Полуночная роза

— Днем. Часа в четыре.
Райан удовлетворенно кивнул. Теперь он знал, как осуществить первый контакт.
  
Глава 4
 
Прошло несколько пасмурных дней с постоянным моросящим дождем. Потом снова подул прохладный ветерок и появилось солнце. Арлин с радостью встретила первое ясное утро. На свежем воздухе ей дышалось намного легче и кашель бил не так сильно. Поэтому, когда позволяла погода, она старалась чаще выходить из дому.
  
Она сидела на веранде со стороны парадного подъезда и вязала кружево. Покачиваясь взад-вперед в своем кресле, она мурлыкала под нос какую-то мелодию и предавалась размышлениям. Может быть, этим погожим днем Райан Янгблад надумает заехать к ним? А если нет? Тогда, по-видимому, ей придется набраться смелости и послать Роско в Джасмин-Хилл с письменным приглашением на чай. Когда они с дочерью завтракали, она мимоходом упомянула об этом. Эрин, к ее удивлению, не стала возражать. Напротив, как будто даже поддержала ее идею, правда, ничего не сказала и не выказала особых чувств. Похоже, она смягчилась, подумала Арлин. Или созрела за то время, что прошло после бала. Во всяком случае, вид ее не был таким вызывающим, как несколько дней назад, хотя она и выглядела озабоченной. Арлин участливо осведомилась, нет ли у нее на душе чего-то такого, о чем она хотела бы поговорить. Эрин вежливо отвечала, что нет.
Была еще одна вещь, не ускользнувшая от зорких глаз Арлин. Эрин и Летти снова стали неразлучны. Их отношения походили на прежнюю дружбу. Арлин замечала, что с наступлением темноты Летти тайком поднималась к ней по черной лестнице. И это несмотря на запрет Закери. Всем слугам, и Летти в том числе, было хорошо известно, что никто из них, кроме Роско, вечером не имел права входить в дом. Закери говорил, что не доверяет им, и Арлин понимала мужа. Они все ненавидели его и, вероятно, были бы рады случаю расправиться с ним. Любой из них мог всадить ему сонному нож в горло. Их она тоже понимала и не винила, но не потому, что поощряла или оправдывала жестокость. Она искренне считала, что у них есть веские причины для подобной ненависти.
Возобновление тесного общения Эрин и Летти не могло не беспокоить ее. Ведь Закери высказался достаточно определенно. И зная, в какой мере он не одобрял их близости, она боялась, что он примет крутые меры, если узнает правду.
Роза, мать Летти, принесла на веранду стакан прохладного лимонада с плавающей сверху веточкой свежей мяты. С Розой Арлин связывали давние узы.
Волею судьбы Роза попала в этот дом вместе со своей дочерью. По настоянию Арлин Закери купил их в паре. Это случилось на аукционе в Уилмингтоне, за несколько дней до свадьбы, когда она переселялась к Закери в Ричмонд. Проезжая через один прибрежный городок в Северной Каролине, они услышали, что в гавань зашел большой корабль из Африки. Ожидались крупные невольничьи торги. Закери решил не упускать удобную возможность дополнительно приобрести руки, которые пригодились бы в хозяйстве, Он предложил Арлин отправиться вместе с ним на аукцион и самой выбрать себе помощников.
Она сперва не хотела идти, ей были ненавистны и сама идея порабощения людей, и торговля ими. Хотя ее и возмущало, что рабов продавали как крупный рогатый скот, она не осмелилась сказать об этом мужу открыто. У нее хватало мужества только на то, чтобы выражать осуждение рабства как явления.
Закери не отступился и привел ее на блокпост. Когда она увидела Розу, у нее заныла душа. Женщина стояла перед сотнями зрителей, большинство из которых составляли мужчины, совершенно нагая. Аукционист, черствый ублюдок, не ведавший стыда, сорвал с нее одежду и заставлял поворачиваться вокруг. «Смотрите, какой товар! — рычал он. — У нее будет отличный приплод». Он тыкал рукояткой кнута в ее широкие бедра и большую грудь. «Один готовый негритос уже имеется!» — крикнул он и показал на Летти, еще совсем маленького ребенка. Девочка, прильнув к ногам матери, в испуге смотрела на море суровых и безразличных лиц. Тогда она не могла знать, что с ней случится. «Не сомневайтесь, — по-собачьи рыкнул аукционист, — она вырастет сильной. Не так часто приходится видеть, чтобы черномазая мелюзга выживала после такой прогулки».
Арлин больше не могла оставаться свидетельницей душераздирающей сцены. То, что она увидела, поразило ее в самое сердце. Возможно, это было связано с тем, что она тоже имела маленькую дочь, или… Или ее реакции были спровоцированы секретом, хранившимся под прочным замком. Но в тот момент она не думала о причинах и хотела только одного — избавить несчастную женщину и ее беспомощного ребенка от дальнейших надругательств. Она уцепилась за руку Закери и прошептала: «Пожалуйста, купи их». Он согласился без колебаний. «Хорошо, — сказал он. — Я полагаю, что ее можно будет хорошо использовать. Как производителя рабочей силы». И предложил такую стартовую цену, что все сразу отступились.
Затем они покинули Уилмингтон. Роза с маленьким ребенком находилась наверху среди переполненных сундуков и чемоданов. Никакие просьбы Арлин не подействовали на Закери. Он не позволил им ехать внутри экипажа, и они были вынуждены всю дорогу жариться под палящим солнцем.
У Розы потом появились другие дети. Три крепких сына, которых Закери продавал одного за другим. Только благодаря постоянным мольбам Арлин он не сделал того же и с Летти.
Сейчас, перебирая воспоминания, Арлин собиралась рассказать об этом Эрин. Она хотела предупредить дочь, что Закери может продать Летти, если узнает, что между ними вновь возникли близкие отношения.
Роза принялась поливать разросшийся щитовник вокруг крыльца. Арлин по-прежнему сидела за кружевом. Нарастающий цокающий звук заставил их насторожиться. Они с любопытством переглянулись. Прикрыв глаза одной рукой, Роза смотрела на приближающегося всадника.
— Похоже на мастера Закери, — предположила она. — Быстро скачет. Сейчас будет здесь.
Арлин увидела, что это и в самом деле ее муж. Она непроизвольно напряглась. Закери собирался вернуться еще накануне. Раз он не приехал вчера, подумала она, значит, остался в городе, чтобы напиться. Она понятия не имела, куда он постоянно ездил. «По своим делам», — так он сам коротко говорил об этих поездках. У нее же не было желания вникать в его «дела» — она не сомневалась, что ее интерес к добру не приведет. Арлин знала одно: каковы бы ни были его занятия, они приносят ему кучу денег.
Сейчас, однако, ей стоило прервать размышления о его проблемах и подумать о своих. Она ожидала, что ей придется иметь дело с похмельем или, что было бы еще хуже, с продолжением пьянства. Мучимая тревожным предчувствием, она медленно встала с кресла и подошла к перилам веранды. Какое из двух зол выпадет Сегодня на ее долю?
Роза попятилась в дом и тут же высунулась обратно, почуяв что-то неладное.
Закери так резко рванул узду, что лошадь в испуге взвилась на дыбы и даже потом, встав на все четыре ноги, не могла успокоиться. Он уже спешился, а животное в ажиотаже продолжало бить копытами. Он швырнул узду Бену, выбежавшему из конюшни на звук бешеного галопа.
Арлин сразу увидела, что Закери был не просто пьян. Он кипел от ярости.
— Ты, — он показал пальцем на Розу, застывшую на месте, — иди в дом. Нечего тут подслушивать. Ты знаешь, что я этого терпеть не могу.
Она поспешила выполнить приказание, осмелившись напоследок бросить сочувственный взгляд на свою госпожу.
Арлин была напугана не меньше, но собралась в кулак и с храбрым видом встретила свирепый взгляд мужа. Его стоило бояться. Он был высокого роста, плотно сбитый, с массивной грудью, похожей на бочонок. Глядя на его лицо, заросшее густой щетиной, и узкие змеиные глазки, она удивлялась, как он когда-то мог казаться ей даже приятным. Правда, это было много лет назад, задолго до беспробудного пьянства, от которого нос его покрылся густой сеткой красных прожилок. Теперь в этом мужчине не было и намека на привлекательность. Возможно, изначально он и не был столь безобразен, но на его облик накладывали отпечаток подлость натуры, его мерзкое нутро.