохо? Я могу помочь? Пожалуйста, не прогоняй меня.
— Заставить тебя уйти?! Нет, нет, нет…
Он резко поднялся, обернулся к девушке и строго посмотрел на неё, сидящую перед ним на краю постели, с высоты своего роста. Его губы были сжаты в тонкую линию, в глазах появился лихорадочный блеск.
 
— Дэни, я скажу это лишь раз, и не более. А потом ты сама решишь, уйти или остаться. В любом случае, я не стану тебя удерживать. Ты сводишь меня с ума… Во всех смыслах, понимаешь? С самого первого дня нашего знакомства… Но теперь это сумасшествие приобрело иную опору. Пойми я это сразу, возможно, сейчас было бы не так сложно.