Полуночная роза

Райан не гнался за чувственным наслаждением исключительно ради себя одного. В интимных отношениях он привык не только брать, но и давать: ему хотелось, чтобы его партнерше тоже было хорошо. Созерцание экстаза на лице женщины в ту минуту, когда он подводил ее к высшей точке, всегда вызывало в нем приятные чувства. К тому же это награждало и его самого. Сознание того, что он сумел довести женщину до полного блаженства, приносило большое удовольствие. Ни одна из его партнерш не покидала его постели неудовлетворенной. Он не допускал этого. Обмануть его могла лишь отличная актриса.
  
Мечты двигали его дальше и дальше. Он уже представлял себе будущие забавы с Эрин Стерлинг. Отлично, если бы она действительно стала его любовницей. Конечно, в этом случае от него потребуется осторожность. Может быть, он снимет ей небольшой домик в Ричмонде. Она, безусловно, должна иметь средства и определенную свободу. Когда он не сумеет находиться у нее, из-за семьи или работы, она сможет развлекаться без него. Будет устраивать обеды, ездить в гости и ходить в театр. Разумеется, для этого ему придется позаботиться о соответствующем статусе. Он будет обязан проявить щедрость. Его любовница не должна ни в чем нуждаться. Он купит ей самую изысканную одежду, украшения, безделушки — все, что она пожелает. Она будет купаться в роскоши. Он позволит ей иметь столько слуг, сколько ей захочется.
Прижав руки к лицу, он смотрел сквозь растопыренные пальцы на пейзаж за окном. Захваченные рамкой пышные холмистые пастбища навевали грустные мысли. Как жаль, думал он, что она не сможет бывать в его владениях. Судя по всему, ей понравилась бы жизнь в имении, среди плантаций и конных ферм. И верховая езда, вероятно, соответствовала бы ее духу. Грешно скрывать такую женщину от посторонних глаз в городе, но ничего не поделаешь. Он найдет место, где сможет видеть ее в любое время, когда у него возникнет желание. Такая возможность у него есть, и надо ее использовать.
Можно попробовать брать ее с собой, когда у него будут деловые поездки. Если все пойдет хорошо, он постарается делать это как можно чаще. Даже после короткого общения с ней он был уверен, что она должна оказаться подходящей спутницей.
Спутницей.
Он улыбнулся.
Любовницей.
Эрин представлялась ему прекрасной любовницей. Лучшего выбора просто не существовало.
Так же, как, наверное, не существовало более правильного решения, чем выбор Эрмины на роль жены. Он уже свыкся с мыслью о благородной крови и перспективой родовитых наследников.
О происхождении Эрин ему не было известно ничего. И не только об этом. Но что он знал твердо — это то, что она распалила его и что он должен (черт возьми!) обладать ею.
Возмущенный голос прервал его мечты.
— Да ты, я вижу, витаешь в облаках, — громко сказал Кейт. — Похоже, ты не слышал ни слова из того, что я сказал!
Райан взглянул на него, мотнул головой и согласился:
— Извини. А что ты говорил?
— Я хотел знать, подходит ли Рождество для моей женитьбы. Не слишком ли рано? Я подумал, что было бы очень мило сыграть двойную свадьбу — нашу с Мэри-Сьюзен и твою с Эрминой. Как ты думаешь?
— Прекрасная мысль, — сказал Райан, хотя сам не знал, что он думал на этот счет.
В действительности его совершенно не волновал Кейт с его планами. Сейчас у него было одно желание — сосредоточиться на тактике более близкого знакомства с Эрин. Он чертыхался про себя, вспоминая тот бал и ее мать — как она жаждала найти ей мужа! Поскольку у него не было намерения ухаживать за ее дочерью так, как этого требовал этикет, он не мог явиться к ним в дом. Для осуществления его плана нужен был другой путь. Та, которая произвела на него неизгладимое впечатление, должна усвоить, что может рассчитывать на что угодно, только не на брачный вариант. Чтобы это могло произойти, ему предстояло каким-то образом приблизиться к ней и недвусмысленно объяснить, что в ее положении остается только участь любовницы. Он не сомневался, что она при своей смышлености быстро все поймет. Должна понять. Только бы ему добраться до нее.
Кейт, наблюдавший за ним сузившимися от подозрения глазами, наконец решил вывести его на чистую воду.
— Надеюсь, ты не станешь отказываться, что думаешь об Эрин Стерлинг? — сказал он прокурорским тоном и, не дав другу возможности ни подтвердить, ни отрицать его слов, продолжил: — Раз уж об этом зашла речь, самое подходящее время рассказать тебе, что говорят люди. Я хочу, чтобы ты знал это. Сегодня утром в церкви я слышал, как несколько женщин осуждали ваш вчерашний танец, хотя должен сказать, что гораздо больше критиковали ту особу, с которой ты его исполнял.
Райан наградил его холодным взглядом.
— Просто на ее долю выпало родиться необыкновенной красавицей. В этом все дело. А ты, мой милый, видимо, ничего не понял, потому что был ослеплен своей Мэри-Сьюзен. И кроме нее никого не видел. Чем провинилась Эрин Стерлинг? Она ничего не может поделать с тем, что есть. Я имею в виду то, чем занимается ее отчим. Скажи мне лучше, что ты знаешь о ней самой? Кто ее мать и откуда они родом? Ты что-нибудь слышал об их предках?
Кейт сразу поскучнел и поспешил отмахнуться небрежным жестом. Он предпочитал разговаривать о Мэри-Сьюзен, а не о какой-то бесцеремонной особе, являющейся туда, куда ее не приглашают.
— О-о, я не знаю, откуда они. Ноне из этих мест. Кажется, из Южной Каролины. Не помню, кто мне это говорил.
— Я что-то никогда не слышал о Закери Тремейне. Зато ты, похоже, многое знаешь о нем. Вспомни хотя бы вчерашний разговор. Ты сказал, что ему приписывают нелегальную торговлю рабами. А я и не знал.
— Ты долго отсутствовал. Как я уже говорил, он стал раскручивать эти дела после того, как в Америке запретили нелегальную торговлю рабами. До этого он был просто богатым плантатором. Не принадлежал ни к какому классу. Никто не интересовался его родословной. Его просто игнорировали. И сейчас ничего не изменилось. То же относится и к его жене. Ее зовут Арлин. Сама по себе она вроде ничего, я бы даже сказал, милая женщина. Я знаю ее по церкви. После смерти Ларейн она сделала мне очень много добра. Приходила навещать, приносила продукты и долго сидела у меня. Не то что остальные: заглянут на минуту и бегут по своим делам. Она больше других принимала участия в моем горе. Все это, конечно, замечательно, но не имеет никакого значения. Они все равно не будут приняты в обществе. Я думаю, ты согласишься со мной, Райан. Поэтому выкинь Эрин из головы. Нет слов — она очень хороша, но не нашего поля ягода. Нам с тобой надо другое.
— Не совсем так. Все зависит от того, что я намерен делать с ней.
— И что же? — Кейт вскинул бровь.
— Помнишь, как ты вчера изволил выразиться? — с ухмылкой спросил Райан. — Насчет того бала… с презентацией потенциальных любовниц. Может быть, мы с тобой действительно побывали на таковом?
Кейт, подражая ему, скорчил гримасу.
— Я начинаю понимать.
— Вот и хорошо. Тогда позволь узнать у тебя еще кое-что. Скажи-ка, Эрин бывает где-нибудь? Я бы хотел встретиться с ней. Не специально, а так, чтобы это выглядело как бы случайно.
Райан изложил ему свои опасения насчет официального визита, который мог дать ее матери повод для скороспелых выводов.
Кейт считал своим долгом рассказать ему, что видел Эрин на юго-востоке плантации Тремейна, недалеко от мельницы, у речки, впадающей в Сент-Джеймс.
— Раньше эта земля граничила с его плантацией, но не принадлежала ему. Он присоединил ее после партии в покер. Говорят, что он выиграл ее у Пита Дабнема нечестным путем. Раньше там мололи кукурузное зерно. Тремейн закрыл мукомольню, всех разогнал, обнес участок изгородью и расставил метки. Я любил рыбачить в тех местах, но теперь туда не пройти. Этот полоумный вполне может и пристрелить. Поэтому я переместился вниз по течению. Оттуда это место хорошо просматривается, когда переходишь через мост. Пару раз я видел, как Эрин каталась там верхом.
  
— В какое время?