Фантом. Инженер системы 1 (СИ)

Таха попыталась высунуться из-за моей спины, чтобы посмотреть, что происходит, но я толкнул её обратно за щит. Видеть, что стало с последним бандитом ей не стоило. Я бы и сам не хотел на это смотреть, но медоед был беспощаден. Сильно раненый противник даже не сопротивлялся. Всё закончилось за несколько секунд.
Тишина. Давящая, оглушительная. Слышен был только мой собственный хрип, свистящий в горле, и тяжелое, отчего-то замедленное, дыхание медоеда, стоящего над телом бандита.
  
Но потом я услышал сзади тихий всхлип. Таха. Она смотрела на меня, и в её глазах был не ужас, а облегчение.
— Прости, что пришлось напугать тебя.
— Я не испугалась, — ответила Таха. — Знала, что ты нас не оставишь.
— Нас?
— Меня и баджару.
И тут до меня дошло.
— Знала⁈
— Конечно! Ты ведь хороший.
— Актриска! Ты провела и меня. Я был уверен, что ты меня ненавидишь в тот момент.
Таха лишь скромно улыбнулась и пожала плечами.
Я улыбнулся. Хорошо, когда в тебя так верят. Девочку я конечно бы не оставил. Насчет медоеда не был уверен на сто процентов. Хорошо, что всё сложилось именно так. Но у меня был план и на случай боя без посторонней помощи.
Таха вдруг развернулась.
— Баджара!
Девочка стремглав бросилась к медоеду.
Тот, казалось, просто кашлял. Но при каждом содрогании из дыр на теле сочилась кровь. В него попали пули, и не один раз. Много больше, чем в прошлый раз. Острые биметаллические осы покусали бедного баджару сильнее, чем кобра.
Черт! Да он смертник какой-то. То змея, то автоматная очередь! Как же так?
Он спас нас за то, что мы спасли его? Спас ценой собственной жизни?
Таха упала перед ним на колени. История повторялась. В голове крутилась дурацкая мысль — попахивает фарсом.
Ладони Тахи задрожали, окутавшись сиянием. Я снова удивился, как легко она это делает. Не чета мне, которому приходится сосредотачиваться, читать мантру, прежде чем применить укрепление щита. Таха действовала молниеносно, как и подобает настоящему магу-лекарю. Откуда только навыки взялись? Она не могла успеть так поднатореть в этом за пару дней.
Девочка закончила процедуру и потеряла сознание. Или уснула.
Я подошел к ним. До этого стоял в стороне, не хотел мешаться. Присел, проверил, что Таха действительно спит, улыбнулся. Снова все получилось!
Я еще улыбался, когда понял, что медоед не дышит.
  
Глава 19
 
На полшажка ближе к пониманию
 
Черт! И на старуху бывает проруха. Неприятно будет рассказывать Тахе, что ей не удалось спасти это бесстрашное животное. Мне этот баджара даже начал нравиться. А то, как он разделался с бандитами — жесть!
Горечь потери напрочь убила радость победы.
Я осмотрелся. Бардак, царивший вокруг, стоило быстро прибрать и отправляться в комплекс. Мне неизвестны мотивы этой троицы кроме того, что им нужна была Таха. Девочке придется рассказать мне всё после того, как очнется. Если она со мной, то секретов быть не должно. Я обязан понимать, кто ещё может прийти по наши души. И исходя из это выстраивать линию обороны… или нападения.
Я перенес Таху в кузов трицикла, аккуратно уложив на груду одежды. Девочка так и не переоделась. Принесённая мной накидка, которую я снял с пирата, чем-то ей не приглянулась — Таха предпочла остаться в своих лохмотьях.
Затем я собрал оружие: три автомата, шесть рожков и пистолет. Маркировка на нем говорила, что это Глок-26 с магазином на 19 патронов. Я проверил — обойма оказалась полной. Главарь берег её для особых случаев? Не важно. Сейчас я был неплохо вооружен. Хвала африканским бандитам! Даже после урегулирования конфликта и ввода миротворческого контингента, эти ушлые товарищи нашли способ хранить оружие.
Патроны в калашах главаря и того бандита, что сдох первым, я извлек и поместил в рожок своего автомата, вышло точно под завязочку.
Таскать с собой четыре калаша смысла не было. Я не могу стрелять с двух рук из четырех стволов разом, а для Тахи автомат пока ещё тяжеловат. Так что два ствола я решил прикопать под деревом. Благо вокруг никого не было. А схрон может рано или поздно пригодиться.
Я выбрал два калаша, которые были в лучшем состоянии. Остальные завернул в рубашку, что принес Тахе. Орудуя нагинатой, я быстро вырыл неглубокую ямку и спрятал оружие.
Магазины сложил в свой рюкзак, сильно потяжелевший за сегодняшний день. Второй ствол я решил оставить на всякий случай. Да — это груз, но после того, как доберусь до скелетоника мне может пригодиться запас оружия. У меня уже были кое-какие мысли о вооружении экзоскелета.
С бандитами я тоже не церемонился — вскрыл и извлек эссенции. Навыков внутри не было, но мои запасы пополнились тремя на выносливость и одной на интеллект. Что было странно, учитывая бесславную кончину ублюдков. Немного поколебавшись, я выдрал золотой зуб у главаря. Какие ценности сейчас будет в ходу сказать сложно, но точно не бумажные деньги. А золото — оно всегда золото. Зуб я сунул в кармашек к часам. Пусть желтый металл лежит вместе.
Тела бандитов оттащил подальше с дороги. Этих хоронить не стал. Рыть яму в пересохшей земле долго — в этом я убедился, пряча автоматы — а ящика поблизости не оказалось. Возвращаться для этого на пирс не хотелось. Время уже поджимало. Я был уверен, что с наступлением ночи безопасней вокруг не станет. Намеками служили раздающиеся всё чаще далекие завывания. Кто мог так выть я не представлял, а знакомиться лично не хотелось тем более.
Осталось понять, что делать с медоедом.
Я склонился над неподвижным телом, прислушался. Сердце, казалось, не бьется. Я слышал, что медоеды способны впадать в спячку, восстанавливаясь после укуса кобры. Но это понятно — надо вывести или нейтрализовать яд. Но от пуль… от пуль анабиоз не спасет.
Мне было жаль баджару. Странно, но я уже привык его так называть. Таха вкладывала в это слово столько любви к зверьку, что мне стало казаться, что это его имя. Хотя сейчас, когда я понимал местное наречие, знал, что это просто одно из названий медоеда — более того, калька с английского — которой с удовольствием пользуются аборигены.
Вздохнув, я приподнял обмякшее тельце и вдруг услышал будто бы слабый вздох. От неожиданности я вздрогнул.
Возможно, при движении вышел воздух из легких, но в тот момент я поверил, что баджара может быть жив. Ни с чего, практически безосновательно, но вера — сильное чувство. Раз Система дала миру магию, кто сказал, что невозможно мыслью воскресить мертвых? Или я придумываю лишние сущности, и медоед действительно впал в спячку? Могла Система улучшить его навык восстановления, расширив возможности не только на яды? Скопировала имеющийся механизм и создала возможность регенерации. Хорошее предположение.
Иногда говорят, что вера может сдвинуть горы. Кто сказал, что с приходом Системы что-то изменилось? Для меня наука тоже своеобразная религия, требующая веры. Если я смог для себя обосновать какое-то утверждение, то легко начинаю в него верить. Так и сейчас. Я понял, что медоед действительно мог выжить. Не просто так, а за счет навыка, который ему дала Система. Она, как обычно, находила сильную сторону в… ну, скажем в организме, и помогала развить это, усилить до возможного предела. Так она поступила со мной. Наверняка что-то подобное случилось и с Тахой. Сейчас я был почти уверен, что девочка с самого детства знакома с практиками местных целителей. Раньше я не верил во всю эту мистику, эзотерику и прочее вуду, но сейчас…
Мысль мне понравилась. Кажется, я стал чуть ближе к пониманию Системы. Вскрыл, так сказать, какую-то её часть, препарировал и что-то осознал. Так и живем. Научный метод познания в действии. Не хватает только проверки на практике. Но и это успеем. Сначала теория — дальше эксперименты.
  
Я приложил ухо к мохнатой груди медоеда и услышал удар. Словно гулко стукнул крохотный молоточек. Один раз — и тишина.