Истинная для Ворона (СИ)
Большая часть домов в этой части города походит на «Голубятню»: искусственные брусья, два, максимум три, этажа, увитых плющом. Он уже успел покраснеть, отчего стены кажутся облитыми заходящим солнцем.
Или кровью…
Отбрасываю жуткую мысль и двигаюсь по стеклопластовой дороге вглубь квартала, следуя указаниям навигатора. Мимо с тихим гудением катятся механические уборщики. Кубические машины жадно слизывают с серого покрытия палую листву и прочий мусор.
На нос падает первая дождевая капля, мягко скатывается по щеке, а я ускоряю шаг, чтобы не добраться до Бардо в самый разгар ливня.
Через десять минут останавливаюсь у двухэтажного дома и сверяюсь с навигатором. То самое место, если, конечно, я верно расслышала адрес. Не хочется думать, что я могла упустить что-то важное и выйти на другой станции.
Высокий забор кажется сплошным — ни двери, ни шва, ни панели звонка. Высотой ярда три, не меньше, так что просто заглянуть за него — та еще задачка.
Но не успеваю я вызвать Бардо, как в сторону тихо отъезжает целая секция, открывая вымощенную желтоватым камнем дорожку, ведущую прямо к входной двери.
Навстречу мне выходит высокая черноволосая женщина в простой хлопковой рубашке и шароварах, подвязанных красным поясом. Она приветливо улыбается, а я замечаю совершенно сумасшедший цвет ее глаз — настоящее плавленое серебро, ни дать ни взять.
На вид ей едва ли больше тридцати пяти, но в волосах тут и там я замечаю мазки седины. И женщина их не прячет, а, наоборот, собрала волосы в высокий пучок — будто представляет миру вокруг свидетельства своих переживаний.
И от ее широкой улыбки на щеках появляются ямочки, а в глазах пляшут золотистые искры.
Не могу не отметить, что руки у незнакомки крепкие и сильные, привычные к труду, что у нее довольно широкие плечи, а ноги пружинят при каждом шаге, как в танце.
Или в битве. Будто женщина стоит напротив с клинком в руке.
— Ши, да? — незнакомка немного тянет слова, отчего они перекатываются мягкой волной на самом кончике языка. — Я — Аврора Корска. Бардо о тебе предупредил, проходи внутрь.
***
Дом встречает меня теплом и запахом выпечки. Мимо проносятся два темноволосых «вихря», что-то крича друг другу, толкаясь и хватая подолы длинных рубашек.
— Элида! Арон! А ну марш в свою комнату! — громыхает Аврора, и детишки мигом затихают, придавленные к земле командным голосом матери и ее суровым видом.
Ребятня прошмыгивает на второй этаж, одаривая меня любопытными взглядами. Девчонка — точная копия отца, унаследовавшая от матери только цвет глаз и волос. Широкие скулы, высокий лоб, а во взгляде — уверенность, какой никогда не ждешь от такой крохи. А вот мальчик куда больше похож на мать.
Я будто смотрю на уменьшенные копии капитана и его жены.
Аврора мягко касается моего плеча и проводит меня на кухню. У квадратного острова в центре, на высокой табуретке, сидит Вира и беззаботно болтает ногами, сжимая в руках дымящуюся чашку. Девочка напевает незатейливую песенку, но поворачивается на звук шагов и безупречно определяет, где я стою.
— Здравствуй, Ши, — она улыбается во весь рот и осторожно соскальзывает вниз, чтобы уже через мгновение обвить руками мой пояс и уткнуться носом в живот, — я скучала. Бардо подумал, что ты захочешь узнать, как я устроилась.
Поглаживаю ее по голове, пропускаю сквозь пальцы шелк волос, и даже не верится, что всего несколько дней назад эту девочку чуть не сожрали, Саджа знает, где и кто. Сейчас она выглядит почти счастливой, а меня переполняет благодарность к капитану, который и правда взял ребенка в свой дом. Мог ведь не сдержать обещание, но сдержал.
— Присаживайся, — Аврора указывает на свободный стул и принимается колдовать у плиты, — Бардо сразу собирался в космопорт, но его срочно вызвали в Гильдию, к Фэду. Последние распоряжения перед отлетом. Мой брат может быть очень приставуч, когда дело касается работы.
— Фэд — ваш брат?
Я что, окружена родственниками и друзьями друг друга? Так вообще бывает?
И совершенно не верится, что эта открытая, сильная, смешливая женщина может быть сестрой мрачного и «тяжелого» магистра, от одного только взгляда которого хочется под землю провалиться.
— Старший, — Аврора кивает и ставит передо мной чашку с чаем. В воздухе разливается аромат черники и меда, а я осторожно делаю первый глоток и жмурюсь от приятной сладости. — Смотрю, ты уже успела пасть жертвой его обаяния.
— Не то слово. Едва ноги унесла.
Аврора смеется, откидывает голову назад, отчего из пучка выбивается угольная прядь. Реакция женщины такая естественная и открытая, что я невольно теряюсь.
— Он просто большой манипулятор! Ты это поймешь со временем. Любое его действие или бездействие направлено на достижение целей.
Слышится шипение входной двери и сдавленная ругань, а через секунду в кухне показывается Бардо — взъерошенный, расстроенный и злой.
— Ненавижу его, — он запускает руку в волосы и откидывает их назад. Ловит мой взгляд и слабо улыбается, будто пытается сгладить неловкость. — Без происшествий добралась? Допивай и собирайся, нам сегодня вылетать. Оружие, кстати, все еще на «Зорянке», я о нем позаботился.
— Надолго летите? — Аврора стряхивает с плеча мужа невидимую пылинку, а я отмечаю, как смягчаются ее черты в его присутствии. Сестра Фэда! Просто с ума сойти, как могут быть непохожи близкие родственники. Оттого замужество такой женщины с одним из гильдейских капитанов кажется мне почти что сказкой.
Невероятной сказкой.
Не представляю, как они вообще могли друг друга встретить и сплестись в такой прочный клубок, создать семью. Разве такие противоположности притягиваются?
— Ты готова, Ши? Нам пора.
Вздрагиваю и быстро допиваю остывший чай, а Аврора цыкает и качает головой, недовольно поглядывая на мужа.
— Ты еще вернешься? — Вира хватает меня за руку и тянется тонкими пальцами к моему лицу. Поглаживает нос и щеки, будто пытается запомнить каждый изгиб.
— Конечно, — мягко сжимаю дрожащую ладошку и прижимаю ее к груди, — ты не успеешь соскучиться.
***
— Поднимайся на борт и жди меня. Твоя каюта — первая справа, там я твои игрушки оставил, — командует Бардо и оставляет меня один на один с «Зорянкой».
Начинка у таких кораблей стандартная: жилой отсек точно в центре, грузовой — в хвосте, нижняя техническая палуба, мостик, а на втором ярусе — навигаторий, оружейная и небольшой пищевой блок.
Стоит мне немного пройти вперед, как отсек погружается в полумрак, а уши режет писк механизма блокировки дверей.
— И далеко ты собралась бежать, Ши? — звучит за спиной знакомый голос.
29. Ворон
Она растеряна, отступает назад и нервно облизывает пересохшие губы, а я совершенно дурею, злюсь и просто не могу понять, почему все так резко поменялось.
Хотя нет, я все прекрасно понимаю. Чувства обострены до предела, а метка на спине Ши тянет ко мне невидимые нити, которые Колючка просто не видит.
Пока что. Когда связь полностью сформируется, мы разделим и эту способность тоже.
Ворон в груди бесится, вырывается из-под контроля и устраивается на моем плече. Смотрит на девчонку, недовольно ершится и будто спрашивает: что происходит и почему выбранный партнер пытается сопротивляться его решению?
Блять, зачем было сбегать? Совместная ночь стала таким потрясением, что Ши напрочь забыла о моем участии в этой миссии?
Стала, дубина! Ты посмотри на нее! Дрожит, в глаза не смотрит, обдумывает, что сказать.
Но будь я проклят, если позволю ей зажаться и закрыться.
Шаг вперед. Крохотный, чтобы не спугнуть окончательно. Ворон каркает и растворяется в зеленой дымке, но не исчезает полностью — вертится поблизости, вплетается в волосы Ши и касается ее рук. Ластится как кошка, вот-вот начнет в глаза заглядывать.
Колючка отступает снова, упирается спиной в переборку, которую я тоже предусмотрительно закрываю. Бежать некуда, а Бардо дал мне достаточно времени, чтобы хотя бы поговорить.