Общество забытых мучеников

Как странно… Тимо с Реджисом были родными братьями, но из общего у них только фамилия и чрезмерное упрямство.
Эбель прислушалась. В главном зале было тихо. Видимо, Ноа с мистером Льюисом до сих пор искали источник шума где-то в учебном крыле. Беспокоиться было не о чем. Она быстро проскользнет мимо профессоров и вернется в комнату к Соль, которая уже наверняка объелась шоколадом. Эбель обернулась и окинула взглядом колонну. Внутри засвербело что-то, похожее на совесть. Реджис остался там один. Опрометчиво принял решение исследовать темные коридоры в одиночку. А если там нет другого выхода? Если Реджис останется там навсегда? Хотя… плевать. Он знал, на что идет, и она его предупредила. Сказала, что не будет спасать.
  
Эбель направилась к выходу, но замерла в полушаге от него.
— Когда ты оставишь меня в покое, недоумок?.. — Вопрос утонул в пустоте.
Развернувшись на пятках, Эбель вернулась к колонне. Вот сейчас она откроет ее, спустится по лестнице и обматерит его с ног до головы за такие безрассудные решения. Как вообще можно подвергать себя такой опасности?
Эбель обхватила руками колонну и постаралась сдвинуть с места, но та больше не поддавалась. Обойдя ее вокруг и попробовав прокрутить еще пару раз, Эбель обессиленно оперлась о нее. Сердце билось быстрее с каждой секундой осознания, что этот кретин все-таки там и умрет. Без воды, еды и свежего воздуха. В одиночестве. А когда этот собор снесут к чертовой матери, то найдут его скелет среди руин. Эбель подошла к фреске и вновь попыталась найти в отверстии монету. Постучала по стене. Понажимала на камни, надеясь, что что-нибудь да откроется. Но ничего не произошло.
Эбель не любила просить о помощи. Но сейчас она не знала, что ей делать. Да и помощь нужна была Реджису, а не ей.
— Ноа!
Вспомнив про него, Эбель подбежала к двери. Ей было плевать на профессора Льюиса. Она бы придумала, что ему сказать. Соврала бы, глядя прямо в глаза. И он бы поверил.
Эбель открыла дверь в главный зал, и ее тут же ослепил яркий свет горящих всюду свечей. И оглушил удар по голове. Будто на нее свалился мешок с бетоном и пригвоздил к полу. Эбель упала. В ушах звенело, словно прямо в ушную раковину засунули свисток и со всей силы в него дунули. Перед глазами заплясали искры. Хренов фейерверк.
— Лови убийцу! — раздался голос Амелии.
К свисту в ушах теперь добавилась пульсация эха мерзкого и до безобразия тонкого голоса.
— Не уйдешь, тварь! — С другой стороны стояла Гретта.
— Она одна? — занервничал Колм.
Эбель потерла голову и разлепила глаза. Теперь свет горел еще ярче, и от него закололо в висках.
— Вы спятили? — с трудом выговорила Эбель.
Она попыталась встать, но что-то со свистом пронеслось возле уха и с грохотом врезалось в деревянную дверь.
— Только попробуй двинуться! — Гретта замахнулась, и из ее кармана вылетела металлическая вилка, которая теперь впилась в дверь с другой стороны.
Она применила силу против ученика… Она угрожала жизни скуры… В Академии это было запрещено, и каждый это знал. Стоит сказать об этом Деборе Вуд, как долбаной Гретте свернут шею.
— Я так и знала, что Нейтана убила ты. — Амелия опустилась на корточки рядом с Эбель. — Знала, что ты вернешься подчистить следы.
— Как вы сбежали из спального крыла?
На самом деле Эбель было плевать, как они это сделали. Ее больше интересовало, как их тупые головы додумались до подобного.
— А как сбежала ты, поганая дрянь? — Амелия схватила Эбель за волосы. — Каждый раз дурила нам голову, да? Сначала Эрик, потом Ребекка…
Хватка стала крепче. Эбель застонала и попыталась вырваться, но безуспешно. Свободной рукой Амелия взяла ее за подбородок и повернула ее лицо к себе. Амелия усыпляла людей взглядом, и, раз уж они решили поиграть в супергероев, то все, что могла сделать Эбель, — это закрыть глаза. Не поддаваться их провокациям. Защищаться. И если надо… если надо — разорвать глотки каждой из них! Она замахнулась и ударила Амелию по щеке. Та вскрикнула и, потеряв равновесие, повалилась на пол. Эбель смогла встать, но трясущиеся колени подвели ее, и она не успела сделать рывок. Перед ней вдруг появился Колм. Он вскинул руку перед собой и, плюнув в нее, окутал огнем.
— Пожалуйста, не сопротивляйся, — испуганно попросил он. — Я не хочу применять силу.
Он держал наготове мешок с песком, который всегда носил на поясе.
— Уйди с дороги, — процедила Эбель.
Голова кружилась, к горлу подкатывала тошнота. Гретта хлопнула в ладоши и, очертив в воздухе странную фигуру, вновь метнула в Эбель вилкой. Та попала прямо в плечо, прорезав ткань кофты и футболки.
— Эй! — Эбель вскрикнула от боли. — Вы трупы…
— Думаешь, сможешь убить и нас?! — почти взвизгнула Амелия. — Тоже повесишь, как Нейтана? Или отрубишь голову, как Майку?
Она пнула Эбель в колено, заставив припасть на него, и впилась длинными ногтями ей в щеки. Эбель больше не чувствовать боли — только всепоглощающую ярость.
— Посмотри на меня. — Амелия была так близко, что в нос ударил запах зубной пасты и сигарет. — Взгляни мне в глаза!
Эбель зажмурилась. Сопротивляться этим дебилам стало в разы сложнее. Плечо ныло и, кажется, кровоточило. Во рту появился металлический привкус и кислая горечь, а живот скрутило в спазме. Настолько Эбель была зла, что даже желчь рвалась наружу.
— Ты ответишь за все, новенькая! — Амелия сдавила ей челюсть еще сильнее.
Последним словом, будто ядом, она плюнула в лицо Эбель. Вложив в него всю горечь и боль утраты. Напитав его ненавистью и злобой.
— Перестань, — попросил ее Колм. — Это лишнее!
— Она убила их! — кинула ему Амелия. — Эта тварь убила их всех!
— Задуши ее! Вспори горло! Пусть эта сука отправляется к дьяволу! — Гретта стояла за спиной Эбель и гавкала, как хренова гиена.
Амелия схватила Эбель за горло и сжала со всей ненавистью. Она копила ее все эти месяцы и сейчас получила возможность выплеснуть наружу. Эбель изловчилась и вцепилась Амелии в волосы. Затем нащупала уши, щеки и глаза, которые теперь пыталась выдавить. Гретта ударила Эбель по второй ноге — та повалилась с колена прямо на пол. Амелия села сверху, придавила всем весом и, ударив в грудь, выбила остатки кислорода из легких. Гретта поймала руки Эбель и больно скрутила их. Суставы заныли, кости заломило. Еще чуть-чуть, и она сломает ей пальцы.
— Остановитесь! — крикнул Колм.
— Закрой рот, Шайн! — огрызнулась Амелия. — Либо сожги эту суку, либо не мешай нам!
Эбель хватала ртом воздух. Пыталась вдохнуть, хоть на секунду, но Амелия сдавливала горло все сильнее. Перебирала пальцами жилы, сжимала гортань, перекрывая воздух.
— Профессора сейчас вернутся! — Кажется, Колм пытался стянуть Амелию с Эбель. — У нас будут проблемы!
Та резко повернулась к нему. У Эбель появился шанс сделать короткий вдох, обжигающий глотку и все внутренности. Секунда — и рядом с Эбель гулко упало тело. Она открыла глаза и увидела спящего Колма. Амелия усыпила его взглядом. Яростным, полным ненависти.
— Кончай с ней! — торопила Амелию Гретта. — Живее! Я слышу шаги!
Амелия с новой силой налегла на Эбель и скользкими потными руками сдавила шею. Силы с бешеной скоростью покидали тело Эбель. Она больше не сопротивлялась, лишь обмякла на полу рядом с Колмом Шайном.
— Черт! — вдруг выругалась Гретта.
В эту же секунду она отпустила руки Эбель.
— Что за!.. — Амелия повалилась на бок, взвизгнув.
Освободившись из плена, Эбель перевернулась на живот. Из желудка сразу хлынул почти переваренный ужин.
— Кто здесь?! — Гретта вскочила на ноги и принялась крутиться, осматривая главный зал.
  
— Это все она! — Амелия ткнула пальцем в Эбель. — Это ее сила!
Эбель, проморгавшись, наконец подняла на них заплаканные глаза.
— Тимо… — увидев его, произнесла она одними губами.
Его плечи вздымались. Безумный взгляд был направлен на обидчиц Эбель, кулаки сжаты. Он возвышался над ними и ждал момента, чтобы напасть. Он был словно дикий зверь, хренов оборотень из самых страшных сказок.