Цветы пиона на снегу. Том 4

– И как же ты это сделал? – поинтересовался Лу Чуньду.
Лицо Вэнь Шаньяо помрачнело; прежде чем ответить, он сделал долгий глоток из пиалы.
– Отринул все человеческое и следовал темному пути.
– Но темный путь сжигает ядро и меридианы, – нахмурился Лу Чуньду, – ни один заклинатель в своем уме не решится последовать ему.
– Сдается мне, нынешний Король Бездны и так немного не в себе, – заметил Лэн Шуан. – Многие заклинатели и пилигримы пытались отыскать его, но он умело прячет следы. Не нападает, а выжидает. Тишина страшнее, когда не знаешь, что за ней следует.
  
– Верно, – кивнул Вэнь Шаньяо. – Не думаю, что Король мертв, но если он сможет последовать темному пути и выжить… то, вполне вероятно, у него получится разбить печати. Его сила может быть равна силе Байчжу или Хэйаня, а те, если захотят, смогут высвободить запертых детей Хаоса.
– Быть равным по силе самому Хэйаню? – переспросил волк. – Такое возможно?
– Да, – вместо ученика произнес Лу Чуньду. – Следование темному пути соблазнительно: оно дает заклинателю силу за короткое время, но также разрушает меридианы и ядро за считаные месяцы. Наши тела не предназначены для темной ци, поэтому заклинатели с трудом могут прожить год или два, но за это время они могут стать величайшими мечниками за всю историю.
– Верно. Однако Король Бездны, видимо, смог найти лазейку и удержать тело от разрушений, – задумчиво произнес Вэнь Шаньяо, вдруг помрачнев. – Или же ему кто-то помог.
Доу принесли еще чай и угощения и постепенно зажигали фонари в комнате. За окном наступила ночь с яркой белой луной в лапах Ухэя, а в павильоне Наказаний впервые за десять лет было шумно.
– Ты останешься? – поинтересовался Лу Чуньду у Вэнь Шаньяо. – Ты больше не в клане, так что не обязан…
– Я останусь, – перебил он шифу. – Мне спокойнее в клане, нежели в городе. Не знаю, правда, насколько долго глава позволит.
– Хорошо, – с заметным облегчением произнес Демон. – Боюсь, у меня нет свободных комнат, так что здесь вы остаться не сможете. Думаю, глава выделит вам дом.
– Мы бы и не посмели потеснить младшего мастера Лу, – покачал головой Лэн Шуан.
Лу Чуньду проводил их до двери, прихватив пальцами рукав Вэнь Шаньяо и задержав его на пороге.
– Я рад, что с тобой все в порядке, – тихо произнес шифу.
Не успел Вэнь Шаньяо отреагировать, как Демон скрылся в доме, закрыв перед носом ученика дверь. Удивленный Вэнь Шаньяо на мгновение подумал, что ослышался.
Сняв с себя Доу, которые никак не хотели их отпускать, мужчины направились на главную гору. По старой привычке Вэнь Шаньяо дошел до знакомого сыхэюаня [9] с красной дверью, запоздало замерев перед ней. По ту стороны стены были слышны голоса и тихий смех адептов, позвякивание посуды и шаги.
– Лао Вэнь? – позвал волк.
– Задумался, – покачал головой Вэнь Шаньяо, отпрянув от двери.
– Не хочешь зайти? – Взгляд Лэн Шуана смягчился, когда он понял, в чем дело.
Вэнь Шаньяо не ответил, бросив взгляд на дверь и с неохотой отвернувшись. Может, для волка и прошло десять лет, но для него это все произошло буквально пару дней назад. Он еще помнил, как по вечерам обсуждал охоту с полукровкой, а Луань в своей манере ворчал, что они снова засиживаются допоздна. Все это теперь в далеком прошлом, и вернуться туда можно только в воспоминаниях.
Глава выделил заклинателям дом в гостевых сыхэюанях. Он был просторнее тех, где жили адепты, с большими кроватями и специально приготовленной духом едой.
– Пойдешь спать? – поинтересовался Лэн Шуан, сев за стол во дворе. На нем уже стояли блюда, накрытые крышками из бамбука. – За десять лет не выспался, что ли?
– Я медитировал, а не спал, – возразил Вэнь Шаньяо. – Это, знаешь ли, разные вещи.
– Да неужели?
Закатив глаза, Вэнь Шаньяо сел к волку, взял еще теплую баоцзы [10] и жадно впился в нее зубами.
– Если у тебя нет ядра, не значит ли это, что ты больше никогда не перешагнешь Ступени, будешь испытывать голод, усталость и… – Лэн Шуан замолк на мгновение и уже тише продолжил: – И будешь стареть, как обычные люди?
– Не знаю, – покачал головой Вэнь Шаньяо. – Кажется, со мной все работает немного иначе. Сестра вытащила из меня ядро сразу, но, как видишь, это лицо не изменилось за десять лет. Я не ощущаю сильного голода и усталости, но они никуда не делись.
– А что насчет чувств?
Вэнь Шаньяо прислушался к себе. Если сосредоточиться, он слышал весь горный пик: разговоры адептов и заклинателей, как духи подметают территорию, а на кухне догорают дрова. Также он прекрасно улавливал чужую энергию.
– Я словно перешагнул несколько Ступеней, – признался Вэнь Шаньяо. – Ядро ограничивало запас ци, сейчас же ее столько, что хватит на целый клан.
– Интересно, – задумался Лэн Шуан. – Не думал, что в этом вина тетушки Фагуань?
– Чтобы она допустила такую ошибку? Не верится. Долго ты не был в Ганшане? – вдруг сменил тему Вэнь Шаньяо.
– Восемь лет. Пока я не пойму, готов ли возвратиться и принять статус главы, буду путешествовать по Чуньцзе. Отец не против.
– А госпожа Вай? – осторожно спросил Вэнь Шаньяо.
– Она предлагала навещать Ганшань хотя бы раз в год, но я никак не соберусь, – признался волк, задумчиво глядя на еду перед собой. – С тех пор как я вспомнил свою первую жизнь, кое-что для меня поменялось. И отношение к госпоже Вай и Сянцзы тоже.
Вэнь Шаньяо напрягся, помня, что мачеха для волка была одной из больных тем.
– Я смирился с мачехой, – пожал плечами Лэн Шуан, заметив его взгляд. – Она не желает зла ни мне, ни клану. Мне трудно назвать ее матерью, сложно остаться с ней наедине, но в этом нет ее вины.
– Поэтому ты выбрал держаться как можно дальше?
– Да. Пока не разберусь с собой, не хочу лишний раз давать отцу и госпоже Вай повод для переживаний.
– Может, оно и к лучшему? – заметил Вэнь Шаньяо. – Всему свое время.
Лэн Шуан молча кивнул.
Они не стали задерживаться, доели и отправились в комнаты. Дождавшись, когда у волка в спальне все стихнет, Вэнь Шаньяо вышел во двор, расставил на столе четыре чаши и наполнил их вином так, что оно ручейками потекло через края на столешницу, отражая луну и звезды.
Вэнь Шаньяо поднял одну из чаш и негромко произнес:
– Надеюсь, это вино пришлось бы вам по вкусу.
Осушив чашу в один заход, Вэнь Шаньяо так и не почувствовал цветочного вкуса. На языке осталась только горечь и слова, которые он бы не посмел сказать Пиявкам вживую.
Все же они оказались больше чем просто игрушки, которые ему не терпелось сломать.
  
Встреча
 
Волк сидел во дворе, читая свиток и хмурясь. Перед ним на столе стояла пиала с чаем, к которой он так и не прикоснулся.
Только что вставший Вэнь Шаньяо уселся перед Лэн Шуаном, протерев заспанные глаза, и придвинул к себе завтрак из белого риса с булочкой на пару. Вчера Вэнь Шаньяо отключился, стоило голове коснуться подушки, а проснулся, только когда свет упал на лицо и мешал полежать еще хотя бы шичэнь.
– Что это? – откусив булочку, поинтересовался Вэнь Шаньяо.
  
– Письмо, – не глядя на него, ответил Лэн Шуан. – В Кэсюэ появился хитрый демон, которого никак не могут поймать. Ши Фэнми уже там, он просит помощи одного из волков Ганшаня.
– Отправишься к нему?
– Не знаю, – признался волк. – Раз понадобилась наша помощь, значит, демон седьмого или выше ранга. Клан Сюэши не справится, даже если они пойдут на него толпой. А одного Фэнми мало.
– Тогда составим ему компанию, – поедая безвкусный рис, пожал плечами Вэнь Шаньяо.
Оторвавшись от послания, Лэн Шуан с подозрением взглянул на него: