В самом Сердце Стужи (СИ)

— Вам не стоит расхаживать в столь неподобающем виде при посторонних, милорд, — строго ответила Эрен, глядя мне прямо в глаза.
Мне захотелось едко спросить, почему в число посторонних она записала саму себя — мою жену, но удержался. Наверное, тут и вправду дело в разнице менталитетов, которую никак не побороть.
— Я немного задержался на хозработах, — ответил я. — Но Ларс сделал основной доклад.
  
— Хозработах? — уточнила Эрен.
— Мы чистили выгребные ямы, — ответил я. — две из трех пока не используются, и их надо привести в порядок, пока есть время и стоит погода.
— Неужели такое простое дело требовало вашего надзора? — удивилась Эрен. — Мне казалось, это можно было поручить Арчибальду или любому из ваших бойцов, чтобы они проследили за работой крепостных…
— Каких крепостных? — удивился я.
— Тех, что чистили ямы, само собой.
— Не было там никаких крепостных, — ответил я. — Мы все делали сами.
— Мы?
— Я и мои люди. Говорю же, работу надо сделать быстро и в срок, там требуется немало рвения и физической силы, — ответил я, наблюдая за тем, как от удивления округляются и без того большие глаза моей жены. Буквально получилась иллюстрация присказки про пять копеек.
— Милорд, вы хотите сказать, что лично чистили выгребную яму? — не веря своим ушам, переспросила Эрен.
Я только спокойно кивнул, внимательно наблюдая за спектром эмоций на лице девушки. От шока и непонимания до крайнего удивления и полного непринятия этой информации.
— Я и завтра буду чистить, без меня они не уложатся в срок, а дел еще много, — я решил, что раз уж рвать шаблоны девушки, то до конца. — Хотите прийти и посмотреть? Парни будут рады поддержке с вашей стороны.
Тут Эрен сломалась. Я буквально видел, как мыслительный процесс в голове несчастной остановился, а глаза стали двумя пустыми стекляшками. О, господи-боже! Ее муж занимается такой постыдной работой и еще предлагает ей прийти и пронаблюдать этот позор! Эти мысли летели бегущей строкой на ее лице, вытеснив любые другие.
Но бесконечно потешаться над несчастной девушкой я не мог. Все же, учетные книги, которые они сегодня забрали из дома бургомистра Легера, были намного важнее. И именно к их обсуждению мы приступили сразу же, как только Эрен смогла взять себя в руки.
Самое главное для меня было не показать, что я понимаю в арифметике и математике больше, чем мне положено по моему происхождению и прошлому наемника. Но тут мы были в равных условиях — ведь Эрен, по всей видимости, тоже не хотела раскрывать свои тайны.
Хотя они меня крайне, крайне интриговали.
  
Глава 20
 
Эрен
 
К моему удивлению барон Гросс оказался поразительно умен и способен к арифметике. Я еще никогда не видела, чтобы человек, не имеющий отношения к счету, с такой скоростью вникал в массивы цифр и умудрялся держать в уме столько информации разом.
— То есть это просто сквозные записи в свободной форме? — спросил Гросс, листая одну из учетных книг.
— Что вы имеете в виду? — переспросила я.
— Здесь нет систематизации по категориям товаров или видам платежей, насколько я понял ваше объяснение, миледи, — лицо мужчины стало отсутствующим, а взгляд быстро шарил по строкам, как будто он сейчас что-то активно просчитывал, — многие вещи записаны в свободной форме. Вот! Вот это что, прочитайте.
Он безошибочно нашел совершенно бестолковую запись о выплате одному из купцов за порчу телеги во время осеннего базара два года назад.
— Здесь записано «Купцу из славного града Кастфолдор уплачено из городских средств одна серебряная и шесть медных момент в счет повреждения оси телеги достопочтенного купца и еще три медных монеты в счет хлопот, понесенных им в ходе разбирательства», — зачитала я вслух.
По тому, как медленно поднялись брови барона, стало понятно, что он совершенно не впечатлен.
— И таких записей у нас шесть книг?
— Примерно, — согласилась я. — Есть и более конкретные, просто цифры с припиской прихода или расхода, но много и подобных с суммами прописью.
— Просто чтобы прочитать все это, уйдут дни, — подытожил мужчина. — А в этом надо еще и как-то разобраться.
Я разделяла печаль барона Гросса. Учетные книги велись отвратительно: это был самый ленивый и бестолковый вид записей, просто для того, чтобы этот обязательный официальный документ существовал. Сам же учет прихода и расхода средств велся по факту наличия средств и баланс подбивался по мере необходимости, потому что деньгами управлял один-единственный человек, бургомистр Легер.
— Я могу привести эти записи в порядок, милорд, если дадите мне достаточно времени, — осторожно сказала я, внимательно наблюдая за реакцией барона.
— В этом нет смысла и необходимости, — ответил мужчина. — Нам нужно просто найти, как и где воровал Легер, вот и всё. А проще всего это спрятать в списаниях…
Мужчина умолк, о чем-то размышляя, я же просматривала страницы, бегло читая бесконечные строки где, кто и сколько заплатил или получил из казны за работу и товары. Одна страница, другая, третья…
— Вы просто переворачиваете страницы? — внезапно спросил мужчина.
— Нет, читаю, — ответила я.
Это на самом деле было несложно. Судя по наклону букв, книги вели два человека. Наемный писарь и сам господин Легер, даже чернила и толщина линий отличалась — они по-разному затачивали перья. От одной руки было больше записей по приходам, когда как второй человек чаще вписывал расходную часть, выплачивая деньги мастерам, купцам и наемным работникам. Что я и рассказала своему мужу, аккуратно водя пальцем по странице.
— Я придумал, — внезапно заявил мужчина. — Нам нужна точно такая же, но пустая книга.
— Какой нам толк от пустой книги? — удивилась я.
Барон выглядел возбужденным, а на жестком лице бывшего командира наемников блуждала какая-то детская улыбка. Будто бы впереди его ждала увлекательная игра.
— Сначала я думал, чтобы вы сделали пометки напротив каждой записи о приходе и расходе, — начал объяснять барон, указывая пальцем на пустые места на страницах. — Но потом понял, что это двойная работа. Ведь придется выписать все суммы, а потом их нужно будет как-то сопоставить и дать описания. То есть учетную книгу придется переписать набело.
— Я так и планировала сделать, если вы мне позволите, милорд, — согласилась я.
— Нет, мы сделаем иначе, — возразил барон. — Изготовим шесть точно таких же книг, главное, чтобы число страниц совпадало. Сделаем приложение с нормально прописанными цифрами и столбцами прихода и расхода. Это будет разметка данных. И уже по нему можно будет проверить весь учёт, который вел бургомистр. А для начала достаточно будет пронумеровать все страницы и дать номера записям на каждой, чтобы потом можно было легко делать сверку сразу по двум книгам.
Смысл некоторых слов и фраз от меня ускользал, но в целом я задумку поняла. Но была одна проблема.
— Милорд, это двойная работа. Мне придется сначала пронумеровать старые книги, потом вычитывать каждую запись и переносить ее в новую. Это очень трудоемкий процесс, требующий много времени. Даже одну книгу я буду переписывать несколько недель. Нужно найти другой способ, ведь если не найдем недостачу, деньги будут уходить. Да и королевские стряпчие могут сами найти ошибку, и за нее отвечать уже будете вы, милорд. Как минимум своими финансами.
Барон Гросс замер и впервые за последние полчаса посмотрел на меня, а не на книги. Такого взгляда от него я еще не видела: сосредоточенный, глубокий, будто бы в душе барона велась какая-то борьба, словно он принимал какое-то важное решение.
  
— Вы говорили, что читаете на двух языках, Эрен. А на каких пишете? — внезапно спросил мужчина.
— Я пишу на всеобщем донском, то есть на языке Халдона, Лютедона и частично Шебара, хотя шебарское наречие чуть отличается и с ним бывают трудности. А еще пишу и читаю на фрамийском, — тут же ответила я, не понимая, в какую сторону клонит барон.