Das ist Grey (всё началось с иго-го) (СИ)

— По поводу вашей речи в аудитории, — сказал он, понижая голос. — Правда ли то, что вы сказали? Я о возможности передавать голос по проводам?
Я вздохнул, сделав вид, что перебираю в голове воспоминания.
— Ну… однажды я действительно громко разговаривал, когда налаживал макет телеграфа. Забавно получилось: ключ телеграфа был не полностью замкнут, и я заметил, что лампа начала мигать. И, что самое странное, мигала она точно в ритме моей речи. — Я посмотрел на инквизитора как можно более невинно. — Может, совпадение, а может, нет, но до этого у меня получилось заставить электричество, скажем так, звучать. Было логично предположить, что можно сложить два этих эффекта, доработать напильником и вот вам новое изобретение.
  
Инквизитор молча кивнул, будто записывал что-то в своей голове.
— То есть это не доказано, но… теоретически возможно? — уточнил он, слегка подавшись вперёд.
— Теоретически возможно многое. С правильным подходом и изрядной долей удачи, — фыркнул я в ответ. — Понятно, что столь выдающихся результатов по дальности, каковые заявлены для телеграфа, нам не видать, но за километр, при идеальных материалах, говорить можно смело.
— Понятно… — конь задумался на мгновение, но взгляд его по-прежнему был цепким. — Спасибо, Грей. Если позволите, я задам вам ещё несколько вопросов позже.
— Всегда рад, — усмехнулся я. — Но, пожалуйста, без сидра.
Инквизитор хохотнул, кивнул и, оглядев коридор, направился в противоположную сторону, исчезнув за углом.
— Интересно, — подумал я, глядя ему вслед. — Что они затевают на этот раз?
Сделав пару шагов мне пришли следующие мысли:
— Они додумались до телефона? До прослушивающего устройства? Или им просто нужна динамка в отдел, чтобы цеплять провода к неразговорчивым собеседникам, — пронеслось у меня в голове. — В последнем случае, название «Греев столб» обретёт ещё более специфичное значение.
От этой мысли стало слегка не по себе. Но я тут же махнул на всё копытом. Размышлять о работе инквизиторов — занятие зряшное, да и пользы от этого ровно столько же, сколько от попытки поймать тень.
— Ладно, пускай занимаются своими делами. А я займусь своими.
Зайдя по дороге в цветочный магазин, прихватил небольшой букет. Милый, разноцветный, с ароматом полевых трав и цветов. Идти с ним по улице было даже как-то весело. Я задумался о том, что и здесь, в этом мире, букеты имели своё место.
Здесь они были не просто символом внимания или украшением. У каждого цветка был свой вкус, своя текстура, своё… предназначение. Местные умели не только любоваться букетами, но и находили им куда более… практическое применение.
Возможно, я должен был догадаться об этом раньше. Но мысль ускользала до тех пор, пока я не увидел, как один пони хрумкал бутон прямо у прилавка, обсуждая что-то с продавцом по поводу доставки букетов на дом.
Дойдя до дома, я открыл дверь и шагнул внутрь. Фрейя, занятая чем-то за столом, повернула голову и радостно встрепенулась при виде меня.
— Ого, для меня? — она бросилась ко мне, обдав запахом чего-то ароматного. — Как мило!
Я протянул ей букет, довольный её реакцией.
— Для тебя.
— Спасибо, Грей! — Кобылка взяла букет в копыта, слегка понюхала его и… без лишних слов откусила один из бутонов.
Меня чуть не передёрнуло от неожиданности, но я был морально готов к чему-то такому и держал марку.
— Вкусно? — выдавил я из себя, глядя, как она спокойно пережёвывает стебель с наростами похожими на шипы.
— Угу! — счастливо кивнула Фрейя. — Отличный выбор! Сочные лепестки, чуть сладковатые… Ты, наверное, был в «Старом Шалфее»? У них всегда самые свежие цветы и травы, даже зимой.
Я моргнул, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.
— Ну… рад, что угадал.
Фрейя жизнерадостно доела бутон и прижалась ко мне боком, довольно жмурясь.
— Ты самый лучший.
— Ну что ж, — подумал я, смотря на остатки букета и поглаживая откровенно урчащую Фрейю. — Пожалуй, буду чаще покупать такой… перекус.
— Грей… — алея мордочкой, прошептала кобылка, игриво укусив меня за ухо.
— Милая, мне кажется, что в нашей с тобою жизни, стало слишком много треволнений и мало любви. Надо бы выровнять баланс.
— Не умничай, — кобылка укусила меня за второе ухо. — Или пристраивайся уже или сам ложись.
  
Глава 15 (мероприятие для лекарей)
 
=*= 
Проснулся я довольно поздно, хотя сказать, что это меня удивило, было бы преувеличением. Всё же мы с подругой несколько переборщили с вечерней «физкультурой». Так-то привыкли уже к нашему матрасику, а тут, блин, опять сшивка из соломы. Хорошо ещё, что у пони кожа толще людской, плюс шерстка, благодаря этому обошлось без синяков и кровоподтеков. Но сустав на задней левой ноге я, кажется, всё же потянул.
Вспомнив про ногу, в голове, как назло, опять всплыл тот наш разговор с черной кобылой, хотя, казалось бы, где утро после бурной ночи и где эта высокопоставленная обломщица? Жил себе и знать не знал, что в мире делается, а теперь вот сиди и переживай.
Мои раздраженные мысли закружились в голове рассерженными шмелями, не позволяя предаваться неге и конструктивному безделью.
Лежать бы вот так, вслушиваясь в потрескивание дров, и делать вид, что ничего важного не происходит… но мысли о будущем не отпускали. Неопределенность, опять-таки. Ну, пригнали нас сюда, и дальше что? Уж очень неприятно жить у кого-то на птичьих правах.
Пойти попросится лаборантом при университете? Думаю, какую-никакую, а зарплату на прокорм положат, с учетом выплат за почётность вполне себе можно жить. Правда, и тут были свои риски. Вот перемкнет у Игнис в один не самый лучший день и решит она, что мне стоит проявить больше «гражданской сознательности». Эта была вполне себе способна напомнить о своём праве, отправить меня туда, где доспехи звенят, а на голову сыплются стрелы и чужие, и не только чужие, потроха.
Перспектива попасть на фронт, конечно, была захватывающей… Если бы я был кем-то вроде героического рыцаря из местных сказок и легенд, а не, скажем так, прагматичным пони, который предпочитает видеть все свои четыре свежеприобретённые копыта и тушку целыми и невредимыми.
Поднявшись, я лениво подошёл к окну. Улицы дворцового комплекса были ещё пустынны, разве что пара жеребят уже носилась неподалёку, размахивая самодельными копьями. И ведь кому-то обязательно придёт в голову назвать их невинными созданиями. Наивные глупцы. Копья у них, может, и игрушечные, но вот постановка удара вполне себе профессиональная, я уж тут успел насмотреться. Не только в нашем поселке детей в игровой форме готовили к тяготам взрослой жизни. Просто тут вместо мячика из волчьей шкуры играли в героев копья из одноименной сказки.
— Дорогой, ты не хочешь выйти на улицу? — послышался голос Фрейи из-за моей спины. — Солнышко светит, снег хрустит, а в термах сегодня почти никого.
— Искушаешь меня простыми житейскими радостями? — усмехнулся я, но предложение, признаться, звучало привлекательно. Всё одно надо привести шерстку к уставному виду, а то порядком извалялся и обмялся за ночь.
И всё-таки оставался главный вопрос: что делать дальше? Я глянул на Фрейю. Её улыбка была тёплой и обнадёживающей. Но в её глазах таилась тень беспокойства, как будто она тоже понимала, что скоро спокойная жизнь закончится… А может я опять надумываю и её просто шелуха от соломы беспокоит. Здешние целители, на удивление, большие ценители мыла. С нравами средневековой Земли и не сравнить.
— Знаешь, — сказал я, задумчиво потирая подбородок, — а может, и правда, не будем сегодня о серьёзном. Пойдём в термы. Кто знает, может, это будет один из последних мирных дней.
  
Фрейя удивлённо подняла бровь, но ничего не сказала. Лишь кивнула и пошла собирать сумку.
В конце концов, что ещё остаётся, кроме как наслаждаться моментами, пока они ещё есть? А всё из-за кого? Так из-за этой черной кобылы, что напугала своими рассказами. Ей то хорошо у ней в копытах власть и, какая-никакая, но определенность, а я уже прям копыта грызть начинаю от недостатка контроля над собственной жизнью.