Фантом. Инженер системы 1 (СИ)

Мозг лихорадочно просеивал варианты, тактические схемы, расчеты. Трое. Стоят кучно. Уверены. Слишком уверены. Главный — говорящий. Остальные — статисты, ждущие команды. Убить меня — для них как муху шлепнуть. Сейчас они мне лгут. Усыпляют бдительность. Возьмут девочку — и тут же меня завалят. Даже не задумаются.
Но просто так сдаваться я был не намерен. Особенно, когда беззащитный ребенок трясется от страху у меня за спиной.
  
— Она ничья собственность, — мой голос прозвучал глухо, но на удивление ровно. Внутри все сжалось в тугой, ледяной ком. Я не железный человек, чтобы не бояться пуль. Одно дело, когда передо мной укрепленный навыком щит, а другой, когда между мной и кончиками стволов несколько метров пустоты. — Я нашел её. Не знаю, кто такой ваш Юсуф, но девочка под моей защитой.
Глаза бандита сузились, губы растянулись в ухмылке, обнажая золотой зуб.
— Тахлима, твой гаал говорит правду? Ты сбежала от бедного Юсуфа? Или сама убила его?
Вся троица снова заржала.
Тахлима? Таха — сокращенное имя?
Девочка молчала, лишь упрямо сопела у меня за спиной.
— Повторяю, она под моей защитой.
— Твоя защита кончилась, гаал. Белые люди больше не имеют власти в землях предков. Сила диктует правила и что-то я не вижу за твоей спиной отряд солдат. Видишь стволы? Это новая реальность. Брось железную палку и отойди в сторону.
Вот же уроды. Мы значит принесли в их города университеты, и больницы, уняли междоусобную войну, вечно терзающую этот континент, а они как обычно — лишь мечтали о моменте, когда снова можно будет начать убивать, грабить и насиловать.
Я не двинулся с места. Пока Таха рядом со мной, мне ничего не грозит. Но я не собирался прикрываться ребенком. К тому же, этот разговор никуда нас не приведет.
Взгляд главаря жадно скользнул по моему рюкзаку, по трициклу. Они хотят всё! И девочку, и лут, и транспорт. Жадность. Жадность — это слабость. Ею можно воспользоваться. Если начнется потасовка есть риск повредить вещи. А этим троим очень хочется завладеть всем и сразу.
— Хорошо, — я сделал свой голос сдавленным, сломленным. Чуть ослабил хватку нагинаты, позволил плечам обвиснуть. Искусство капитуляции. — Ладно… Вы правы. Нечего нам тут из-за какой-то девчонки умирать.
— Матвей… — испуганный шепот за спиной. Я почувствовал, как дрожь Тахи усилилась.
Сейчас я никак не мог предупредить её, что собираюсь сделать, не выдав себя.
— Забирайте её. Но… дайте мне хоть шанс. Воды. Патронов. Вы же не звери.
Я увидел, как в глазах вожака вспыхнуло удовлетворение. Да! Поверил. Увидел сломленного барана.
— Разумный белый, правильный гаал.
Он коротко распорядился, и один из бандитов направился к нам.
Таха ударила мне в спину кулачком и отпрянула, упала в кузов, сжалась. Мне было жаль её в этот момент, но натуральная реакция, пусть и такая, как ненависть ко мне, могла убедить бандитов, что я сдался.
— Вылазь! — коротко бросил тот, что подошел к нам.
Говорил он на своем наречии, но я всё прекрасно понимал.
Он наклонился и попытался схватить девчонку за руку, вытащить. Таха отбивалась.
— Не хочет, тварь!
Главарь и второй бандит снова заржали.
— Я помогу, — предложил я и медленно, чтобы не вызвать реакцию, слез с велосипеда.
Медленно, преувеличенно неспешно обошел прицеп с другой стороны, чтобы не столкнуться с бандитом. Тот так и пытался совладать с Тахой.
— Надо щит снять, тогда достать будет проще.
Таха захныкала, решив, что я окончательно её предал. Сердце сжалось от боли. Потерпи, малышка, скоро все закончится.
Главарь кивнул, и сделал несколько шагов в нашу сторону, приказал стоявшему рядом бандиту контролировать ситуацию. Тот сразу стал серьезным, заводил дулом автомата из стороны в сторону.
Я аккуратно снял щит, поставил рядом с собой лицевой стороной к главарю. Повернул чуть боком, чтобы положение казалось случайным и не вызвало подозрений. Пока рука касалась рукояти щита, я как мантру повторил то, что делал для вызова навыка «Душа машины» — начало отката не заставило себя ждать.
Когда вытаскивал щит, заметил, что медоед, лежащий в кузове на боку, смотрит на меня карим глазом. Он так и не двинулся, лишь наблюдал за тем, что я делаю. И будь я проклят, если в этом взгляде не скользило какое-то понимание. Нет, не разум. Но, похоже, Система его слегка прокачала.
Таха дрожала, отбивалась как могла от попыток бандита вытащить её из кузова и даже не замечала, что её ньегере пришел в сознание. Я задержал взгляд на медоеде, мысленно попросив его не двигаться. Сомневаюсь, что он что-то понял. Я сделал это скорее для себя.
— Вот так… — главарь шагнул вперед, наблюдая за моими действиями, чуть расслабился. Его автомат опустился на пару сантиметров.
И в этот миг все перевернулось.
Я схватил Таху поперек талии и резко рванул на себя. Буквально перебросил её через борт, под прикрытие щита. Другой рукой схватил валяющегося в кузове стального ежа. Одновременно с этим выкрикнул, вкладывая в крик всю свою способность убеждения: «ТАХА, ВНИЗ!»
Я не видел, как она присела, но почувствовал, что девочка выполнила приказ.
По щиту застучали первые пули. Я видел, что ближайший бандит тоже поднимает автомат, готовый всадить в меня очередь почти в упор. Я бросился к щиту, падая на колено, прикрывая собой Таху. Громыхнула вторая очередь — главарь очухался, но с опозданием. Щит держал.
— Атакуй! — заорал я, не зная, поймет ли меня медоед, надеясь лишь на его ярость и на странную связь с девочкой.
На случай, если зверь проигнорирует приказ, я замахнулся ежом. Метнуть его точно в морду бандита с расстояния в два метра не составит труда, а последствия будут серьёзными. По крайней мере, точно выстрелить он не сможет. Если вообще будет после этого видеть.
Но медоед не подвёл. Из кузова точно серая молния сверкнула — с тихим свирепым рыком, вырвался окровавленный комок ярости. Медоед метнулся на стоявшего совсем рядом бандита. Тот, ошарашенный внезапной атакой, вскрикнул и отпрянул. Но медоед его достал. Вот тогда крик превратился в рев — громкий, но короткий. Через секунду прервавшийся, перешедший в неразборчивое бульканье. Медоед разорвал лицо бандита когтистыми лапами и зубами. Порвал горло и трахею в кровавые ошметки, в тонкую лапшу.
Пули перестали колотить по щиту, но выстрелы продолжались. Я видел, как из тела, уже падающего после смертельной атаки бандита, вырываются кровяные фонтанчики. Самого медоеда там уже не было. Он зигзагами бежал к самому дальнему бандиту. Не к главарю. Умный, умный, баджара!
Это был мой шанс.
— Держись за ремень! — гаркнул я Тахе, и мгновенно почувствовал, как в меня вцепились тонкие пальчики.
Главарь вновь принялся палить по нам. Но я четко рассчитал траекторию.
«Рывок».
Не вставая из полуприседа, я рванул вперед, со щитом. Медленней, чем обычно, чтобы Таха смогла удержаться, чтобы успеть протянуть руку и сорвать нагинату с креплений на руле. Но достаточно быстро, для обычного человека. Таха всё же завалилась, и пару метров я волок ее за собой по бетону, но она не отцепилась.
Расстояние исчезло. Щит врезался в главаря, что локомотив. Ствол автомата звякнул о металл, выпал из рук стрелка, упал в пыль совсем рядом, затем послышался хрип, и из прорезей в щите потекла алая кровь. Шипы на щите — второй готов!
Откат Рывка еще длился. Прямо сейчас я не мог атаковать. Нагината была в руках, но на таком расстоянии я ничего не смог бы сделать.
Я лишь успел подумать, что зря не нашел времени поднять автомат главаря, и тут же мне в ребра больно врезался рожок. Таха соображала быстро.
  
— На! — крикнула она, когда я уже перехватил автомат, сунул ствол в прорезь.
Прицелиться было почти невозможно, так что я дал очередь наугад. Пули ушли в серое закатное небо.
Выстрелы прекратились — кончились патроны. Бандит со страху расстрелял всё, принялся менять рожок.
Я высунулся из-за щита и выстрелил уже прицельно короткой очередью. Попал в плечо, грудь, бок. Бандит выронил автомат и в этот момент до него добежал медоед.