Одержимость Буйного (СИ)

— Что слышала, — рычу в ответ.
Впиваюсь в её губы жёстким голодным поцелуем. Блять, как же давно я её нормально не целовал.
Наверное, с того момента, как малышка сбежала от меня аж в другой город. Блять, не позволю больше произойти чему-то подобному.
Ева стонет.
Я легко подхватываю её под ягодицы, а она обвивает мою поясницу ногами.
Допрыгается ведь, непослушный котёнок...
  
  
49
 
— Ой, ну начинается, — откуда-то из-за спины Рустама раздаётся горестный голос Гора. Я с трудом отрываюсь от горячих мужских губ и вскидываю голову. Гор опирается плечом на дерево и довольно улыбается. — Хватит вам, голубки. Буйный, я всех собрал. Давай пизди их уже и поехали. Там такая темка появилась, закачаешься.
— Блять, — Рустам тяжело вздыхает. Отпускает меня на землю и продолжает прижимать к себе. — Вечно ты со своими темами мозг мне ебёшь. Ладно, но только ненадолго. Ещё надо встретиться с Одичалым.
— Я подумал, — Гор как-то плотоядно щурится. — Возьмём с собой матушку. Я знаю, ей понравится наше...дело...
— Какое? — я с подозрением смотрю на Рустама.
— Не знаю, — он только пожимает плечами. — Наверное, что-то интересное, раз Гор предлагает взять Елену.
— Нехорошее что-то, да? — бросаю быстрый взгляд на Гора.
— Да-а-а, — тянет довольно. — Но ты не парься, красотуля. Всё будет чётко. Мы к вечеру приедем, ты пока можешь оккупировать кухню.
— Могу? — чуть склоняю голову и приподнимаю бровь. — Рустам, ты же хотел отправить своих парней за продуктами?
— Сама командуй, — Буйный отнекивается. — Накатай им список, они метнутся до города и всё купят. Хоть весь магазин вынесут, если понадобится.
— До вечера, красотуля, — Гор закидывает руку Рустаму на плечо и тянет за собой. — Поехали, брат. Потом мне "спасибо" скажешь. Охуенная тема, зуб Одичалого даю.
— Сомневаюсь, — Буйный как-то устало вздыхает. Несколько раз оборачивается в мою сторону.
Провожаю их долгим взглядом.
Как только мужские фигуры скрываются за деревьями, я прижимаю ладони к горячим щекам.
Призналась! Сама призналась!
Не знаю даже, что на меня нашло в тот момент. Я ведь попыталась отмахнуться от этой назойливой мысли, но не получилось.
Хотела бы я сказать, что язык меня подвёл, но нет. Я целенаправленно обдумывала, прежде, чем раскрыть свои чувства.
Просто устала бежать от себя. Как-то закрываться, следить за словами.
Подсознательно всё это время жил страх предательства, измены и обмана.
А сейчас словно крылья за спиной выросли.
Но неожиданным стало для меня даже не собственное признание. А ответные слова Буйного.
Это его "люблю" прозвучало так уверенно и серьёзно, что я даже опешила на несколько секунд.
Всё это время я думала, что у него ко мне только сексуальный интерес, который пропадёт через какое-то время.
Но если так подумать, Рустам проявлял ко мне своеобразную заботу практически с самого начала нашего безумного общения.
Но с другой стороны, он меня и принудил к этому общению. Двоякая ситуация получается, но я закрою на неё глаза.
Буду жить сегодняшним счастливым днём. Конечно, нужно быть разумной и подумать о будущем, но я пока не состоянии.
Дурацкие бабочки из фильмов добрались и до моего живота.
Единственное, что напрягает меня, это Елена. Я бы в жизни не догадалась, что такая добрая на вид женщина могла поднять руку на своих детей.
Не вяжется у меня её приличный образ с жестокостью, но реакция Гора и Рустама говорит об обратном.
А им я доверяю больше, чем своему первому обманчивому впечатлению.
Просто буду держать ухо востро, если мы с ней когда-нибудь пересечёмся, в чём я сомневаюсь.
Я уже поняла, что Рустам костьми ляжет, но не подпустит к себе непутёвую мать на пушечный выстрел. Да и ко мне тоже. Так что можно расслабиться.
Возвращаюсь к брату в приподнятом настроении. Главное, не улыбаться слишком явно. Но честно, не могу удержаться.
— Ну светишься, — Илья упирает руки в бока. — Звёздочка моя, у тебя прям улыбка до ушей. Даже странно, что на тебя так повлиял Буйный. От него обычно уходят или побитыми, или расстроенными, и точно без улыбок. Ладно, это даже хорошо. Ты счастливая, а остальное неважно. Что будем делать?
— Отправим Яна в магазин, — я воодушевляюсь. Быстро осматриваюсь вокруг. — И будем жарить много-много мяса. Илья, ты же останешься у нас на ужин?
— Да, — брат довольно кивает. — Не откажусь попробовать твою стряпню. А потом тихая пьянка перерастёт во что-то более экстравагантное.
— Не начинай, — я морщусь, услышав его предположения на счёт наших посиделок.
Илья только весело хохочет.
Я стараюсь не думать о том, как у Рустама проходят подобные вечера. А если ещё и Гор напьётся, то это будет катастрофа.
Знаем, видели.
В нашу первую встречу он был в сопли пьяный и накуренный, даже на ногах стоял кое-как.
Ладно, пусть Буйный сам его успокаивает.
Я выискиваю взглядом Яна, когда он в окружении других амбалов как-то уныло идёт со стороны парковки.
Быстро перехватываю его, преграждаю путь.
— Ева Леонидовна? — Ян распрямляет плечи.
— В город не желаешь съездить? — я бросаю тёплый взгляд на подошедшего брата. — Нужно купить продукты и алкоголь. Давай, я тебе напишу или на бумажке, или в заметках на телефоне.
— Пишите, — быстро отдаёт мне свой телефон. — Только подробно, чтоб я понял, чего и сколько купить надо.
Я согласно киваю.
Список получается довольно внушительным, ещё Илья делает свои пометки.
В итоге Ян уходит с очередной головной болью, а мы с братом отправляемся исследовать территорию.
  
50
 
Погода к вечеру успокаивается.
Я сижу в плетённом кресле с вытянутыми ногами. Уф, ну и набегались мы сегодня с братом.
Пока обошли большой дом и прилегающую к нему территорию, я даже как-то немного выбилась из сил.
Потом занялись мясом, когда Ян вернулся с огромными пакетами.
Я замариновала куриные бёдрышки, свиную шейку и индейку. А затем мы с Ильёй болтали о всяких пустяках возле мангала.
Жаркой мяса он занялся сам, закинув на гриль ещё и купаты. Мне оставалось сделать только несколько овощных салатов, мясную и сырную нарезку.
— Кажется, Буйный не в духе, — брат лениво удерживает в руке стакан с пивом.
Я поворачиваю голову.
Рустам агрессивно хлопает дверью внедорожника.
Напряжённый и суровый, проходит мимо нас и скрывается в доме.
Подрываюсь следом. Может, случилось что-то серьёзное? Он ведь уезжал более-менее спокойный.
— Рустам, — открываю дверь спальни и испуганно вздрагиваю. — Рустам, ты что?..
Буйный словно взбесился.
Швыряет со стола какие-то книги, откидывает в сторону стул. О стену разбиваются несколько пустых пепельниц. Он даже отшвыривает прикроватную тумбочку.
И рычит как дикий зверь. Зло, отчаянно и очень хрипло. Как будто до этого сорвал голос в сильном крике.
Подскакивает, вжимает меня своим большим телом в стену. Обхватывает ладонями лицо.
Я в панике вглядываюсь в его бешеные глаза. И без того чёрные, но не от возбуждения, а от нескрываемой ярости.
Его дикий, едва осознанный взгляд как-то отчаянно вглядывается в моё перекошенное от страха лицо.
— Рустам?.. — зову его робко, в надежде увидеть хоть какой-то намёк на разумность.
— Что, котёнок? — как-то странно цедит в ответ.
— Что случи...
— Ничего, — перебивает.
Склоняет голову, касается напряжёнными губами виска. Я вздрагиваю от неожиданности, а он перемещается с поцелуями на скулу и щёку. Замирает, продолжает удерживать меня в капкане рук.
  
И срывается.
Впивается в мои губы как-то злобно. Я лишь тихо вскрикиваю от секундой боли. Мужчина терзает меня, словно оголодавший хищник.