Пациентка по межзвездной переписке (СИ)

— Это рубашка! — Илиши принялась нам демонстрировать собственноручно сделанный наряд. — Как думаешь, Лиля, я смогу научиться, как ты? Пальцы на руках у меня, смотри, как хорошо работают.
Она несколько раз сжала и разжала ладонь в кулак.
— Первая моя одежка выглядела примерно так же, — я важно закивала, не смея расстраивать эту светлую девочку в теле взрослой женщины. — Думаю, совсем скоро твои куклы станут настоящими модницами. Познакомишь меня с ними?
  
Илиши расцвела и захлопала от радости в ладоши. Я же, смотря на неё, испытывала такую боль, что слёзы наворачивались на глаза. И вдруг свои проблемы показались уже и не такими значительными. Мне стало стыдно за собственную слабость.
 Глава 25 
Попрощавшись с амашей и Илиши и клятвенно пообещав, что все ее куклы скоро обзаведутся шикарным гардеробом, мы отключились. В каюте повисла тяжелая тишина. Обняв меня, Нум прижал к себе и поцеловал, едва коснувшись губами виска.
— Она такой и останется? — шепнула я.
— Да, Лиля. Всё, что могли — мы сделали. Но в планах построить дом, чтобы она всегда была рядом с нами.
— С качелями? — Я улыбалась, хотя мне хотелось плакать. Глаза застилало от слез. — Можно целую площадку для нее сделать, чтобы на кресле там было удобно передвигаться. И беседка нужна! Она могла бы в ней рисовать, дышать свежим воздухом. Он выдохнул с некоторым облегчением.
— Я знал, что ты не останешься равнодушной. У тебя большое и теплое сердце, Лиля. — Он прижал меня к себе крепче, уткнувшись носом в волосы. — Когда ее похитили, деду сказали, что вернуть его дочь невозможно. Что она в логове пиратов, во главе которого свихнувшийся хрон. Он не отдаст свою новую игрушку, а бросить ему вызов никто не решится. Но разве любящего отца что-то остановит? Он искал способы, не отступал. И через два года Илиши вернулась домой. Это оставило нашу семью в нищете, но не сломило. Ради нее мы стали сильнее. Я просто хочу, чтобы ты понимала — этот добрейший шутник сакали меня воспитывал, и я всегда равнялся на него. Поверь, я буду бороться за твое здоровье до последнего. Я использую все шансы — легальные и нет. Но даже в самом плохом варианте развития твоей болезни — ты будешь ценна и любима, Лиля.
Шмыгнув носом, я прижалась щекой к его плечу. Стало вдруг так спокойно. Нет, я знала, что страх и переживания все равно никуда не исчезнут, но все теперь воспринималось несколько по-иному. Чувство безнадежности развеялось без следа.
— Как он ее вернул? Я про Илиши, — выдохнула, приобняв Нума за торс.
Мне так нравилось быть рядом с ним. Чувствовать тепло большого и сильного мужчины. Я себя женщиной в этот момент ощущала. Красивой, любимой, ценной. И это мне приходилось по сердцу, успокаивало и действовало лучше любого лекарства.
— В семье об этом молчат. Грязная история, Лиля. В общем, дед продал всё, что мог, и сунулся в очень нехорошее место. Узнал об еще одном логове... Связался с их главой. Там хрон был хоть и чистокровный, но с головой дружил. Ментальная сила мозги ему не разжижала. Знаешь, Лиля, не бывает абсолютного зла или добра. Вроде и подонки, и представители самой преследуемой расы в нашей вселенной, но деда выслушали. Деньги взяли и обещали разобраться.
— И не обманули? — Я почему-то вспомнила тех молодых мужчин, что летели с нами сюда.
Хроны, полукровки, и мне никто, но ведь помогли и не раз.
— Шансы были мизерны, Лиля, многие его тогда дураком назвали. Он потерял должность в университете, коллеги отвернулись. Бабушку с работы попросили по собственному желанию... — За что так жестоко? — Я привстала и удивлённо уставилась на него. — Он же ничего такого не сделал. Дочь хотел спасти!
— Он связался с пиратами, Лиля, и заключил с ними сделку. Речь ведь идет о хронах. Кирроси талантливый изобретатель, и у него диплом с отличием, а его не берут на работу ни в одну крупную компанию. Не позволяют занять и преподавательскую должность. Лэксар сделал такую успешную карьеру в военном космическом флоте, а как стало известно, что хрон-полукровка — выпнули из армии без шума и пыли. Ну, а я... - он тяжело выдохнул. - В крупные медицинские корпорации с радостью бы взяли. Я действительно хороший врач, Лиля. Но они всегда горели энтузиазмом ровно до того момента, когда выяснялось, что в семье два полукровки. А дальше... просто прерывали все контакты, ничего не объясняя. То же произошло и с дедом. Стал неблагонадежным. И удивительно то, что во всей истории приличными оказались только те самые чистокровные хроны из логова. Они связались с дедом через три месяца и назначили встречу. Оплатили ему перелет, откуда-то прознав, что семья просто в бедственном положении. После передали ему Илиши и вернули половину уплаченной за её спасение суммы. Вот так она оказалась снова дома. А её мучителя устранили по заказу деда.
Его руки сжали за талию. Потянув, Нум осторожно уложил меня на себя. Уперевшись ладонями в его грудь, почувствовала, как он ласкает мою спину. Его прикосновения обжигали даже через ткань платья. Это было так волнительно. Я остро ощущала, что нахожусь в одной постели с мужчиной. С сильным и надёжным оршем. С мужем. Я до сих пор не могла в это поверить. Взгляд упал на ладонь. Колечко красиво смотрелось на моём пальчике.
— Я не допущу, чтобы ты была несчастна, Лиля, — шепнул он. — Ты ведь останешься со мной этой ночью?
Замерев, я, кажется, перестала дышать.
— Нум, я...
— Приставать пока не буду, слово даю. Я умею ждать и понимаю, что ты только прилетела и... В общем, просто останься со мной. Обещаю всю ночь обнимать и лишь целовать. Ты уже моя жена, так что спешить мне некуда. Твои вещи я принёс, и все те свёртки, что ты доблестно добыла на станции. Той самой, где тебя на руках держал этот краснокожий...
— Не ревнуй, — пробурчала я и вдруг вспомнила. — Подарок! Нум, я же тебе купила! В самую первую очередь о тебе подумала, а ты... Краснокожий! - передразнила скривившись.
— О! То есть там в куче этих пакетиков имеется что-то для меня? Как интересно. А ну-ка в сторону, любовь моя, я хочу это увидеть!
Меня аккуратно усадили на подушки. Поднявшись, Нум двинулся к моим вещам.
— Что мне искать? Где оно...
— Ты хоть узнай, что это? — прикусив губу, я смутилась.
Закралась мысль — вдруг не понравится. Вещица наивная и пустяковая. Даже немного глупая.
— Я уверен, что буду в восторге. Где мой подарок!
— Синий свёрток, — пробормотала. — Но там...
— Этот? — Он быстро нашёл искомое и, не дожидаясь ответа, развернул. — Хм... О как? То есть ты всё уже понимала, да, любовь моя? Я зря переживал, что по прилёте во мне разочаруешься?
Просияв, он прижал подарок к груди.
— Нум?
— Ты ведь знаешь, чем мы сейчас займёмся? — Он поиграл бровями.
 Глава 26 
Я сглотнула. Как-то, покупая подарок, я не думала о последствиях. Мне понравилась деревянная оправа и оформление. Да вообще мило же.
Фоторамка для первого поцелуя.
Тогда мысли не заводили меня дальше — чмокнуть в щечку. А теперь вот, когда Нум стоял с ней в руках и улыбался так, словно я ему сейчас девственность подарю, стало немного не по себе.
— Лиля, а позволь узнать, ты когда галы за это отдавала, о чем мечтала?
— Оно деревянное и синее, — выдавила я из себя, — и сверху такие красивые сердечки. И надпись... эта...
Чувствуя, как пылают щеки, я была готова в этот момент под кровать полезть.
— Ну, непорядок. Я же первый поцелуй еще на склоне в катере сорвал. А теперь получается, поспешил? Хм... С другой стороны, мы можем все повторить. Почему бы и нет.
  
Подняв рамку, он пытался разобраться, что в ней и как. И это притом, что я сгорала от жуткого смущения.
— О, а здесь, оказывается, сам процесс снимается. Это, что выходит, я могу поставить на свой рабочий стол и каждый раз любоваться, как я тебя целую. Какая прелесть! Это лучший подарок.
— Нум, а может, не надо? — пропищала я в тихом ужасе от его идеи.