Жена двух генералов драконов (СИ)

Когда дверь за ним закрылась, тетушка схватила мою руку. Ее пальцы были ледяными, словно прикосновение к мертвому.
— Я боюсь… — прошептала она, и в ее голосе звучала мольба. — Я так боюсь смерти…
— Но вы же всегда говорили, что хотите к своему мужу, — попыталась я успокоить ее, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Тетушка лихорадочно перебирала мои пальцы. — Что вы так его любите…
  
Тетушка внезапно подняла голову и посмотрела на меня своими глубоко запавшими глазами. В них блеснули слезы, и она резко выдохнула.
— Я лгала! — выкрикнула она, и ее голос эхом разнесся по комнате. — Все эти годы я лгала!
Она замолчала, дыхание стало тяжелым и прерывистым. Ее лицо исказилось от боли, и я почувствовала, как мое сердце сжимается от жалости.
— Что вы имеете в виду? — спросила я тихо, не в силах скрыть тревогу в своем голосе.
Тетушка наклонилась ближе, и ее губы едва коснулись моего уха. Ее шепот был едва слышен, но от него по моей спине пробежали мурашки.
Она замолчала, тяжело дыша.
Потом продолжила, словно исповедуясь:
— Я… я… должна сказать правду. Сейчас, на пороге смерти….
  
Глава 62
 
— Я его убила, — прошептала она, и в ее словах звучала горькая правда. — Я своими руками убила мужа.
Я отшатнулась.
— Что вы сказали? — выдохнула я.
— Да, убила, — прошептала она. — Через неделю после свадьбы. Он был… ужасен. Такой, что словами не передать. Мои родители выбрали его из-за денег… Наша семья была на грани краха… Они не знали… не хотели знать… о его наклонностях…
Ее тело снова затряслось.
— Когда я переехала к нему… — продолжила она, — я поняла, что это худшее, что могло случиться с молодой наивной девушкой вроде меня. Он избивал меня… мучил… заставлял делать такое… — Она замолчала, не в силах продолжить. — Он кричал, что он меня купил! И теперь имеет право делать все, что ему вздумается!
— Но как же… — Я не могла найти слов. — Вы же столько рассказывали о вашей любви…
— Это была ложь! — прошипела тетушка. — Я ненавидела его! Я мечтала о свободе! И когда не выдержала… я подсыпала ему яд в вино. Он в тот день напился так, что умер через час… так и не поняв, что я сделала.
Я смотрела на нее, не веря своим ушам. Получается, весь этот траур, все это почтение к мертвым и воспоминания о чудесном муже — все это попытка скрыть преступление? Маскарад, чтобы ни у кого не закралось подозрений по поводу настоящего убийцы.
— Доктор Меривезер… — прошептала тетушка. — Он был молодым тогда… Увидел мои синяки. Он увидел, что на мне живого места нет… И он… понял… Он написал в заключении, что муж умер от удара, вызванного алкоголем… чтобы меня не осудили… А ведь меня могли казнить! На площади!
Внезапно у нее начался припадок.
Она задыхалась, хватаясь за сердце.
— Тетушка! — закричала я, бросаясь к двери.
Доктор влетел в комнату как ураган.
Он влил ей зелье, и тетушка постепенно успокоилась.
— Оставьте ее отдыхать, — сказал он, выходя. — Ей нужно побыть одной.
Но когда доктор закрыл дверь, тетушка снова притянула меня к себе, не давая уйти.
— Я не хочу к нему… — шептала она. — Я боюсь, что там… он найдет меня… и все начнется снова… Преступление… Он не простит мне того, что я сделала! Не простит! Мы встречаемся с теми, с кем нас связали узы брака! Я обречена… обречена на вечные муки… Там!
— Но вы можете выйти замуж снова, — сказала я. — На том свете встретитесь с другим…
Зелье начало действовать.
Тетушка успокаивалась, ее дыхание стало ровным.
— Тетушка, я уверена, что у вас просто сильный испуг. И вы проживете еще долгую и счастливую жизнь! Я уверена. Вам всего… эм… сорок восемь. Это не такой уж и возраст, чтобы ставить на себе крест!
— Нет, нет, — прошептала тетушка, словно отбрасывая эту мысль. — Я не хочу к нему…
— Послушайте, — гладила я ее руку. — Просто выдохните и послушайте. Я вас не осуждаю. Вы поступили так, как поступили. Я уверена, что мир вздохнул с облегчением, если то, что вы говорите — правда.
Тетушка Маргарет смотрела на меня, а в ее глазах стояли слезы.
— Я всю жизнь носила этот траур, чтобы… чтобы никто меня не заподозрил. Я всю жизнь только и делала, что убивалась по своему мужу… Чтобы никто не догадался…
— Все хорошо, — улыбнулась я. — Все уже наверняка забыли о нем. Столько лет прошло! Больше двадцати! Кому какое дело до него? Вот, например, отличный жених. Доктор Меривезер!
— Доктор Меривезер всегда был рядом. Он всегда заботился обо мне, — прошептала тетушка Маргарет. — Он отказался от пациентов и стал семейным врачом. Он так много потерял в деньгах. Сейчас бы он был бы очень богатым человеком! С его-то талантом…
Я слушала и не перебивала.
— Он всегда был рядом. Он был моим… другом… Когда я плакала по ночам, когда сидела, задернув шторы, боясь, что за мной придет стража… — шептала тетушка Маргарет. — Он учил меня писать стихи… Чтобы отвлечь меня.
Он делал все то, что делал для меня Агостон.
Эта мысль заставила сердце сжаться.
— Мне кажется, что он вас любит, — улыбнулась я.
— Любит? — прошептала тетушка, удивляясь.
— Когда человек тратит на вас свою жизнь, он делает это не просто так… — прошептала я. — Он любит вас. Сильнее, чем вы думаете… Теперь осталось понять, любите ли вы его?
  
Глава 63
 
Тетушка Маргарет молчала, ее лицо было бледным, а глаза потускнели, словно она погрузилась в воспоминания, которые были слишком болезненными, чтобы делиться ими. Я не знала, что сказать. Мне было неловко и стыдно за то, что я вторглась в ее мысли и чувства, но в то же время я чувствовала, что должна была это сделать.
— Я не думала об этом, — созналась тетушка. — Я никогда об этом не задумывалась…
Наконец, она вздохнула и произнесла:
— Какая разница? Я видела призрака и скоро умру! — прошептала она, ее голос был слабым и дрожащим.
Я стиснула кулаки, чувствуя, как внутри меня поднимается волна гнева и отчаяния. Я понимала, что тетушка может довести себя до края, если не остановить ее. Я не могла позволить ей умереть, не попытавшись узнать правду.
— Вы умеете хранить тайны? — прошептала я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно и уверенно.
Тетушка подняла на меня глаза, и в них я увидела что-то, что заставило меня замереть. Это была смесь боли, усталости и какой-то странной решимости.
— Я храню свою тайну уже двадцать шесть лет, — прошептала она. — Как думаешь, смогу ли я хранить еще одну?
Я почувствовала, как у меня перехватило дыхание. Я даже не задумывалась об этом. Двадцать шесть лет! Почти целая жизнь!
Я понимала, что новые встречи неизбежны. И одна из них может стать для тетушки роковой. И тогда я решила признаться в обмен на ее признание.
— Это не призрак, — произнесла я, чувствуя, как слезы подступают к горлу. — Это мой муж. Он жив. Просто проклят. Я узнала об этом сразу после бала…
Я сглотнула, стараясь не разрыдаться. Слова давались мне с трудом, но я знала, что должна сказать правду. Тетушка посмотрела на меня с удивлением, а затем ее лицо осветилось пониманием.
— Что? — прошептала она, ее голос дрожал.
Я рассказала ей все: как я узнала о проклятии, как от меня скрывали то, что муж жив. Как он сам настоял на этом. О том, как боялась потерять мужа. Я рассказала ей о том, как он исчез, как я думала, что он мертв, и как теперь я узнала, что это было не так.
Тетушка слушала меня, не перебивая, но ее лицо становилось все более мрачным. Когда я закончила, она вздохнула и произнесла:
— Если бы ты спросила у меня это за столом, я бы ответила, что тут же разводись! — произнесла она, стараясь придать своему голосу твердость. — Но поскольку мы не в столовой, и здесь нет даже чая… Я скажу так…
  
Она замолчала, словно обдумывая свои слова. Я почувствовала, как внутри меня поднимается надежда. Может быть, тетушка сможет помочь мне?