Сверши судьбу

– Кто тебе его дал? – спросил он, не отворачивая взгляда от розы, как будто она была волшебным артефактом, хранящим в себе могущество.
Доминика попыталась вспомнить последние события, и вдруг пятиминутное прошлое всплыло перед её глазами. Она снова увидела себя, направляющуюся к Руа, а потом… на мгновение всё вокруг изменилось: зазвонил её телефон. Присев на скамью в парке, она начала искать его в сумке. К девушке подошёл подросток лет восемнадцати и, с доброй улыбкой, протянул красную розу. Это был обрывок видения, оставивший после себя лишь смутные и туманные чувства.
  
– Тебе не безопасно оставаться одной. Я останусь с тобой, – настойчиво произнес Роберт.
Лесистый фон парка был укутан туманом, и с каждой минутой становилось всё яснее, что эта роза – не просто цветок. Возможно, это был знак, посланный Нике из другого неизвестного мира.
***
Леся, Леся, очнись! – раздался громкий, почти истеричный голос Доминики, который разрывал тишину. Каждое её слово звучало как удар по щекам, словно сама сестра старалась отвести Лесю от глубокой пропасти, в которую она могла упасть.
Но, к удивлению самой Алексы, какой-то странный свет окутывал её, и она не ощущала боли. Ладошки Доминики казались лёгкими, почти невесомыми, как пуховые облака, их прикосновение скорее напоминало мягкий ветерок, чем настойчивые попытки вернуть к реальности.
– Ник, как я рада! – вырвалось у Леси. Её глаза жадно искали знакомые черты, желая убедиться, что перед ней не галлюцинация, а настоящая жизнь.
Осмотревшись, она увидела знакомые стены – это была больница Эгарда, где жизнь и смерть сталкивались в бесконечном танце, а надежда и отчаяние переплетались в невидимой паутине. Накинув халат, Лисичка поспешила за сестрой, не доверяя своим собственным ощущениям.
– Куда мы идем? – спросила она, её голос дрожал от неопределенности, прерываемый эхом собственных шагов.
Её внимание притягивало многообразие белизны, и вдруг, она заметила, что стены вокруг неё словно прятали какую-то ужасную правду.
С каждым шагом, который они делали, её внимание ускользало, где надпись «Хирург» мелькала на каждой двери, в каждом коридоре, как тревожный знак. Невозможно, чтобы в таком большом месте были только хирурги, подумала она, паника охватывала Лесю. Люди, которые могли бы протянуть руку помощи, словно растворились, оставив лишь тишину и призрачные тени.
– Отец передал тебе знания? – спросила Доминика, её голос казался настойчивым, с лёгким налётом отчаяния, словно в её вопросах таилось нечто большее, чем просто интерес.
Она усердно тянула Лесю за руку, будто лишь крепкое соединение могла спасти их обоих от этой ловушки.
– Какие? – настороженно спросила Алекса, её голос едва заметно дрогнул. Внутри неё поднялась волна тревоги: что знала её сестра, чего не знала она?
– Да, хватит мне врать! – резко обернулась Доминика, её глаза сверкнули, как остро заточенный нож, готовый разрезать ткань лжи. – Что он завещал?
– Ничего, честно! – попыталась оправдаться юная особа, чувствовала, как её голос становится всё более слабым, как будто она сама становилась частью этой странной, затянутой молчанием реальности.
В этот миг вдруг в воздухе раздался звук, схожий с треском, и снова порошок полетел в лицо Лисички, намереваясь усыпить её сознание. Неведомая сила охватила девушку, и размытое видение реальности начало угасать…
Миры стремительно сжимались, словно кто-то выдернул из-под ног ковёр, и Алекса с ужасом поняла: она снова падает в бездну – но на этот раз рядом не было никого, кто мог бы её схватить.
***
Флинн старшая, сопровождаемая Робертом, наконец, добралась до своего уютного дома. Он располагался на краю леса, где густые деревья прятали его от взоров случайных прохожих. Внутри уже царила теплая атмосфера, и аромат свежезаваренного кофе заполнил кухню, когда она наливала напиток для своего спасителя.
– Должно быть, ты хочешь задать мне множество вопросов? – произнес Роберт, делая большой глоток.
Он откинулся на спинку стула, его глаза скользнули вдоль стен, где фото семьи были запечатаны в рамки. В каждом из них жила их история – любовь, радость, печаль. Но внимание Роберта задержалось на одном портрете, на котором была изображена Леся – очаровательная, как вечерняя звезда.
– Почему мой отец указал только Ричарда под вашей фамилией? – спросила Флинн, не отрывая от него взгляда, она почувствовала, что за его ответом скрыта большая тайна.
– Меня практически после самого превращения погрузили в сон и спрятали гроб глубоко в горах. Прошло много лет, прежде чем я вернулся к жизни. – Он говорил это, словно делясь секретом, который нёс в себе долгие десятилетия.
Его взгляд вернулся к портретам, пытаясь найти в них ответы.
– Расскажи мне обо всех видах нечисти. Википедию так сказать, – с улыбкой произнесла девушка, доставая бутылку вина из кухонного шкафчика.
Она знала, что разговор явно будет продолжительным и надеялась, что вино поможет им расслабиться.
– Оборотни, – начал Роберт, – изначально созданы могущественным магом для ночной службы. Генри Невил, он был стар, как вселенная, насколько нам известно. Хотя проследить начальную цепочку рода довольно сложно. Мы превратились в зверей гораздо позже, уже в более модифицированной версии. Нам доступна высокая скорость, острый слух, гипноз и немыслимая сила. Чтобы попасть в чужой дом, нам необходимо, чтобы хозяин сначала принял подарок из наших рук. В вашем случае – это был букет роз.
Флинн кивнула, запоминая каждое слово. Но с каждой новой информацией в её душе росло беспокойство.
– Маги – родители всего живого, – продолжал он. – Их я никогда не видел. Они обязаны контролировать гармонию и подклассы, можно считать их истинными творцами мира. Ловцы снов – миролюбивые существа, которые балансируют сновидения живых. Но, судя по последним событиям в парке, они переметнулись на чужую сторону. Продавцы кошмаров, мелкие пакостники, которые выполняют грязную работенку. У всех у них лишь один минус – они смертны, в отличие от нас. Их дар передается из поколения в поколение. И в результате своих фокусов и вторжений в чужой рассудок они могут нанести вред моей семье. Есть и немаловажный плюс: все, кто хоть немного имеет отношение к магии, для нас становятся смертными. Их мы можем убивать. Но что касается обычных людей… – он скривил губы, – ты сама видела черное пятно на руке Рича.