Das ist Grey (всё началось с иго-го) (СИ)

Принцесса замерла на миг, нахмурившись.
— Странное выражение, — задумалась Патина. А потом вдруг рассмеялась, её смех был тёплым и искренним. — Ах, понимаю! Надо будет рассказать Циню, он бывал в линейном бою, он точно поймёт этот шарж правильно.
Её смех перешёл в лёгкое хихиканье, и она покачала головой.
— Ты мне всё больше нравишься, Грей. Уверена, с тобой никогда не бывает скучно, — мы снова двинулись вдоль берега, и её взгляд вновь стал задумчивым: — Но вернёмся к вулканам.
  
— И что с ними?
— Удивительное совпадение… Я как раз собиралась проверить одну информацию о вулканах, — произнесла она. — Я бы хотела пригласить тебя присоединиться к моей экспедиции. Ты ведь не из тех, кто отказывается от приключений?
Я остановился, задумавшись. Приглашение было… странным оно было, чего уж тут. То всплывает моя биография. Такая себе биография, будем честны. Затем меня откровенно проверяют на нехорошее. Следом хвалят и предлагают место в свите. Не уверен как с этим здесь, но во времена человеческого средневековья это была честь и честь не малая, особенно если монарх абсолютный. А ещё это выгодно, около монарха тусить. Но понимал я и то, что за всем этим, наверняка, скрывается нечто большее и менее приятное.
— Присоединиться к экспедиции? — переспросил я. — Благодарю за предложение, ваше высочество, но я домосед и, как вы заметили в начале этой беседы, известен среди пони как трус и бабник. Так что я предпочитаю тихую размеренную жизнь в глубинке, подальше от суеты и всяких потрясений. Здесь у меня есть всё, что нужно: уютная изба, хорошая компания и спокойные вечера у печи.
— Домосед… — задумчиво повторила Патина, чуть прищурив глаза. — Ты, в самом деле, отличаешься от многих молодых жеребцов. Обычно они жаждут приключений, стремятся увидеть мир и бросить вызов судьбе.
— Ну, в молодости я немного побродил, — усмехнулся, опустив взгляд на замёрзшую поверхность реки. — И пришёл к выводу, что спокойная жизнь куда приятнее.
Патина остановилась, и её улыбка стала грустной. Она отвернулась, сделав шаг в сторону реки, а затем тихо проговорила:
— Никаких экспедиций уже не требуется, Грей. Она уже была. Та самая, в которой погиб Клевер Копытин.
Морозный воздух стал вдруг особенно холодным. Я молчал, слушая её, а она продолжала, не глядя на меня:
— Отсидеться в глуши, увы, не получится. Нас ждут большие потрясения. Что-то грядёт, и избежать этого не сможет никто.
Я внимательно посмотрел на неё. В её глазах мелькнула не то тревога, не то печаль.
— И что именно нас ждёт? — спросил я, стараясь не выдавать охватившего меня беспокойства. При всём моём пофигизме, преодолевать опасности и лишения не тянуло от слова совсем, тем более, с доставкой этой гадости прямо на дом.
Патина вновь задумалась, словно выбирая слова.
— Я не знаю точно, — наконец призналась она. — Но всё указывает на то, что это будет нечто огромное, опасное и, возможно, разрушительное. Мы видели первые признаки… Горы пробуждаются.
— Вулканы, — проговорил я тихо. — Значит, всё-таки они.
— Да, — кивнула она. — Они могут уничтожить целые поселения. Ты знаешь, что это такое, и понимаешь, что шутить с этим нельзя.
— И насколько большой был этот вулкан, что он так волнует вас, ваше высочество? — спросил я, нахмурившись. — Насколько я знаю, в нашем королевстве вулканов нет.
Патина остановилась, её взгляд стал тяжёлым. В воздухе повисла короткая пауза, прежде чем она ответила:
— Да, ты прав. Этот вулкан находится далеко за пределами нашего королевства. На одном из крупных островов в южных морях. Мы даже не считали его опасным. Долгое время он спал. Но несколько месяцев назад он пробудился. Сначала были толчки, потом клубы дыма… а затем — извержение.
Я слушал внимательно, ощущая, как её голос становится всё тише, а слова — всё мрачнее. Накал саспенса меня не впечатлил, я просто ждал подробностей.
— Лава стекала по склонам, пепел накрыл острова и поднялся в небо на высоту, которой не достигают птицы. Но самое страшное произошло потом. Он… взорвался.
— Взорвался? — переспросил я, припоминая историю с вулканом Святой Елены. Там тоже бахнуло на все деньги, но погибло не более ста человек, хотя до крупных городов там не так уж и далеко. Куда ближе, чем у нас тут.
— Да, — Патина кивнула. — Взрыв был таким мощным, что несколько близлежащих островов просто исчезли. Их смыло в море вместе со всеми, кто там жил. Вода кипела от жара, а пепел падал с неба днями напролёт. Даже здесь, в нашем королевстве, небо затянуло серыми облаками на несколько недель, просто никто не понял, что это такое было на самом деле. Непогода совпала с этим событием.
Я молчал, переваривая услышанное. Взрыв вулкана это не редкость, но чтобы смыло остров, да не один… Это звучало скорее как конец света. Но принцесса ещё не закончила, и я не стал делать выводы недослушав.
— Сила взрыва разошлась по морю на десятки дневных переходов. Она разнесла всё на своём пути. Именно она уничтожила корабль Клевера. Никто не выжил. Ни сам Копытин, ни его команда.
— Ударная волна такой силы? — тихо спросил я, ошеломлённый. — Это же больше похоже на… Так, стоп, бред. Если всех убило, то откуда это стало известно?
— Это была не просто волна, — перебила принцесса. — Это был идущий сплошной стеной кошмар. Судя по рассказам уцелевших рыбаков, которых спас остров между ними и источником взрыва, корабль буквально вдавило в океан. Он просто разлетелся на куски. А следом пришли ещё волны. Многие порты того региона пострадали, несколько прибрежных деревень были смыты в море. Повезло, что несколько членов экспедиции были на том злосчастном острове и смогли прислать подробный отчёт… до того как стали героями.
Патина вздохнула, и в её глазах мелькнуло что-то, похожее на сожаление.
— Это не просто катастрофа, Грей. Это предупреждение. Природа может быть жестокой, и её сила куда больше, чем мы привыкли думать… И это очень похоже на слова Ынь По. Он описывал нечто подобное и то, к чему это может привести.
— И что теперь? — спросил я, размышляя над услышанным. — И к чему это может привести с точки зрения уважаемого Ынь По?
— Он говорил, что… — начала Игнис, но меня как молнией ударило.
— А-а-а… Вспомнил! Тамбора, будь он проклят.
— Тамбора? — нахмурилась моя собеседница.
— Ваше высочество, тучи, про которые вы говорили, это, в самом деле, тучи вулканического пепла?
— Безусловно. Мы установили это точно, — кивнула кобыла. — Ты что-то знаешь об этом? И кто такой Тамбора?
— Это тоже вулкан, который однажды взорвался.
— Что было потом?
— То был год без лета. Точнее целых три года. Постоянные дожди и никакого урожая.
Патина грустно улыбнулась.
— У нас запасено зерно на два года, но это у нас, не у соседей. Видимо спокойной жизни больше не будет.
— Спокойной жизни не будет? — переспросил я, усмехнувшись. — Ах, ну да… война. Пони — это ведь то, из чего делают колбасу, а наши вторые соседи плотоядный вид, если я правильно помню.
Патина резко повернулась ко мне, её глаза вспыхнули гневом и… тревогой.
— Не смей так говорить! — голос её прозвучал почти как удар хлыста. — Это вовсе не шутка. Да, у нас есть соседи, для которых мясо — основа рациона, но никто не будет крутить колбасу из пони. Мы не беззащитные жертвы! Больше нет.
— Спокойно, ваше высочество, — ответил я, сохраняя свой тон неизменным. — Это всего лишь циничное наблюдение. Вы думаете, я не понимаю? Проблема не в том, что кто-то придёт и начнёт делать из нас колбасу. Проблема в том, что когда начнётся большая заварушка, то каждый сделает свой выбор. Кто-то станет героем. А кто-то, увидев приближающуюся беду, сдаст своих же, чтобы сохранить собственную шкуру.
  
Патина долго молчала, её взгляд потемнел, но гнев ушёл. Осталась только усталость.
— Ты говоришь страшные вещи… но, к сожалению, не ошибаешься, — наконец признала она. — В такие времена истинная природа пони… да и любого разумного существа проявляется. Одни встают на защиту своих друзей, другие прячутся. А третьи предают. Я видела это. Каждый е****й раз, когда беда стучала в двери.